Жила-была девочка по имени Лиля. У неё были большие, внимательные глаза цвета спелой вишни, и она очень любила тишину. Не ту тишину, когда все ушли, а тишину интересную. Тишину, в которой слышно, как распускается листок, как ползёт по травинке божья коровка и как шуршит на ветру старый дубовый лист. Но в детском саду, куда ходила Лиля, была тишина совсем другая — одинокая. С ней никто не хотел дружить. — Она какая-то не такая, — шептались дети. — Всегда одна сидит, на облака смотрит, с какими-то палочками разговаривает.
Лилю прозвали «Горошинкой», потому что она, как горошинка из сказки, была всегда сама по себе, отдельно от всех. Однажды весной, когда на площадке звенели детские голоса, Лиля, как обычно, сидела на своей любимой скамейке под сиренью. Вдруг она услышала тихое-тихое: «Ш-ш-шуррр… Ш-ш-шуррр…» Звук доносился из-под куста жимолости.
Девочка аккуратно раздвинула ветки. Там, в тени, из сухой прошлогодней травы, тонких прутиков и обёрточной бумаги кто-то строил домик. Не куколь