26 июля 1830 года по Парижу покатились камни. Они летели в карету князя Полиньяка — того самого министра, которого народ ненавидел всей душой. Князь уцелел. Франция — нет.
Через четыре дня столицу перекрыли четыре тысячи баррикад.
Но началось всё не в июле 1830-го. И даже не в 1814-м, когда на французский престол вернулись Бурбоны после четверти века революций и наполеоновских войн. Началось всё гораздо раньше — с казни короля.
В 1793 году гильотина опустилась на шею Людовика XVI. Вместе с ним казнили и королеву Марию-Антуанетту. Династия Бурбонов, правившая Францией с 1589 года, казалось, закончилась навсегда. На смену монархии пришла революция, затем — империя Наполеона Бонапарта.
Но в 1814 году произошло невероятное.
Наполеон, ещё недавно покоривший пол-Европы, капитулировал после падения Парижа. 6 апреля Охранительный сенат по наущению хитреца Талейрана провозгласил восстановление монархии. На престол взошёл Людовик XVIII — родной брат казненного короля.
Условие было жёстким: новый монарх должен присягнуть конституции. Хартия 1814 года гарантировала свободу слова и религии, ограничивала королевскую власть парламентом. Людовик подписал. Через два месяца подписал и Парижский мир — Франция вернулась к границам 1792 года, потеряв все наполеоновские завоевания.
Казалось, страна наконец обретёт покой.
Но Людовик начал нарушать обещания почти сразу. Цензура вернулась в том же 1814-м. Двадцать тысяч наполеоновских офицеров выбросили со службы или урезали жалованье вдвое. Крестьяне затаили дыхание — а вдруг вернут крепостное право?
А на острове Эльба в Средиземном море томился человек, у которого всё ещё оставались миллионы сторонников.
1 марта 1815 года Наполеон высадился на юге Франции с горсткой преданных солдат. Весть разлетелась мгновенно. Крестьяне встречали его как спасителя. Армия переходила на его сторону целыми полками. Людовик XVIII в панике бежал из Парижа.
20 марта бывший император без единого выстрела вошёл в столицу.
Его триумфальное возвращение продлилось ровно сто дней. 18 июня 1815 года под бельгийским селением Ватерлоо Наполеон дал последнее сражение. Разгром был сокрушительным. 22 июня он отрёкся от престола во второй раз.
На этот раз его сослали подальше — на остров Святой Елены в Атлантике, за семь тысяч километров от Франции. Вернуться оттуда было невозможно.
А Людовик XVIII торжественно въехал в Париж. Снова.
Вторая реставрация началась с лжи. Король обещал не карать за политические преступления — и тут же устроил «белый террор». Ультрароялисты жаждали вернуть дореволюционные порядки. Людовик не смог — или не захотел — их остановить. Даже Талейран, который фактически вернул Бурбонов к власти, оказался свергнут.
Ирония судьбы: человек, создавший реставрацию, пал её первой жертвой.
В 1824 году Людовик XVIII скончался. На престол взошёл младший брат Карл X — человек, который не понимал, в какой стране живёт. Франция менялась. Началась индустриализация, росли города, обострялись социальные проблемы. Рабочие требовали прав. Буржуазия — свобод.
Карл ответил ужесточением.
В 1829 году он создал ультраконсервативное правительство во главе с князем Полиньяком — тем самым, в чью карету вскоре полетят камни. 2 марта 1830 года на открытии парламентской сессии король произнёс речь, полную угроз. Он недвусмысленно дал понять: если парламент посмеет чинить препятствия, последствия будут серьёзными.
Палата депутатов ответила адресом — официальным заявлением о недоверии королю и беспокойстве за свободы народа.
Карл не отступил. 25 июля вышли указы, которые разорвали последние нити, связывавшие корону и народ. Парламент распускался. Число депутатов сокращалось. Их полномочия урезались. Свобода слова душилась цензурой. Избирательное право ужесточалось до абсурда.
На следующий день Париж вышел на улицы.
Сначала это были просто демонстрации. Люди выкрикивали лозунги, сталкивались с полицией. Камни в карету Полиньяка полетели почти случайно. Но 27 июля в городе выросли первые баррикады.
На них сражались все, кого достала монархия: рабочие, студенты, ремесленники, мелкие торговцы. Они дрались с королевскими войсками, падали и поднимались снова. К вечеру 28 июля деловая жизнь столицы замерла. К утру 29 июля баррикад стало четыре тысячи.
Четыре тысячи укреплений на улицах одного города.
2 августа Карл X подписал отречение в пользу сына. Тот тут же отрёкся в пользу Луи-Филиппа Орлеанского — представителя младшей ветви Бурбонов. Снова приняли конституцию — ту же 1814 года, но с либеральными поправками.
Так закончилась реставрация Бурбонов. Шестнадцать лет попыток вернуть прошлое завершились новой революцией.
Июльские события 1830 года изменили всю Европу. Они доказали: народный суверенитет сильнее божественного права королей. Виктор Гюго описал эти дни в романе «Отверженные». Эжен Делакруа запечатлел их на полотне «Свобода, ведущая народ» — женщина с обнажённой грудью и триколором в руке шагает по баррикадам.
Парадокс истории: Бурбоны вернулись на престол дважды. И оба раза их возвращение готовило новое падение. Людовик XVIII бежал от Наполеона и вернулся после Ватерлоо, чтобы устроить террор. Карл X взошёл на трон, чтобы через шесть лет потерять его навсегда.
Можно восстановить монархию. Но нельзя восстановить прошлое.
Франция 1830 года была уже не той, что в 1789-м. Двадцать пять лет революций, войн и потрясений изменили людей. Они попробовали свободу — и не захотели от неё отказываться. Даже ради королей с древней родословной.
История династии Бурбонов — это история о том, как власть цепляется за вчерашний день, пока завтрашний не снесёт её баррикадами. Четыре тысячи баррикад за четыре дня — вот цена попытки остановить время.
Камни, полетевшие в карету Полиньяка, были не просто камнями. Это было послание: мы больше не вернёмся назад. Никогда.