Если вам кажется, что компьютер в последние годы стал «уставать» быстрее — вам не кажется.
Даже на системах с 16 или 32 ГБ оперативной памяти всё чаще появляется ощущение, что запаса больше нет. Программы запускаются медленнее, браузер ест память как не в себя, а система начинает странно «задумываться» на ровном месте.
Это не поломка и не совпадение
И дело тут не в поломке, не в вирусах и не в «кривых руках».
В 2026 году мы впервые за долгое время снова столкнулись с реальной нехваткой оперативной памяти — системной, массовой и вполне закономерной.
Ещё недавно казалось, что проблема ОЗУ решена окончательно. Память дешевела, объёмы росли, а требования выглядели смешно на фоне возможностей железа. 8 ГБ сменились 16, затем стали появляться системы с 32 ГБ — и возникло ощущение, что этого хватит надолго.
Компьютер больше не выполняет одну задачу за раз
Но цифровая реальность изменилась быстрее, чем ожидалось.
Сегодня компьютер — это не инструмент для одной задачи, а среда, в которой всё происходит одновременно.
Современный пользователь редко закрывает программы.
Браузер с десятками вкладок работает параллельно с мессенджерами, редакторами, IDE, облачными клиентами и фоновыми сервисами. Каждое из этих приложений — уже не просто окно, а сложная система с собственными процессами, кешами и постоянной активностью.
В итоге оперативная память перестала быть временным хранилищем.
Она стала рабочим пространством, которое занято постоянно.
Отдельную роль в этом сыграли нейросети.
Даже если пользователь не запускает их напрямую, они уже встроены почти во всё: браузеры, редакторы, среды разработки, операционные системы. Эти технологии не работают «мимоходом». Им нужно держать модели в памяти, сохранять промежуточные данные и минимизировать повторные вычисления.
Проще говоря, нейросети не любят освобождать ОЗУ.
Если память есть — она будет использована.
Нейросети пришли тихо — и остались навсегда
Операционные системы давно приняли эту философию.
Современная ОС считает свободную оперативную память бесполезной. Если есть возможность занять её кешем, предзагрузкой или служебными данными — она это сделает. Формально всё работает правильно, и в диспетчере задач всё может выглядеть «нормально».
Но на практике граница между эффективным использованием и перегрузкой стала слишком тонкой.
Как только системе начинает не хватать ОЗУ, она обращается к накопителю. Даже быстрый SSD не спасает от потери отзывчивости, особенно при многозадачной работе.
Есть и ещё одна причина, о которой говорят реже.
Оптимизация стала экономически невыгодной
Оптимизация больше не является главным приоритетом. Это не упрёк разработчикам — это экономика. Железо растёт в мощности быстрее, чем дешевеет время специалистов. Гораздо проще добавить ещё один слой абстракции или оставить данные в памяти, чем тратить недели на тонкую настройку.
В результате программы становятся тяжелее, а требования растут почти незаметно — от версии к версии.
Именно поэтому в 2026 году всё чаще говорят не просто о росте потребления, а о кризисе оперативной памяти.
Кризисе ожиданий. Пользователь видит 32 ГБ ОЗУ и рассчитывает на запас. А получает систему, которая снова живёт «впритык».
Это уже было раньше.
Когда-то 4 ГБ считались избыточными, потом — минимально комфортными, а затем — недостаточными. Сейчас ту же траекторию проходят 16 и 32 ГБ, только гораздо быстрее.
Почему эта история не закончится быстро
В ближайшие годы ситуация станет ещё нагляднее.
16 ГБ окончательно перейдут в категорию минимума. 32 станут базовым стандартом для комфортной работы. А 64 ГБ — нормой для тех, кто работает с кодом, графикой, видео и нейросетями.
И это не про «запас на будущее».
Это про соответствие настоящему.
Кризис оперативной памяти 2026 года — не ошибка и не временный сбой.
Это прямое следствие того, как мы научили компьютеры работать за нас, думать за нас и помогать нам быстрее.
ОЗУ снова кончается.
И в этот раз — надолго.
Не забывайте ставить лайки 👍 и подписываться на канал ✔️, если материал понравился! Так вы увидите больше интересных статей, а моему каналу это поможет развиваться.