Остросюжетный роман по реальной жизни женщины-майора.
Остальные главы в подборке.
Дорогие друзья, у меня к вам небольшая личная просьба.
На литературном сайте ЛитРес вышли мои аудиокниги в профессиональной озвучке — «Личный секретарь» и «Приказано исполнить. Часть I».
Если у вас найдётся время оставить отзыв — а возможно, кто-то уже слушал первые аудиоглавы на ДЗЕН, — это станет большой поддержкой для продвижения цикла.
Буду искренне благодарен каждому. Вот ссылочки на книги:
***
Разозлившись на Рыжика, я пребывала в дурном настроении весь день. Дело было даже не в его культуре, порицающей работу на женщину, а в том, как он мне это преподнёс: грубо, с оскорблением и унижением меня по половому признаку. А ведь я искренне хотела помочь – вытащить его из будки и поднять с низов до личного ассистента начальства. Но, по всей видимости, для юного парня работа сторожем, которую он считал полноценной специальностью, приносила больше морального удовлетворения, чем должность под непосредственным женским руководством. Как бы то ни было, меня задело его хамское отношение к тому добру, которое я собиралась для него сделать, и потому о прощении в ближайшее время я даже не помышляла.
Закончив работу пораньше, чем обычно, я заехала в магазин сотовой связи и вернула мобильный телефон по страховке.
«Никогда им не пользовалась – и начинать не стоило», – гневно сказала я самой себе, убирая возвращённые деньги в кошелёк. На этом тема любовной переписки была для меня закрыта.
По дороге домой я много размышляла о разговоре со Старшей. «Жучок, юрист и репортёр», – пыталась я продумать план в усталой голове. Мне искренне хотелось помочь бывшей сокамернице – да и всем девчонкам, оказавшимся в беде в той страшной колонии строгого режима, где и безо всякой дополнительной нагрузки ты не живёшь, а выживаешь.
И, конечно, я мечтала отомстить подонку, который принимал взятки от стервы–юриста за то, чтобы мучить меня; человеку, убившему моего ребёнка и мою верную наставницу–подругу. Самой сладкой мыслью было то, что, сорвав звёзды с погонов начальника тюрьмы, я могла бы нацепить одну – но крупную, майорскую – на свои собственные. Даже несмотря на то, что я собиралась эмигрировать, звание повыше вовсе не было для меня лишним. Оно сулило более высокую пенсию, а я уже приближалась к тому возрасту, когда о старости не просто думают – к ней начинают готовиться.
Первым делом мне было необходимо получить разрешение от министерства вести расследование о нелегальном пошиве униформы для строителей, где зэчки восточной тюрьмы незаконно принуждались к дополнительному труду, а начальник тюрьмы, обходил налоги, толкая товар по сети магазинов внутри всей страны. Прежде, чем обсудить всё это с министром МВД, я должна была поставить мужа в известность, ведь он бы всё равно узнал, так лучше от меня, чем от кого–то другого. Иначе, полковник бы счёл, что я умолчала о деле, и, мягко говоря, отругал.
По дороге домой я заехала в элитный гастроном и набрала всё то, что он любил и всегда ел с особым удовольствием: мраморное мясо для стейков, свежий хлеб с хрустящей коркой, острый сыр и банку маринованных огурцов. Вкусно поевший и сытый мужчина гораздо охотнее идёт на уступки. А мне нужно было не просто его расположение, а поддержка в получении разрешения заняться делом о левом пошиве. И хоть за содержание любовницы я мужа не простила, сыграть заботливую жёнушку была обязана.
– Как вкусно пахнет! – заметил супруг, вернувшись домой.
– Я жарю мясо – твоё любимое, мраморное. И картошечку к нему.
– Вот как?! – зашёл он на кухню, обнял меня за талию и крепко поцеловал в макушку. – И что же моей драгоценной жене нужно от мужа на этот раз?
– Может, я просто хочу сделать приятное супругу, – обиделась я на правду, внезапно почувствовав себя с его слов какой–то хитрой вымогательницей.
– Это вряд ли. Я тебя слишком хорошо знаю: когда ты особенно стараешься мне угодить – значит, тебе что–то нужно.
