Все произошло именно так. Ракот, как потом выяснилось, спал дневным королевским сном в своих покоях. А проснулся — взрослым, крепко сбитым мужчиной лет двадцати двух, с гладким, как у юноши, лицом. Первым делом его взгляд упал на Алисию, которая от неожиданности замерла у его кровати.
— Ты не совсем моя мама, — произнес он, и голос его был глубже и тверже, чем должен был быть. — Но я буду любить тебя не меньше настоящей. Ты выносила мой сосуд и любила его всем сердцем, зная все перепитии. Я чувствовал это.
Прежде чем она смогла ответить, мир пропал. Они оказались на знакомой горной площадке, где уже стояли, оправившись от внезапного переноса, Вальдемар и Эрих.
Ракот окинул их взглядом, и на его лице расцвела ухмылка.
— О, дедушка! И его друган Эрих!
Эрих чуть прищурился, оценивающе глядя на внезапно повзрослевшего короля.
— Мы имели разговор с твоими… родителями. Я думаю, наш стоит отложить до первой порки.
Ракот смущенно покраснел, и в этом движении вдруг мелькнул тот самый четырехлетний мальчик.
— Ну вот, зануды… Вы поймите, я большую часть жизни прожил среди вас, а не среди Перешти. Сейчас экстренно прохожу курс нытика-подростка, так что скидку.
— У нас этот курс в порку-две укладывается, — невозмутимо парировал Эрих. — А дальше — стучи железкой о манекен. Потом о других таких же. А там уже и первый бой.
— Помнится мне, — коварно прищурился Ракот, — когда я в прошлый раз был в теле, кто-то спасал мою бабушку и нерадивого папеньку прямиком из борделя…
— И сколько надо «почти богу», чтобы отхохотаться? — не сдавался герцог.
— Да с вами, занудами, уж почти все. Вы и почти ровня королю, но вам давали свободу, а за мной ваши железные монстры ходили, а наверху то один, то двое Перешти… Не особо забалуешь. О высоком с вами бестолку — вы не поймете в смысле мироустройства. А в низком вы как раз умнее меня в разы — для вас мои шутки, вы их слышали лет в восемь отроду.
— Ну тогда, — Вальдемар наконец вступил в разговор, — стоит приступить к истории, которую ты не знаешь. По причине твоего тогдашнего несуществования.
Ракот вздохнул, и его поза стала чуть более серьезной.
— Вы сражались меж собой, потом поняли, что цель одна. Спасли бабушку и папаню. Гонялись за бессмертными, одного даже поставили на службу, предварительно излечив с помощью Перешти от самого бессмертия. Далее поймали Коргу, отрубили голову, нашли еще с полсотни — их тоже порубали. Разгромили орду, нашли заговор в Мории, там знатно покуролесили. Потом попали под влияние папеньки, полезли к конунгам, которые мягко говоря ни в чем не виноваты. Дед, — он кивнул на Вальдемара, — понял, дело нечисто, нашел следы бессмертного у папеньки во дворце. Папеньку свергли в мою пользу. Потом прибыли мои магические родители. Настоящая мама и… — он махнул рукой, — да все вы тут мои. Это мой мир. Они предложили не убивать ту, другую, а поговорить и уговорить. Я бы еще кой-что добавил, да не буду. Посмотрю, хороша ли собой.
— Опять! — простонал Эрих.
— Да, опять! — Ракот вдруг снова заулыбался по-юношески дерзко. — Ну попробуй пройти юношество за полчаса! Ладно, ей еще прорываться пару суток по Здешним. Не убивать — не обещаю. Обещаю попытаться избежать, если смогу.
— Да бросьте строить удивленные лица, — Ракот махнул рукой, словно отмахиваясь от назойливой мухи. — Нет, это не всеведение. Лишь память маленького мальчика, которого начали учить читать. И вы будете удивлены, но летописи о вас уже готовы. Я выдал историю, довольно структурированную, из трёх существующих версий. И все они, — он многозначительно поднял палец, — грешат против правды. Ну, к примеру, одна гласит, что пеший герцог Запада, обратив мечи остриём вниз, пробивался через сорок конных латников к дедушке, и лишь случайность не дала свершиться подвигу. Мы же понимаем, что это не так. Как и история из второй хроники, будто Вальдемар рассчитал до секунды скорость лошадей Орды…
Эрих фыркнул, скрестив руки на груди:
— Ну вот это правда!
— То есть правда, — уточнил Ракот, притворно изумлённо подняв брови, — что после разгрома Орды вы захватили в плен дедушкиного дальнего родственника, барона? Это не художественный вымысел?
— Да нет, тоже правда, — буркнул Вальдемар, смотря куда-то в сторону.
— Ладно, — Ракот вздохнул, становясь серьёзнее. — Нам надо обсудить один нюанс. Что делать с династией Ракот, что правила, извечно… если точнее, две с половиной тысячи лет?
Эрих и Вальдемар переглянулись. Вопрос висел в воздухе тяжёлым, нерешённым грузом.
— Будем думать над новой, — наконец произнёс Вальдемар, глядя на внука оценивающим взглядом полководца.
— Я предлагаю сохранить мою, так сказать, — неожиданно заявил Ракот. Его взгляд стал острым, расчётливым. — Я могу… исправить папеньку. Вернуть его к памяти, где он любил маму и всё такое. Бессмертных стонов в голове у него не будет. Зато будет мой брат. И он станет королём. А папенька… папенька останется так и этак в тени. Ребёнка мы подтянем по возрасту. Династия продолжится. Мир получит законного наследника, не ломая устоев. А вы… вы получите стабильность и короля, который будет вам безмерно благодарен. И которым вы сможете управлять, пока он не войдёт в силу.