Первая видеокамера у меня появилась в 1998 году, весной, в апреле. Как сейчас помню – «Samsung Hi8». И уже в мае я отправился учиться снимать. Панорамы Телецкого озера. Отъезды-наезды на хребет Корбу. Крупные планы цветочков, набегающих волн Алтын-Кёля и общие планы улочек нашей заповедной деревеньки Яйлю – всё шло в дело обучения. Дошёл и до смелости нацелить объектив камеры на своих земляков. Первой попалась Тёть Тася Анфёрова, которая как раз высаживала картошку в своём огороде. Увидеть меня с «оружием», заохала, замахала руками, отказываясь быть запечатлённой для вечности. Однако, видя мою настойчивость «остановить мгновение», отправила на покос, куда только что ушёл Максим Иванович, её супруг. Ушёл к большому муравейнику, за которым присматривает и у которого лечит свою больную руку.
Чувствуя здоровый азарт видеоохотника-стрингера, упавшего на след интересного события, я быстрым шагом, переходившим в лёгкую рысь, ринулся вверх по склону на покос Анфёровых. И там, в его верхней северной части на опушке леса, увидел сухопарую фигуру Максима Ивановича в светлой клетчатой ковбойке и в его неизменной кепке. Старик степенно и осторожно подходил к большому муравьиному «городу». Запыхавшись, я догнал ветерана-лесника и попросил разрешения поснимать его на видеокамеру. Максим Иванович, привыкший за свою богатую трудовую жизнь в Алтайском заповеднике к вниманию журналистов, фотографов и различных камермэнов, махнул разрешительно рукой и уважительно наклонился к снующим муравьям. Абсолютно, казалось, не обращавшим на нас никакого внимания.
Закатав рукав ковбойки на левой руке, когда-то отмеченной вражеской пулей, старик протянул свою длань над муравьишками и, как опахалом, нагнал на них волну воздуха. Заволновалась было муравьиная братия, но быстро сорганизовалась и, подняв свои брюшки вверх, принялась обстреливать беспокоивший их «неопознанный летающий объект» тонкими струйками едкой муравьиной кислоты. Что и нужно было Максиму Ивановичу. Правой рукой он втирал целительный природный бальзам в ноющую десницу левой руки, осторожно сдувая с неё наиболее дерзких целителей.
Давно это было. Ушли из этого мира Максим Иванович и Анастасия Яковлевна, изменилась жизнь на берегах Телецкого озера. Но муравейник до сих пор жив. Да, он уже не такой мощный, как в те времена, когда объектив моей камеры остановил мгновенья единения человека с муравьями. Когда казалось, что из шёпота взмахов сухопарой руки и шороха снующих природных лекарей, из звона лучей яркого майского солнца и свиста легкого телецкого ветерка, слышится голос самой Природы: «Мы одной крови – Ты и Я»…
В настоящее время Муравейник Лесника стал одним из многочисленных экспонатов музея под открытым небом по имени Яйлю, центральной усадьбы Алтайского биосферного заповедника. Возле него установлена информационная табличка. К нему приходят во время открытых заповедных уроков ученики и учителя местной школы. Мимо него лежит один из экскурсионных маршрутов для гостей Яйлю. И его не трогают местные медведи. Словно Максим Иванович продолжает присматривать за своими докторами…
Видеоматериалы того периода, к сожалению, не сохранились. А вот видеокамера «Samsung Hi8» цела. Это один из экспонатов уже нашего небольшого музея «Хранителей Озера». Я беру её в руки и рассказываю своим гостям о Максиме Ивановиче и Анастасии Яковлевне Анферовых – истинных Хранителях Алтын-Кёля.
Аудиорассказ
Евгений Дмитриевич Веселовский,
Алтайский биосферный заповедник,
Русское географическое общество.