– Я встречалась с бывшей сокамерницей, – начала я, накладывая ему ужин, – она недавно звонила и просила о свидании.
Полковник уселся за стол, и с заметным аппетитом взял хлебную корочку, а также достал из банки маринованный огурец.
– Ты что, сегодня в колонию ездила?
– Да, – коротко ответила я.
– И чего она хотела? – спросил он, принимаясь за разделку стейка.
– Начальник тюрьмы – тот же гад, из–за которого я потеряла твоего сына, – заставляет женщин бесплатно работать в дополнительные смены. Их принуждают шить строительную униформу, которую он потом толкает на воле за большие деньги. Нелегально, разумеется.
– И? – муж с хрустом откусил огурец и заел его хлебом.
– Бывшая сокамерница предлагает мне взяться за это крупное дело: расследовать его и получить звание майора за раскрытие. Она будет помогать мне изнутри, а я работать снаружи.
– МВД не занимается преступлениями, связанными с персоналом тюрем. Для этого существует отдел внутренних расследований при ФСИН – службе исполнения наказаний.
– Но там замешаны не только сотрудники! Жертвы – зэчки, а преступники – начальник колонии и сеть строительных магазинов, нелегально скупающая форму и не платящая налоги государству. Это уже напрямую касается МВД. У меня как раз срок подошёл на повышение идти. Раскрою это дело, и майорская звезда падёт мне на плечи.
Муж ел и, молча, глядел на меня, а я продолжала:
– Старшая – мой человек в колонии – устроит бунт и попадёт в кабинет начальника. А дальше – прослушка, которую я организую, и мы выведем сволочь на чистую воду. Я – кинолог и возьму ищеек, которые по образцу ткани быстро приведут нас к прятанкам с левым товаром как в колонии, так и в сети магазинов. Чисто, чётко, быстро – не придерёшься, полковник. Уговори министра МВД назначить меня следователем по этому делу, – возбуждённо протараторила я.
– Нет, – вдруг резко ответил он, продолжая жевать мясо с картошкой.
– Почему? – тихо спросила я, искренне удивившись отказу.
– Потому что начальник, как ты сама сказала, поспособствовал выкидышу. А значит, цель у тебя не звание получить, а отомстить. Я, правда, не помню, чтобы ты носила моего ребёнка, но всё это мне не нравится. К тому же в деле участвуют зэчки – бесправные и подконтрольные. Это уже само по себе опасно. Если что–то пойдёт не по плану, начальник их быстро заткнёт и подаст на тебя встречный иск – за оговор или подброс вещдоков. Мне не нужны проблемы с ФСИН, Следственным комитетом и Генпрокуратурой. Ты – моя жена, и всё, что ты делаешь, автоматически касается и меня.
– Но доказать пошив и поставку униформы в магазины не так уж сложно, особенно с нашими нюхачами! Он даже глазом моргнуть не успеет, не то что иск взаимный подать!
– Милая, – устало сказал супруг, – сегодня ты была в тюрьме. Твои данные: паспорт, имя, время визита, с кем встречалась – всё зафиксировано в журнале посещений. Ты правда думаешь, что начальник колонии, ведущий нелегальный бизнес, не отслеживает, кто приходит в его учреждение? Как только эта Старшая затеет бунт, он заподозрит ваш заговор. Поставки тут же прекратятся, а тюремный цех избавится от улик. И даже с лучшими собаками нашего центра ты ничего не докажешь. Зато начальник жёстко накажет зэчек и попытается засудить тебя. Месть ещё никого до добра не доводила.
– Тем не менее, все мои враги наказаны: одни распиханы по тюрьмам, другие горят у сатаны в аду. Эта сволочь – последний!
– В этом доме моё «нет» означает «нет», – отрезал супруг и продолжил смаковать ужин.
Мой план задобрить его вкусной едой с треском провалился. Но отступать я не собиралась, и, молча доедая свою порцию, уже продумывала план «Б».
