Глава первая. Баден-Баден
1876 год.
Алексей Иванович сидел в кофейне напротив казино и смотрел на входящих и выходящих. Ему было уже за сорок, и выглядел он стариком — седые волосы, дрожащие руки, потухший взгляд. Игра взяла своё. Она забрала у него всё — деньги, здоровье, молодость, будущее.
Он приехал в Баден-Баден по старой памяти. Когда-то, много лет назад, он выиграл здесь целое состояние. Потом, конечно, проиграл — как проигрывал всегда. Но память о том выигрыше грела его в самые тёмные часы.
В кармане у него лежало двести франков — всё, что осталось от очередного «верного дела», которое, как обычно, провалилось. Он знал, что эти двести франков будут проиграны сегодня вечером. И знал, что после этого ему останется только одно...
— Алексей Иванович?
Он поднял голову. Перед ним стояла женщина — элегантно одетая, в дорогих украшениях, но с тем же самым лицом, которое преследовало его в снах все эти годы.
— Полина, — прошептал он. — Полина Александровна...
Глава вторая. Разговор
Они сидели в её номере — одном из лучших в гостинице. Муж Полины, мистер Астлей, был в отъезде, дети — у гувернантки.
— Я искала вас, — сказала она, разливая чай. — Много лет искала. Хотела знать, что с вами стало.
— И нашли, — горько усмехнулся он. — Нашли вот это. Развалину, нищего, игрока.
— Вы сами выбрали этот путь.
— Разве? А мне казалось, это вы меня на него толкнули. Помните, тогда, в Рулетенбурге? Когда я принёс вам пятьдесят тысяч — выигрыш, о котором вы просили? И вы бросили их мне в лицо?
Полина побледнела.
— Я была безумна тогда. Безумна от горя, от унижения. Де Грие бросил меня, бабушка разорилась, всё рушилось... А вы стояли с этими деньгами и смотрели на меня так, словно я вещь, которую можно купить.
— Я любил вас.
— Нет. Вы хотели владеть мной. Это не одно и то же.
Глава третья. Правда
Они проговорили до поздней ночи. И впервые за все эти годы говорили честно — без игр, без манипуляций, без той странной войны, которую вели когда-то.
— Почему вы вышли за Астлея? — спросил он.
— Потому что он любил меня. По-настоящему, не как вы. Он не требовал ничего, не ставил условий. Просто был рядом, когда мне было плохо. Ухаживал за мной, когда я болела. Ждал, пока я приду в себя.
— И вы его любите?
— Я научилась. Не так, как любила вас — это была болезнь, лихорадка, безумие. С ним — покой, уважение, благодарность. Может быть, это и есть настоящая любовь. Та, которая не сжигает, а греет.
Алексей Иванович молчал. Он думал о своей жизни — о бесконечных казино, о выигрышах и проигрышах, о женщинах, которых он знал и забывал. И понимал, что всё это время искал только её. Искал — и убегал одновременно.
— Я был трусом, — сказал он наконец. — Боялся обычной жизни. Боялся ответственности, скуки, повседневности. Игра давала мне иллюзию свободы. А на самом деле это была тюрьма.
— Вы могли бы остановиться. Читать далее ->
Подпишись. Пушкин бы подписался
#Достоевский #Игрок #Алексей_Иванович #Полина #рулетка #азартные_игры #русская_литература