— Взрослая женщина, а делаешь такие глупости! — Тамара Фёдоровна швырнула на стол пакет с красками и кистями. — Влада, тебе сорок два года! Когда ты уже поумнеешь?
Влада стояла у кухонного стола и готовила обед. Не оборачивалась. Молчала.
— Я убиралась в твоём шкафу, нашла это... это... — мать ткнула пальцем в пакет. — Краски! Альбом! Ты что, совсем рехнулась?
— Мама, это моё, — тихо сказала Влада.
— Своё! — передразнила Тамара Фёдоровна. — В сорок два года краски покупать! Да тебе скоро бабушкой быть! Полина замуж выйдет, детей родит, а ты тут с кисточками носишься!
Влада выключила плиту. Обернулась.
— Мама, я просто хотела попробовать.
— Попробовать! — мать всплеснула руками. — Ты работаешь главным бухгалтером! Серьёзный человек! А тут — как школьница! Стыдно должно быть!
— Почему стыдно? — Влада посмотрела на мать. — Почему мне должно быть стыдно хотеть рисовать?
— Потому что взрослая женщина не должна заниматься ерундой! — отрезала Тамара Фёдоровна. — Детей женят в твоём возрасте, огороды сажают, о пенсии думают! А ты — краски! Господи, ну что за наказание!
Она схватила сумку и ушла, хлопнув дверью.
Влада осталась стоять на кухне. Посмотрела на пакет с красками. Взяла его. Понесла обратно в шкаф. Спрятала за стопкой старых полотенец.
Две недели назад Полина принесла домой детскую книжку. Называлась "Сказки старого леса". Иллюстрации — акварель, нежные, воздушные. Лесные звери, деревья, туманное утро.
— Мам, смотри, как красиво! — Полина листала страницы. — Мне всегда казалось, что ты могла бы так же.
Влада взяла книжку. Провела пальцами по рисункам.
— Откуда ты знаешь? — тихо спросила она.
— Ну, ты же училась в художественном училище, — пожала плечами дочь. — Папа рассказывал.
— Три месяца училась, — усмехнулась Влада. — Всего три месяца.
— Почему бросила?
— Узнала, что беременна тобой. Надо было кормить ребёнка, а не картинки рисовать.
Полина замолчала. Потом спросила:
— А ты хотела?
— Что?
— Рисовать. Ты хотела?
Влада посмотрела на книжку. На нежные акварельные краски, на сказочный лес.
— Хотела, — тихо сказала она. — Очень.
— Так почему не рисуешь сейчас?
— Поздно уже.
— Почему поздно? — удивилась Полина. — Тебе же сорок два, не восемьдесят два.
Влада улыбнулась.
— Для взрослых это не серьёзно.
— Кто сказал?
— Все.
Полина покачала головой.
— Странные вы, взрослые. Сами себе запрещаете жить.
🌹
На следующий день Влада зашла в художественный магазин. Давно не была здесь. Двадцать два года.
Ходила между стеллажами, смотрела на краски, кисти, холсты. Пахло деревом, бумагой, чем-то химическим — растворителем, наверное.
— Вам помочь? — спросила продавщица.
— Мне... мне нужна акварель, — сказала Влада. — И кисти. И альбом.
— Для ребёнка?
— Нет. Для себя.
Продавщица улыбнулась.
— Замечательно! Вот смотрите, у нас есть хороший набор для новичков...
Влада купила краски, кисти, альбом. Три с половиной тысячи из её зарплаты. Несла домой пакет и чувствовала себя одновременно счастливой и виноватой.
"Зачем я это купила? — думала она. — Мне сорок два. Я мать. Я главный бухгалтер. Какие краски?"
Дома спрятала пакет в шкаф. За полотенца. Чтобы никто не увидел.
✨
Через три дня мать нашла краски. Устроила скандал.
Вечером пришёл Валерий. Влада рассказала.
— Мама нашла мои краски.
— Какие краски? — не понял муж.