Ночью я долго не могла уснуть. В темноте снова и снова всплывало лицо Старшей, её хриплый, грубоватый голос, булка со сгущёнкой в крепкой руке и то спокойное «он нас отдубасит – и сказочке конец». Моя бывшая сокамерница была лидером с большой буквы, как и другие главы семей, согласные на её план. Они подставляли себя под удар ради всеобщего спокойствия и избавления от садистичного начальника. Я не могла их подвести! Всё должно было сложиться, точно пазл – без промахов, срывов и форс–мажоров. Тем самым я бы поддержала зэчек, получила звание майора и отомстила старому чёрту.
На следующий день я начала активную подготовку к операции «Левый пошив». Приехав на работу, я первым делом набрала номер репортёрши из независимой прессы – той самой, что не раз брала у меня интервью и помогала в сложных ситуациях публикациями в журнале и сюжетами на ТВ.
– Давно Вас не было слышно! – ответила она почти что сразу.
– Согласна! Но я к Вам с очень интересным предложением!
– Внимательно слушаю…, – почтительно сказала репортёрша.
Я говорила осторожно, не называя ни имён, ни мест, но ей хватало и намёков для телефонной беседы: женская колония, бесплатный труд, левые деньги, крупные партии, известная строительная сеть.
– Если будет запись, – ответила она, – и подтверждение поставок, я подниму это дело так, что его не смогут спустить на тормозах. Но всем нам понадобится очень хороший юрист. Вы же понимаете, что и мне, и зэчкам, да и Вам рот захотят закрыть, а материал – замять. И сделать это захочет та же Генеральная прокуратура или Следственный комитет, ибо в деле замешан начальник крупной тюрьмы, а это подрыв репутации всей исправительной системы. Государству невыгодно оглашение такого позора!
– Конечно, я это осознаю. Будет и запись с подтверждением, и адвокат, и деньги за Ваши услуги! Сколько бы Вы хотели получить?
– Дело интересное и репортаж я напишу бесплатно. Хоть мы и не судебный журнал, а бизнес–издание, строительная сеть – тоже предпринимательство, и статья о них подходит нам, как нельзя, кстати. А бечинства в тюрьме – мы к ней «подошьём». Однако в деле всё–таки замешаны Генпрокуратура и СК, а потому за смелость – мою и рабочей команды, хотелось бы получить солидную сумму – примерно в миллион. Тираж обещаю в дважды больше – разгромный, сильный, откровенный! С интервью заключённых и преступников. Запустим и «живой» репортаж по телевидению. А чтобы пропустили всё это дело – придётся дать на лапу всем. Поймите правильно, мы – независимая пресса, но независимость – тоже понятие относительное.
Я зажмурила глаза. Это был непредвиденный, но необходимый расход.
– Согласна, но я хочу контракт – о том, что вы не отступите, и заключённый не с Вами, а с Вашим начальством, как на канале, так и в журнале. Мне нужны гарантии, что на попятную никто не пойдёт, даже под страхом тюрьмы! Думаю, за миллион, такое возможно.
– Поговорю с начальством, и сразу с Вами свяжусь! – дала она отбой.
Следующим мне было необходимо найти представителя правосудия.
Покопавшись в своей записной книжке, я нашла номер телефона того самого юриста, что работал на наш кинологический центр и которого мой муж беспардонно уволил за то, что тот не доложил ему о печальной истории с кредитом. Когда–то мы с ним плотно сотрудничали, и это он помог мне расправиться с фермером. Однако, обиженный на нашу семью за несправедливое увольнение, мужчина попросил никогда его не беспокоить. Тем не менее, он был мне нужен, и я позвонила.
– Добрый день! Помните меня?
– Что за странный вопрос! Конечно, помню! Моя бывшая начальница из центра кинологии, откуда меня выставил полковник, потому что прикрывал я именно Вас и Ваши махинации! Я и его консультировал, помнится. И вот благодарность!
– Терять Вас было жаль, – спокойно ответила я. – Но позволю себе напомнить, уважаемый, что за все Ваши «миссии» вне рабочего кабинета Вы получали хорошие деньги.
– От Вас – да, получал. А вот с Вашего супруга и лишней копейки не вытянуть было!
– Так звоню Вам я, а не он. Может, пропустим неприятный эпизод с увольнением и вернёмся к сотрудничеству?
– Я поклялся кодексом нашей страны, что больше вашей семье я помогать не буду.
