Я иногда занимаюсь репетиторством, в настоящее время у меня есть ученик Артем. 3 класс. Мальчик пол года воспитывается в приемной семье. Очень хороший ребенок. Спокойный и вдумчивый. Есть небольшое отставание в развитии, но не критичное. В коллектив класса влился очень хорошо. Утром папа отвозит мальчика в школу. А после окончания занятий его забирает мама. Одного отпускать его еще боятся. Привожу ее рассказ о классе в котором учится ее сын.
*****
Я стою возле школы и смотрю, как Артем выходит из школы. Он что-то оживленно рассказывает приятелю, размахивает руками. Видно, что день был насыщенным. Я ловлю себя на мысли, что каждый раз, забирая его, первым делом пытаюсь прочитать по лицу: «Как сегодня? Все было спокойно?»
Я — за инклюзию. Искренне. Когда в их класс пришла Аня с ДЦП, мы с другими родителями скинулись на поручни в санузле. Артем как-то сказал: «Мама, у Ани самые сложные проекты, она их печатает одним пальцем, но они самые красивые — с графиками и разными цветами». Они делали с ней проект о диких животных Африки . Она медленно говорит, и класс научился терпеливо ждать, когда она формулирует мысль. Это была не «жертва», нет. Это было уважение к силе другого человека. Она борется с собственным телом каждый день и побеждает — знаниями.
Когда в класс пришел Дима с потерей слуха, учительница стала всегда поворачиваться к детям лицом, говорить четче. Это пошло на пользу всем, не только Диме. Его аппарат иногда свистит, он может переспросить, но он в теме, он отвечает у доски. Это — инклюзия, которая работает. Она требует небольших усилий от системы и дает огромный результат для всех: дети видят, что мир разный, но в этом мире можно взаимодействовать, помогать и учиться вместе.
Но есть еще Коля, он учится с детьми с 1 класса. Коля с аутизмом. Он ходит с мамой-тьютором. Сначала я думала: «Какая молодец, какая сильная женщина». Она всегда рядом, шепчет ему, подсказывает, смотрит в его тетрадь… Он редко смотрит на учителя, чаще — в окно или в телефон. На уроке тихо, пока Коля в своем мире.
Но его мир иногда взрывается.
Я помню тот день, когда Артем пришел домой серый. «Что случилось?» — «На уроке Коля орал и бил себя кулаками по голове, расцарапал себе лицо. Мама его еле удерживала. Мы все просто сидели и смотрели… Потом он успокоился, а мы пытались решать уравнения. Но в голове стоял этот крик».
И вот я думаю. Я думаю о Колиной маме. Ее жизнь — это ежечасный подвиг, о котором я, наверное, даже не могу до конца помыслить. Я за нее всей душой. Я хочу, чтобы у ее сына было все лучшее. Но я — тоже мать. Мать Артема и других двадцати пяти детей в том классе.
Почему «вместе» иногда превращается в «за счет»?
Почему двадцать шесть детей должны регулярно становиться зрителями чьего-то тяжелейшего внутреннего кризиса, терять нить урока, чувствовать беспомощность и страх? Где та грань, после которой помощь одному ребенку начинает вредить коллективу?
Я не против Коли в школе. Я — за то, чтобы для него и для всех остальных были созданы правильные условия. Может быть, это не обычный класс на полный день? Может, это часть уроков индивидуально или в микро-группе, а часть — с одноклассниками, когда он готов? Может, в классе должна быть не мама, а профессиональный тьютор, обученный работать с такими вспышками, и при этом в школе должна быть отдельная комната сенсорной разгрузки, куда можно быстро вывести ребенка при перегрузке, не травмируя его и не прерывая урок для всех?
Инклюзия — это не просто физическое нахождение в одном пространстве. Это продуманная система, где есть место и ресурсы для ВСЕХ. Где Аня с ее упорством и Дима с его аппаратом чувствуют себя частью команды. И где для Коли есть свой, особый маршрут, который не ломает учебный процесс для других, но при этом ведет его вперед — в его темпе, с его поддержкой.
Я хочу, чтобы мой сын учился в гуманном мире, где помогают слабому. Но я также хочу, чтобы он мог спокойно решать свои уравнения, не опасаясь, что через секунду его внимание и психику захлестнет чужая буря, которую система не смогла или не захотела предусмотреть.
Инклюзия не должна быть подвигом одних за счет других. Она должна быть умной, гибкой и по-настоящему заботливой ко всем. И нам, родителям, нужно не бояться говорить об этом вслух. Чтобы требовать от системы не просто «посадить в один класс», а создать ту самую тонкую, мудрую и работающую на всех среду. Для Ани, для Димы, для Коли и для моего Артема.