— Я купила акварель. Хотела попробовать порисовать.
Валерий усмехнулся.
— Влада, ну это же несерьёзно. Хобби — это хорошо, но зачем тратить деньги? У нас и так расходов много. Полине на учёбу, кредит за машину...
— Это мои деньги, — тихо сказала Влада. — Из моей зарплаты.
— Ну всё равно. Мы же семья. Общий бюджет.
— Почему мне нельзя потратить три с половиной тысячи на себя?
— Можно, но... Ну на что-то полезное. Новую кофту купи, в салон сходи. А краски — это как-то... по-детски.
Влада промолчала.
💔
На работе узнала её коллега, Светлана Ивановна. Увидела в сумке Влады альбом.
— Влада Петровна, это что? — удивлённо спросила она.
— Альбом для рисования.
— Для внуков покупаете?
— Нет, для себя.
Светлана Ивановна рассмеялась.
— Вы шутите! Вы же серьёзный человек! Главный бухгалтер! А тут — краски, как школьница какая-то!
— А что, взрослым нельзя рисовать? — спросила Влада.
— Ну можно, конечно, но... — коллега замялась. — Это же не серьёзно. Вам скоро на пенсию, Влада Петровна. Пора о других вещах думать...
Влада убрала альбом обратно в сумку.
🦋
Соседка, тётя Валя, встретила Владу на лестничной площадке.
— Владка, слышала, ты там краски покупала? — спросила она с хитрой улыбкой.
— Слышали, — вздохнула Влада. Мать, видимо, всем уже рассказала.
— Ты чего, с ума сошла? — тётя Валя покачала головой. - В твоём возрасте детей женят, внуков нянчат, а ты, рисовать! Смешно же!
— Почему смешно?
— Ну как почему? Ты же взрослая женщина! Мать! У тебя дочь скоро невестой будет! А ты тут с кисточками носишься!
Влада прошла мимо, ничего не ответив.
Зашла в квартиру. Села на кухне. Положила голову на руки.
"Может, они правы? — думала она. — Может, я правда смешная? Сорок два года, а мечтаю о глупостях".
Вечером Полина нашла мать на кухне. Влада сидела с чашкой чая и смотрела в окно.
— Мам, что случилось? — спросила дочь.
— Ничего.
— Врёшь. Ты грустная.
Влада улыбнулась.
— Устала просто.
Полина села рядом.
— Бабушка звонила. Ругалась из-за красок.
— Знаю.
— Мам, а почему ты не рисуешь? — вдруг спросила Полина. — Ведь ты хотела. Всю жизнь хотела.
— Поздно уже.
— Опять это! — Полина нахмурилась. — Кто сказал, что поздно?
— Все. Бабушка, папа, коллеги, соседи. Все говорят, что взрослая женщина не должна заниматься такими глупостями.
— А ты?
— Что — я?
— Ты что думаешь? Ты считаешь, что это глупость?
Влада замолчала.
— Не знаю.
— Врёшь, — Полина взяла мать за руку. — Ты знаешь. Просто боишься.
— Чего боюсь?
— Что тебя осудят. Что скажут, что ты несерьёзная. Что посмеются.
Влада почувствовала, как к горлу подступили слёзы.
— Полин, мне сорок два...
— И что? — дочь посмотрела ей в глаза. — Мама, ты не умерла. Ты живая. Почему взрослым нельзя мечтать? Почему нельзя делать то, что хочется?
— Потому что... — Влада запнулась. — Потому что я мать. У меня ответственность.
— Передо мной? — спросила Полина. — Мам, мне девятнадцать. Я взрослая. Я не нуждаюсь в том, чтобы ты жертвовала собой ради меня.
— Но все говорят...
— Все говорят, все говорят! — Полина вскочила. — А ты что говоришь? У тебя есть своё мнение?
Влада молчала.
— Знаешь, мам, — Полина подошла к шкафу, достала пакет с красками. — Я нашла вот это в старых вещах.