– Не я сняла Вас с должности, так почему я должна быть наказана вместе с мужем?
– Пострадал–то я благодаря Вам!
– И благодаря мне Вы не раз неплохо подзаработали, – сухо заметила я. – Хотите ещё? На этот раз – очень по–крупному.
Юрист замолчал, размышляя над моим предложением, а после протяжного стона, снова заговорил:
– Что нужно делать?
– В ближайшее время в Следственный комитет и Генпрокуратуру поступит заявление о том, что начальник одной тюрьмы превышает свои полномочия: использует труд заключённых для пошива левой одежды, которую затем продаёт крупной сети известных строительных магазинов, не платя налоги государству. Параллельно выйдет репортаж в независимой прессе – в журнале и на телевидении. Мне нужен блестящий юрист, который защитит интересы зэчек, мои и журналистов, а главное – проследит, чтобы дело такого масштаба никто не попытался замять.
– Работа опасная, – протянул он. – Тут замешаны серьёзные органы. Нужен не просто юрист, а адвокат из Федеральной палаты. Проверенный и неподкупный – даже для Генпрокуратуры.
– У Вас есть такой на примете? – спросила я, уже зная ответ, ведь иначе он бы не заговорил об этом.
– Какова оплата? – с хитрецой поинтересовался мужчина.
– Двадцать процентов моих акций кинологического центра, – решительно ответила я.
– Сколько?! Но… Вы же потеряете часть власти, которую дают ценные бумаги!
– Мне всё равно. Я скоро покину эту страну. А Вы сможете вернуться в центр уже в статусе акционера – с дивидендами и правом голоса в совете. По–моему, предложение более чем выгодное.
– Не могу не согласиться, госпожа. Но чем мне отблагодарить знакомого из Федералки?
– Я заключаю сделку с Вами, господин юрист. А Вы – предоставляете услугу! Как – меня уже не касается!
– Тогда так: двадцать два процента, из которых два я отдам ему.
– Двадцать один, и не процентом больше, – предложила я ровно столько, сколько не помешало бы мне оставаться в позиции контроля над центром и акционерами, пока я находилась в стране, а также не дало бы юристу права на блокирующий пакет. – Как вы поделите их между собой – меня не касается.
– Ладно, договорились. Нужно встретиться, зафиксировать соглашение и обсудить детали.
– Верно. Но встреча будет общей: я, Вы, Ваш адвокат и моя репортёрша. Каждый должен чётко понимать, что это за план и какова его роль в этом замысле.
– Отлично. Буду ждать Вашего звонка.
После этой беседы оставалась самая сложная часть плана «Б». Для её реализации я наметила техника и вызвала его в свой кабинет, чтобы поставить задачу. Деликатно постучав в дверь, он дождался приглашения войти и осторожно присел на край стула.
– Чего ты такой зажатый? – спросила я, глядя на молодого мужчину.
– Боюсь Ваших поручений. А Вы явно вызвали меня не поболтать. Опыт, знаете ли…
– Моих поручений бояться не надо, милый мой, – усмехнулась я. – Головой надо думать, когда их выполняешь, и не брать на себя слишком много.
– Как скажете, – тяжело вздохнул техник. – Что я должен сделать на следующем аджилити?
– Речь не о собачьих играх. Мы пока даже условий от итальянцев не получили. Мне нужно кое–что другое. Ты хорошо разбираешься в компьютерах и интернете. Покопайся и найди мне закрытые и открытые клубы, где мужчины смотрят стриптиз или танец живота, а потом приглашают девушек в частные комнаты – на час–другой. Понимаешь?
Технарь ошарашенно взглянул на меня.
– Вам–то это зачем?
– Вот данные той, кого я ищу среди танцовщиц, – написала я на бумажке имя Ледышки и протянула ему. – И ни слова об этом никому!
– Понял. А кто она?
– Одна потаскушка. Любовница министра МВД и моя бывшая сослуживица. Мне нужно поймать её на крючок. Я уверена, что она крутится в водах богатых дядей, которые платят ей за весёлую компанию.
Техник задумался, почесал затылок и, помедлив, спросил:
– Госпожа, а Вы сможете меня переоформить? Я всё ещё числюсь техником, хотя теперь большую часть работы выполняю за компьютером. В двадцать первом веке это уже называется IT–специалист.
