Тони Веласкес, широко известный как Тони Модник, больше всего на свете любил свою жену Николетту. А ещё свою расчёску – это был не обычный предмет, а настоящий талисман. Николетта и расчёска появились у него примерно в одно и то же время, в ранней юности, и обе стали его символами преображения.
Началось всё с того, что Тони стоял на шухере у одной мелкой бандитской шайки. Они грабили небольшой магазинчик, и Тони не только предупредил их об опасности, но и, не дрогнув, помог быстро погрузить награбленное в машину под носом у полиции. Оценив хладнокровие и заметив потенциал юноши, его щедро наградили и предложили вступить в банду. Это был шанс вылезти из трущоб и начать новую жизнь, которым Тони воспользовался.
Он покинул пропахший нищетой барак, где прозябала его семья, и поселился в маленькой дешёвой, но чистой комнатке с видом на ухоженный садик. Хозяйка апартаментов жила этажом ниже, а её прелестная дочка Николетта приносила новому жильцу завтрак.
В первое же утро босяк Тони понял, что встретил свою судьбу, о чём без обиняков сообщил девушке. Николетта высказала некоторые сомнения и, для начала, предложила потенциальному жениху помыться и вывести вшей. В тот же день Тони купил мыло и металлический гребень с частыми зубцами. Смыв с себя грязь старой жизни, он почувствовал себя другим человеком. Вскоре сомнения Николетты были рассеяны. С тех пор он не расставался ни с девушкой, ни с расчёской.
Однажды, гуляя с Николеттой, Тони стыбзил с торгового прилавка большое красное яблоко и преподнёс ей. Девушка отказалась есть его одна, и он, достав из кармана расчёску, уверенным движением разрезал плод пополам.
Дела Тони шли в гору. О его преданности, выдержке и умении вложить в слова особый смысл в криминальном мире стало быстро известно. Ещё в молодости он заработал на собственный дом, женился на своей Николетте и увёз её туда, несмотря на жаркие протесты её матери. Девушка рьяно взялась за ведение хозяйства, Тони всё больше погружался в дела мафии. При этом они создавали и берегли свой собственный маленький мирок.
Прозвище Модник Тони получил в ходе переговоров с конкурирующей группой. Встреча состоялась в одном из ресторанов, где при входе всех джентльменов обязали сдать оружие. Расчёску за оружие не посчитали, и очень зря — когда переговоры зашли в тупик, Тони, не меняясь в лице, вскрыл ею горло оппонента.
С тех пор он сменил множество домов, костюмов и пистолетов, неизменными оставались лишь его трепетная любовь к жене и его расчёска. Николетта была ангелом, расчёска — визитной карточкой.
Однажды, поцеловав жену и ребятишек, Тони, как всегда великолепный, отправился по делам. Не успел он дойти до автомобиля, как из-за угла на него кто-то набросился и ударил ножом в грудь. Удар был меткий и сильный, он сбил Тони с ног, но особого вреда не нанёс — лезвие ножа со скрежетом упёрлось в расчёску, лежавшую во внутреннем кармане пиджака. Тони сориентировался быстро, не поднимаясь на ноги, он достал кольт и, не целясь, выстрелил вслед нападавшему. Не попал. Тот скрылся в переулке. Из дома выбежала встревоженная Николетта. Тони к тому времени встал, отряхнул брюки от уличной пыли и беззаботно улыбался супруге.
* * *
Равнодушно осмотрев разгром и распластанные тела, щегольски одетый мужчина остановился перед зеркалом, быстрым движением достал из внутреннего кармана немного погнутую поцарапанную металлическую расчёску, провёл ею по волосам, подмигнул своему отражению, надел на голову шляпу.
Покидая помещение, он элегантным взмахом расправил белый носовой платок, вытер им кровь с ботинок и бросил его на пороге. «Т. М.» было вышито на нём чёрным люрексом.
– Это тебе за то, что чуть не напугал Николетту, – сказал он под нос, выходя. – А царапину на расчёске я простил.