Она положила на стол недоделанную картину. Акварель. Лесной пейзаж. Двадцать два года назад Влада рисовала его в училище.
— Это же красиво, — тихо сказала Полина. — Почему ты бросила?
— Узнала, что беременна тобой.
— И двадцать два года не рисовала?
— Не рисовала.
— Почему?
— Надо было растить тебя. Работать. Зарабатывать.
Полина посмотрела на мать долгим взглядом.
— Мам, я выросла. Я учусь. Я подрабатываю. Я не маленькая. Когда ты наконец-то начнёшь жить для себя?
🌷
Влада долго не могла заснуть. Лежала в темноте и думала.
"Мне сорок два. Двадцать два года я не рисовала. Двадцать два года жила для других. Растила дочь. Работала. Была хорошей женой, хорошей матерью, хорошей дочерью. А когда я была хорошей для себя?"
Она встала. Тихо, чтобы не разбудить Валерия. Прошла на кухню. Достала из шкафа краски, альбом, кисти.
Положила всё на стол.
Посмотрела.
"Взрослая женщина, мать, а о такой ерунде мечтаешь", — эхом отдались слова матери.
"А почему нельзя?" — подумала Влада.
Она открыла альбом. Налила воды в стакан. Выдавила краску на палитру.
Взяла кисть.
Двадцать два года она не держала кисть в руках.
Провела по бумаге. Первый мазок. Синий. Потом зелёный. Потом жёлтый.
Рука дрожала. Но рисовала.
💫
Утром Валерий вышел на кухню. Влада сидела за столом. Перед ней — альбом, краски, кисти. Она рисовала.
Валерий остановился в дверях. Смотрел. Долго.
На рисунке был лес. Утренний туман. Солнце, пробивающееся сквозь ветки. Олень на поляне.
— Красиво, — тихо сказал он.
Влада подняла глаза. Улыбнулась.
— Спасибо.
— Ты... ты всю ночь рисовала?
— Да.
— Зачем?
Влада посмотрела на него.
— Потому что хочу. Потому что мне это нужно. Потому что я двадцать два года жила для всех. А теперь хочу пожить для себя.
Валерий молчал.
— Ты злишься? — спросила Влада.
— Нет, — он покачал нервно головой. — Просто... не понимаю.
— Я тоже не понимала, — сказала она. — Двадцать два года не понимала, почему мне так тяжело. А вчера поняла. Я похоронила себя. Свои желания, мечты, себя настоящую. Думала, что так надо. Что взрослая женщина должна быть серьёзной. Не мечтать. Не хотеть. Просто жить ради других.
— Но ты же мать...
— Я мать и моя дочь уже взрослая и даже совершеннолетняя, — кивнула Влада - Но я ещё и человек. Живой. С желаниями. С мечтами. И то, что мне сорок два, не значит, что я должна от себя отказаться и тихо ждать пенсии, как все советуют... какая пенсия, мне только 42!
Валерий сел рядом.
— А что скажет твоя мать?
— Что угодно, — Влада взяла кисть. — Она скажет, что я несерьёзная. Что стыдно. Что в моём возрасте надо думать о других вещах. Но знаешь что? Мне всё равно. Впервые в жизни мне всё равно, что скажут другие.
Она снова начала рисовать.
Валерий смотрел на жену. Видел, как она склонилась над альбомом. Как водит кистью. Как улыбается. Улыбается по-настоящему, не натянуто, не из вежливости.
Он давно не видел её такой.
— Рисуй, — тихо сказал он и встал. — Я завтрак сделаю.
Влада подняла глаза. Посмотрела на мужа.
— Правда?
— Правда.
Он пошёл к плите. Достал сковородку.
А Влада сидела за столом и рисовала. Впервые за двадцать два года она делала то, что хотела ОНА.
И это было похоже на то, как будто она наконец-то вернулась домой. К себе. К настоящей.
Через неделю Тамара Фёдоровна снова пришла в гости.
— Слышала, ты там рисуешь? — с порога спросила она.