– Ты Шекспира читал? «Роза пахнет розой, хоть розой назови её, хоть нет», – усмехнулась я снова, хотя понимала, что технарь решил взять оплату за эту услугу новым престижным званием, которое потянуло бы за собой и повешенный оклад.
– Да просто… звучит современнее. А то я как электрик какой–то, хотя мои задачи давно ушли в глобальную сеть.
– Найдёшь эту шлюшку в короткие сроки – переоформлю и зарплату слегка подниму. Как айтишнику.
– Будет исполнено! – вскочил он довольный, и покинул мой кабинет.
Когда всё было сделано, я откинулась в кресле и подумала о рыжем стороже. Он не звонил, не приходил, не искал меня и не пытался помириться – словно ему было всё равно. А может, ждал, что я сама приду с поклоном. Но делать этого я не собиралась. Как бы я ни грустила по нему, женская гордость была сильнее. «Это Рыжик меня обидел. Значит, извиняться должен он», – размышляла я, глядя в окно на тяжёлые серые тучи.
Тем днём я засиделась за работой и, когда сумерки спустились на землю, взглянула на часы и поняла, что мне уже давно было пора домой. Я убрала документы в шкаф, накинула своё пальто и вышла из кабинета. Коридоры центра уже были пустыми, и каждый мой шаг на каблуках проносился эхом по зданию.
На выезде, у шлагбаума, я медленно притормозила, заметив занятную картину.
– Парень, я тебе ещё раз говорю: без пропуска – ни шагу дальше! Хоть на голове стой! – рычал новый сторож, тот самый «инженер с охотничьей душой», уперевшись взглядом в Рыжика.
«Всё-таки явился!» – с вредностью подумала я, но в душе обрадовалась своему любовнику.
– Да ты вообще кто такой?! – взорвался тот. – Я здесь работал! Я сам сторожем был!
– Не слышу, что ты там пищишь! – заорал старик, изображая глухоту. – Пропуск есть?!
– Нету! – с яростью выкрикнул Рыжик ему прямо в ухо.
– Значит так, – с наслаждением перечислил сторож. – Документов нет. Пропуска нет. Приказа нет. Ни черта у тебя нет! Свободен! Шагом марш отсюда!
– Отойди с дороги! Мне к начальнице надо! – юноша шагнул вперёд, давя напором.
– Стой! – мгновенно изменился тон старика. – А то как шмальну по кедам и в полицию звякну – до участка на костылях доскачешь! Камера всё пишет!
– Чё ты мне брешешь?! – взвизгнул Рыжик. – Какие камеры?! Никогда их тут не было!
– Не было, так появились! – хитро прищурился сторож. – Я попросил поставить. Вон, гляди.
Он ткнул пальцем в угол будки – и я невольно усмехнулась: предприимчивость старика начинала мне нравиться.
И тут Рыжик заметил меня в машине.
– Вот! – торжествующе выкрикнул он. – Спроси у неё! Она подтвердит!
Мой рыжий любовник был уверен, что я выйду из авто и прикажу старику всегда пропускать его в центр. Эта самоуверенность резанула мне по расшатанным нервам.
Я действительно вышла из машины, с поднятой головой, манерно, с достоинством начальства. Наши с Рыжиком взгляды встретились – и внутри меня всё болезненно сжалось. Обида, тоска, усталость от его наглости и собственной слабости перед ним переплелись в один тугой узел. Я питала чувства к этой юной твари, но заставила себя быть холодной с ним.
– Наш сторож прав, – ровно прозвучал мой голос. – Ты здесь больше не служишь. И делать тебе здесь больше нечего.
– Ты… серьёзно?.. – голос Рыжика дрогнул. – Я просто хотел… вещи забрать. И с тобой поговорить. – Испуганными глазами смотрел он на меня, понявший, что предыдущим днём я не шутила, и мириться с ним не собиралась.
– Нам не о чем разговаривать, – отрезала я. – Личные вещи тебе передадут. А сейчас уходи и не мешай человеку работать. Да и мне проехать надо, домой к супругу спешу! – нарочито задела я его последней фразой.
