». Проблема в том, что, несмотря на понимание той неоценимой роли, которую она сыграла в мировой и, конкретно, российской истории (что немаловажно в истории религии), мне не нравится Византия, её культурный код, её вайб, если угодно. Есть в Восточной Римской империи что-то неуловимое и невымарываемое от среднеазиатского базара или балагана, это вызывает фрустрацию. В силу огромнейшего влияния, оказанного Константинополем на русскую культуру и цивилизацию, встречается стереотип о некой критической неинформированности западных исследователей в его истории. Тем не менее подавляющее число работ условного «византийского цикла» от «Страдариума» это переводы именно европейских авторов. Первая на очереди книга немецкого историка и матерого византиниста Петера Шрайнера: «Константинополь. История и археология древнего города». Шрайнер долгое время был президентом Международной ассоциации византинистов, его имя как знак качества в византийской историографии. Одним из важнейших направлений ег
У меня если не все, то почти все книги от «Страдающего Средневековья», и разбирать их начнём с условного «византийского цикла
31 января31 янв
1 мин