Утро началось не с привычного аромата кофе, а с напряженной тишины и тяжелого разговора. Борис с важным видом положил на кухонный стол лист А4, густо исписанный цифрами и расчетами.
— Я всё посчитал, Инна. Справедливость — это когда каждый платит за себя. Твои постоянные заказы на какой-то там французский шоколад и курсы «как испечь идеальную булку» в наш семейный бюджет больше не вписываются. Теперь правила такие: квартплата и расходы на Соню — строго пополам. Всё остальное каждый покупает себе сам. Ты меня поняла?
Инна неторопливо помешивала чай. Ложечка тихо, но отчетливо звякала о фарфор. Она внимательно смотрела на мужа. Когда-то он казался ей надежной стеной, а сейчас напоминал мелочного торговца, который пересчитывает каждую скрепку, боясь прогадать.
— Раздельный бюджет? — переспросила она. — Отлично, Борис. Значит, за интернет и свой кофе плати сам, а я наконец-то куплю себе то, что ты всегда называл глупостью.
Она ответила так спокойно, что Борис даже хмыкнул. Он был абсолютно уверен: не пройдет и трех дней, как Инна придет к нему просить деньги на маникюр или нормальный шампунь. Ведь её зарплата в цветочном магазине — это так, на булавки и мелкие женские радости.
Первая неделя новой жизни прошла под знаком удивительных открытий. Во вторник утром Борис обнаружил, что банка с его любимым зерновым кофе пуста.
— Инна! — крикнул он, заглядывая в шкафчик. — Где кофе?
— Закончился, Боря. Свой я купила вчера, — донесся голос жены из комнаты. — Он в синем контейнере. Не трогай его, пожалуйста, это куплено на мои личные средства.
Борис распахнул дверцу шкафа. С полки жены доносился божественный аромат — пахло чем-то шоколадным, приятным и дорогим. Рядом сиротливо стоял его пакет, схваченный в спешке в ближайшем супермаркете по акции. Внутри была какая-то пыль, горькая и пережженная. Рука сама потянулась к синему контейнеру, но он спиной почувствовал взгляд жены. Инна стояла в дверях, скрестив руки на груди.
— Это нечестно, Боря. Ты же сам хотел справедливости.
К четвергу Борис окончательно понял, что понятие «общие продукты» осталось в прошлом. Раньше холодильник всегда был полон. Теперь полки четко делились на зону Инны и зону Бориса. На его стороне уныло лежали батон дешевой колбасы и начатая пачка пельменей. На нижней полке, принадлежавшей жене, красовалось сочное мясо в маринаде, свежая зелень, овощи и баночка домашнего песто.
— Мам, а папе можно салат? — спросила за ужином тринадцатилетняя Соня, накладывая себе добавку.
— Папа взрослый мужчина, Сонечка. Он сам распоряжается своими финансами и рационом.
Борис молча жевал пельмени. На вкус они напоминали размоченный картон. Из соседней комнаты доносился веселый смех — Инна с дочерью обсуждали какой-то новый заказ, не обращая на него внимания.
Настоящее потрясение ждало его в субботу. Входная дверь распахнулась, и двое крепких грузчиков с трудом втащили в прихожую огромную коробку. Профессиональная итальянская печь. Борис, который как раз сидел с калькулятором и подсчитывал, сколько рублей «сэкономил» на отказе от общего кофе, выскочил в коридор.
— Это что еще за новости? Ты хоть представляешь, сколько такая техника стоит? Это же цена подержанной иномарки! Инна, ты вообще думаешь головой?
Инна даже не посмотрела в его сторону. Она спокойно подписывала накладные, проверяя документы.
— Это мои деньги, Боря. Не из общего котла. Я наконец-то купила себе то, что ты всегда называл глупостью. Эту печь я ждала два года.
— Откуда у тебя такие суммы? Ты в долги залезла? Кредитов набрала?
— Боря, — она наконец повернулась к нему. В её взгляде он впервые увидел не привычную мягкость, а холодную уверенность. — Я уже три года пеку торты на заказ. У меня очередь расписана на два месяца вперед. Пока ты высчитывал, сколько я трачу на муку и сахар, я открыла свое дело. Сначала продавала через соцсети, потом начала поставлять десерты в кофейни. Мой доход уже полгода превышает твой в два раза. Просто мне было удобно, что ты считаешь себя единственным кормильцем. Но ты сам предложил раздельный бюджет. Теперь я не обязана перед тобой отчитываться.
Борис открыл рот, чтобы возразить, но слова застряли в горле. Он вдруг вспомнил, как ворчал, когда она просила купить «какой-то там планетарный миксер». Он тогда пожалел денег и купил самый дешевый, который сгорел через неделю.
На следующей неделе в их квартире появилась незнакомая женщина.
— Это еще кто? — опешил Борис, столкнувшись в дверях с дамой со шваброй в руках.
— Познакомься, это Клавдия Ивановна. Она будет убирать квартиру и готовить Соне обеды. Я открываю свою кондитерскую студию в центре, у меня теперь нет времени на тряпки и кастрюли.
— А я? Кто будет готовить мне? — Борису стало совсем не по себе.
— Клавдия Ивановна может готовить и на тебя, Боря. Если ты оплатишь половину стоимости её услуг и продуктов. Но ты же у нас экономный. Тебе, наверное, проще самому? Пельмени в морозилке еще остались.
Вечером Борис сидел в тишине. Из кухни больше не доносился уютный запах выпечки — Инна теперь пекла в своей студии. По телевизору шел какой-то матч, но он не следил за игрой. Он думал о счете за интернет, который раньше оплачивался как-то сам собой, а теперь лежал перед ним. И за электричество набежало прилично из-за его обогревателя.
Он открыл ноутбук и зашел на сайт городского журнала. Там, на главной странице, висело фото его жены — красивой, уверенной, улыбающейся. Заголовок гласил: «Инна Морозова: Как домашнее хобби превратилось в сладкую империю». В интервью она рассказывала, что самым сложным было решиться на первый шаг, когда близкий человек не верит в тебя и считает твои мечты «глупостью».
Борис захлопнул крышку ноутбука. В кармане вибрировал телефон — пришло сообщение от Инны: «Боря, я завтра забираю Соню, идем в кино, а потом в ресторан. Если хочешь с нами — столик бронируй сам. Средний чек я тебе скину».
Он посмотрел на свои руки. Те самые руки, которыми он так гордо разглаживал лист с расчетами раздельного бюджета. Этот лист оказался приговором. Его маленькая, уютная домашняя власть рассыпалась в прах. Она не ушла от него, нет. Но она стала совершенно недосягаемой.
Борис встал, подошел к кухонному шкафу, открыл синий контейнер с дорогим кофе и просто вдохнул аромат. Взять хоть зернышко он не решился. Теперь он точно знал цену этой «глупости». Она стоила ему всей его прежней, такой понятной и удобной жизни.
Спасибо всем за донаты, комменты и лайки ❤️ Поделитесь рассказом с близкими!