Рыжик, сжав челюсти, бросил на сторожа злобный взгляд, а затем шагнул ко мне вплотную и прошипел:
– Поматросила и бросила, так? Нет уж, начальница, у меня испытательный срок. Полгода. И уволить меня ты не имеешь права.
– Я и не увольняла тебя, – ледяным тоном ответила я. – Я предложила перевод на должность секретаря, от которой ты отказался. И говори со мной на «Вы».
– Ах, вот как ты заговорила?! – усмехнулся юноша. – А когда я между ног тебе лизал, ты куда податливее и ласковее была!
– Закрой рот! – рявкнула я. – Мы не одни!
– Да он глухой! – презрительно бросил Рыжик. – Нашли охранника! Я бы его давно на пенсию списал!
– Тебя это не касается! – резко оборвала я его. – Ты здесь больше не работаешь и никем не распоряжаешься!
– Тогда знай: я принимаю работу секретарём!
– Я больше не предлагаю тебе эту должность.
– Тогда я подам в суд на учреждение твоего супруга! Вы не имеете права снимать меня с работы в течение испытательного срока.
– Я выплачу тебе деньги за оставшиеся месяцы!
– Нет, дорогая, – горько усмехнулся он. – Я хочу тебе глаза мозолить. Потому что знаю: ты любишь меня. И я тебя люблю. А наша ссора – обычная глупость.
– Я сказала «замолчи»! – прошептала я, почти умоляюще. – Не будь подонком! Не давай почву слухам – здесь сторож стоит!
– Будь я подонком – шантажировал бы тебя нашим романом – тем, что расскажу о нём полковнику и прессе, – тихо ответил он. – Но я – мужчина. И так не поступлю.
Мне стало жутко от его слов, – уже от того, что такое могло прийти ему в голову, и я вдруг испугалась, что точно мотылёк, полетевший на свет, однажды наровила обжечься о лампочку, которую именно он и вкрутит, привлекая меня ярким сиянием.
Рыжик сел в свой внедорожник и резко рванул с места.
– Правильно… – пробормотал сторож, будто беседуя сам с собой. – Молодёжь. Ни культуры, ни уважения к старшим. Одни беды от них!
– Послушайте, то, что Вы, возможно, услышали… – начала я, желая хоть как–то оправдать мой с Рыжиком диалог, ведь знала, что глухим мужчина только притворялся.
– Я ничего не слышал, госпожа. Последнее время слух сильно подводит, – опередил он меня и, не спеша, поплёлся в сторожку.
Я добро усмехнулась его учтивости и заглянула в будку.
Пост изменился: дерево было обито плотным утеплительным материалом, в углу стоял отопитель, шелуха от орехов и семечек Рыжика была выметена, кроссворды лежали аккуратной стопкой, а на крючке висели фонарь и запасная куртка. Ни хаоса, ни лишних вещей.
– Уже освоились? – спросила я.
– А как же, – кивнул старик. – Порядок немного навёл. В охоте без порядка – смерть. Тут, думаю, то же самое.
Я улыбнулась, ещё раз убеждаясь, что сделала правильный выбор. Рядом с этим человеком было действительно спокойно. Он не пропустил на территорию центра «постороннего», хотя знал, что Рыжик и правда работал сторожем в центре до него; однако пропуска у того больше не было – а значит, и делать ему в учреждении было нечего. К тому же старик решил сохранить услышанное в тайне, а это было немаловажно, с учётом того, что я собиралась взять его в команду по аджилити.
– Продолжайте в том же духе, – вернулась я в свою машину.
– Приказано – исполнить, госпожа! – поднял он для меня шлагбаум, и я выехала с территории центра.
***
Спасибо за внимание к роману!
Цикл книг "Начальница-майор":
Остальные главы "Приказано исполнить: Вторая грань" (пятая книга из цикла)
Все главы "Приказано исполнить: Под прицелом" (четвёртая книга из цикла)
Все главы "Приказано исполнить (ЧАСТЬ 2)" (третья книга из цикла)
Все главы "Приказано исполнить (ЧАСТЬ 1)" (вторая книга из цикла)
Все главы - "Личный секретарь" (первая книга из цикла)
Галеб (страничка автора)