Граненый корпус, скошенные бронелисты, компактные габариты – на фотографиях БА-64 выглядит почти изящно. Ладный, аккуратный, будто игрушечный танк на колёсах. Обманчивое впечатление.
Внутри этого железного ящика двое взрослых мужчин работали в условиях, которые сегодня не прошли бы ни одну комиссию по охране труда. Мотор торчит между ног водителя. Температура летом под 60 градусов. Обзор через щель размером с ладонь. А машина норовит опрокинуться на любом косогоре.
БА-64 стал единственным полноприводным бронеавтомобилем, который выпускала советская промышленность всю Великую Отечественную. Эти машины прошли от Сталинграда до Берлина. Не потому что техника была хороша, потому что люди внутри терпели невозможное.
Полгода на всё
К лету 1941-го Красная армия располагала единственным лёгким броневиком – БА-20. Заднеприводная машина на базе «эмки» вязла в любой грязи и не держала бронебойные пули.
Новый броневик начали проектировать на Горьковском автозаводе в июле 1941-го. За основу взяли свежий внедорожник ГАЗ-64 – тот самый «иван-виллис». Руководил работами конструктор Виталий Грачёв.
В сентябре на завод привезли трофей – немецкий Sd.Kfz.221. Машину разобрали до винтика. Позаимствовали главное: скошенные бронелисты, от которых рикошетят пули, боковые люки для экипажа, башню на поворотной тумбе.
9 января 1942 года первый образец выехал за ворота. От старта проекта до готовой машины – меньше полугода. На испытания и доводку времени не осталось. Броневик пошёл в серию сырым, а дорабатывать пришлось уже на фронте — руками тех, кто на нём воевал.
Техника на пределе
Сердце БА-64 – четырёхцилиндровый мотор ГАЗ-М объёмом 3,3 литра. Пятьдесят лошадиных сил на 2,4 тонны брони. Для понимания: Hyundai Solaris с мотором 1.6 выдаёт 123 силы при вдвое меньшем весе.
Система охлаждения не справлялась с первого дня. Радиатор укрыли глухим бронелистом, воздух сочился через узкие щели снизу. Двигатель грелся даже в январский мороз. Проблему так и не решили – просто терпели.
Подвеска от лёгкого ГАЗ-64 под бронекорпусом долго не жила. Задний мост ломался первым: сыпались полуоси, разваливался дифференциал. Фронтовые механики нашли выход – намертво блокировали раздатку, лишая водителей соблазна отключить передний привод. Расход топлива подскочил, зато мосты перестали лететь.
Главная беда – колея шириной 1240 мм при высоком центре тяжести. Крен 17 градусов – и машина ложится на бок. Любой резкий поворот, любая косая колея – риск перевернуться. Слабый мотор тут работал как предохранитель: разогнаться до опасной скорости броневик не успевал. Колею расширили только в 1943-м, когда пошла модификация БА-64Б.
Рабочее место водителя
Две дощечки на трубчатом каркасе, обтянутые брезентом – это сиденье. Между ног – раскалённый кожух мотора и коробка передач. Рычаг КПП торчит почти из-под руля. Педали утоплены в узкие щели, тугие до одеревенения – давить приходилось в кирзовых сапогах.
Обзор на марше – через окошко размером с экран магнитолы в бюджетном седане. В бою оно закрывалось, оставляя щель в два пальца. Приборы имели подсветку – не для комфорта, а потому что внутри темно даже днём.
Зимой двигатель грел боевое отделение – экипаж не замерзал. Летом тот же мотор превращал броневик в духовку: 50–60 градусов, воздух пропитан бензином и горелым маслом.
Место командира
Попасть в башню – отдельный квест. Снизу через водительское место – акробатика для худощавых. Сверху, откинув башню – проще, но не под огнём.
Командир сидел на крошечном мотоциклетном сиденье. За спиной – бензобак. Слева – аккумулятор. Справа – диски с патронами и аптечка. Башню вращал вручную, отталкиваясь ногами от пола. Никаких приводов – только собственный вес и упорство.
Двери для эвакуации? Маленькие, неудобные, открывались вниз. Выбраться через них быстро – почти невозможно.
От Сталинграда до Берлина
БА-64 не создавался для прорыва. Пулемёт ДТ калибра 7,62 мм, тонкая противопульная броня – в лобовой атаке ловить нечего. Машина работала в разведке, связи, сопровождении колонн, поддержке пехоты.
В городских боях броневик неожиданно пригодился. Пулемёт в открытой башне задирался на 75 градусов – стрелок доставал верхние этажи, откуда били немецкие автоматчики. Корпус тем временем держал ответный огонь.
Горьковский завод выпустил свыше 9 тысяч машин: сначала БА-64, затем улучшенные БА-64Б. Они прошли Курскую дугу, освобождали Варшаву, Прагу, Вену, закончили войну в Берлине. Часть отправилась на Дальний Восток – добивать Квантунскую армию.
Вердикт
БА-64 – не памятник инженерной мысли. Это памятник человеческой выносливости. Машина, слепленная за полгода из того, что нашлось, брошенная в бой без доводки. Она ломалась, грелась, переворачивалась. Экипажи терпели – и доехали до победы.
Сегодня проехать на таком броневике по ровному асфальту – уже испытание. Водители сороковых делали это под огнём, по разбитым дорогам, в жаре и темноте. Не техника выиграла войну. Люди внутри неё.