— Рисую, — спокойно ответила Влада.
— Не стыдно?
— Нет.
— Взрослая женщина...
— Мама, — Влада посмотрела на мать. — Мне сорок два... Но я не умерла. Я живая. И имею право жить так, как хочу.
— Что люди скажут?
— Пусть говорят.
Тамара Фёдоровна покачала головой.
— Не понимаю тебя.
— Я знаю, — кивнула Влада. — Ты не понимаешь. Ты жила по-другому. Ты всю жизнь жертвовала собой. Сначала ради мужа, потом ради меня. А я не хочу так. Я хочу жить. Для себя тоже. Моя жизнь и мечты не менее ценны, чем жизни других людей, даже самых близких...
Мать ничего не ответила. Посидела молча. Попила чай. Ушла.
Влада знала — мать не одобряет. Может, никогда не одобрит. Но это уже не важно.
Важно, что она впервые за двадцать два года чувствует себя живой.
🌹
Через месяц Влада нарисовала пять иллюстраций. Лесные сказки. Звери, деревья, волшебство.
Полина увидела и сказала:
— Мам, это же круто! Давай отправим издателям!
— Куда? — не поверила Влада.
— В издательства детских книг. Вдруг им понравится?
— Полин, это же несерьёзно...
— Опять! — рассмеялась дочь. — Мам, хватит. Попробуй. Что ты теряешь?
Влада задумалась.
"Что я теряю? Ничего. Я уже всё потеряла двадцать два года назад, когда отказалась от себя. Теперь я просто возвращаю своё".
Она отправила иллюстрации в три издательства.
Через две недели пришёл ответ. Из одного.
"Здравствуйте, Влада. Нам понравились ваши работы. Хотели бы обсудить возможное сотрудничество. Свяжитесь с нами, пожалуйста".
Влада сидела с письмом в руках и не могла поверить.
— Валер! — позвала она мужа. — Смотри!
Он прочитал. Посмотрел на жену.
— Поздравляю.
— Я... я не думала...
— А зря, — улыбнулся Валерий. — Ты молодец, Влад. Правда молодец.
Впервые за много лет он сказал ей это не за приготовленный ужин или выглаженные рубашки.
А просто за то, что она смогла. Смогла вернуться к себе.
💫
Влада так и не стала знаменитым художником. Не открыла выставку. Не заработала миллионы.
Но она начала иллюстрировать детские книги. По вечерам. После работы. Когда все дела сделаны.
Сидела за столом, рисовала и была счастлива.
Тамара Фёдоровна так и не одобрила. До конца жизни говорила: "Взрослая женщина, а как ребёнок".
Но Влада больше не слушала.
Потому что поняла главное: взрослые тоже имеют право мечтать. Взрослые тоже имеют право на себя. И то, что тебе сорок, пятьдесят, шестьдесят — не приговор.
Это просто цифра.
А жизнь — она здесь и сейчас. И прожить её надо так, чтобы не жалеть.
Не ради всех.
А ради себя тоже.
🌸
Друзья, буду рада вашим комментариям по теме рассказа:
Узнали ли вы себя во Владе? Есть ли у вас мечта, от которой вы отказались, потому что "уже поздно" или "не серьёзно"?
Почему общество считает, что взрослые люди, особенно женщины после 40, не должны мечтать и заниматься "несерьёзными" вещами? Откуда этот запрет?
Как вы думаете, права ли была Влада, начав рисовать вопреки осуждению семьи? Или стоило прислушаться к мнению близких?
Если бы у вас была возможность вернуться к своей старой мечте прямо сейчас — что бы это было? И что вас останавливает?
🙏Благодарю, что дочитали до конца.
❤️Подпишись на канал «Свет Души: любовь и самопознание» и я обязательно продолжу серию статей о древней женской мудрости.
Психология отношений: самые популярные статьи за осенний период 2025 года
Психология отношений: самые популярные статьи за летний период 2025 года
Ваш 👍очень поможет продвижению моего канала🙏