Это ответ автору книги «Русский ZOV» (2025) Татьяне Дугиль.
Мы с нею спорим.
Я, обижен тем, что наука об искусстве и критики вот уж пошёл 7-й десяток лет, как бойкотируют теорию художественности по Выготскому. По ней художественностью обладает только произведение, автор которого во время создания его имел вдохновение как подсознательный идеал, не данный сознанию автора. А произведение автора, воодушевлённого замыслом сознания, обладает лишь эстетической ценностью.
Первый сознания не лишается из-за своего вдохновения. Нет. Он невольно обманывает своё сознание. То думает, что имеет осознаваемый идеал, что в соответствии с ним оно, авторское сознание, мол, воодушевлено замыслом неким. И вследствие таланта (наличия тоже подсознательного, но не идеала, а умения некого) то подсознательное создаёт огромное число деталей произведения, выражающих – каждая! – замысел целого.
И один и другой имеют такое подсознательное-умение.
Но первый имеет 2 подсознательных, а второй 1. Значит, первый больший молодец, чем второй.
И таково следствие принятия всеми теории художественности по Выготскому.
Может, из-за этого и бойкотируют умные теорию Выготского.
Без неё всем сестрам – по серьгам. А с нею – не всем, а меньшинству. Большинство будет обижено.
Я это разделение определяю чётко: у первого – произведение неприкладного искусства, у второго – прикладного.
У Татьяны Дугиль я – лишь в порядке исключения, думаю – несколько стихотворений определил как неприкладные. Остальные (большинство) – как прикладные. Очень часто – патриотические, приложенные к задаче усиливать патриотическую эмоцию.
Она, зная о моём экстремизме, внутренне отвергает разделение искусства на неприкладное и прикладное. И не хочет понять, почему я не хочу возвращаться к её книге, теперь уже бумажной, известной мне ещё в электронном виде, до опубликования её.
Она пишет:
«Вот не поверите! Но я ничего не "замысливала" - не выстраивала, не подгоняла под сюжет или повестку дня. Просто писала стихи, которые фиксировали моменты жизни. Типа как дневник».
И я подумал: а нельзя ли с доказательствами показать, что замысливала?
Открываю абы где её книгу. – Открылось в месте, где она, поэтессу, волонтёрившую для силового блока «Правого сектора», «ДУК ПС», самостоятельно занимавшегося участием в антисепаратистской операции, прославившегося военным преступлениями в Новороссии, Евгению Бильченко, приравнивает к Штрайхеру, единственному, повешенному по приговору Нюрнбергского суда не за собственные военные преступления, а за словесные призывы к ним. Приравнивает в прозе. И непоследовательно. Немец – писал. И не больше. А эта – материально помогала, кроме того, что писала.
Повод – изменение поведения Бильченко. Она стала зарабатывать выступлениями в России. Гранты с Запада поредели.
А затем – стихи.
Евгении БИЛЬЧЕНКО и ей подобным
Возможно, я категорична
К коллегам своим эксцентичным.
Возможно, излишне сурово…
Лишила б их права на Слово.
.
За то, что кровь в жилах не стыла
На братских донбасских могилах,
На сердце не лёг мёртвым грузом
Пылающий Дом профсоюзов.
.
За то, что скребли по сусекам
На нужды родных «правосеков»,
Когда с каждым новым фугасом
Рос клин журавлят над Донбассом.
.
Беретки, косички, очочки
Не скроют позорные точки
Стихов, разливавшихся рьяно
Под флагами «Евромайдана».
.
Россия распутства такого
Понять и простить не готова:
Не хватит у нас индульгенций
На катов от «интеллигенций».
.
Пусть примут теперь за основу:
«Вы предали право на Слово.
Не смывши Иуды печать,
Вам лучше сейчас помолчать…»
20.07.2022
Как сказал другой поэт:
Противоречий очень много,
Но их исправить не хочу.
И у Дугиль ясно, как день, что холодность и логичность прозаического текста, произвела разнузданность стихотворного.
Нет, и там, как предварение, сперва было однострочное крайнее возмущение:
«Редчайший, уникальный образец лицемерия…».
Это «айший»…
Но она взяла себя в руки и со следующего абзаца пошли длинноты. – Первое предложение – 47 слов. Следующее – 53. Затем 26. 9. 41. 15. 31. 39.
Человек сперва держал себя в руках. Стихийно поступает, как актёр по системе Станиславского. (Талант!)
А бегунок справа на экране показывает, что это – середина книги. И там, можно думать, - проглядев книгу по диагонали, - всё время сперва вводная прозой, зарядка, а потом – разряд стихами.
Ну? Так разве эта зарядка не есть «замысливала»?
.
Один-единственный раз в жизни я сочинил стихотворение. Любовное. По заказу любимой. На заданную, вроде бы не любовную, тему. Так что: меня на всю жизнь испортил этот опыт – знанием, что всё в любовных стихах начинается с замысла сознания? Здесь: сделать любовное из нелюбовного…
А не то же ль самое со всем заражающим искусством?
Лев Толстой в одном из своих заскоков аж назвал заражение главным признаком искусства, целую теорию развил, сам так до того (да и после того) не поступая.
31 января 2026 г.
31 января 2026 г.
