Марго что тогда, что сейчас чувствовала себя неспокойно в присутствии такого человека, как Сармат. Да и как можно оставаться спокойной, когда он смотрит так, будто душу насквозь твою видит?
— Зачем я тебе понадобилась? — откашлявшись и прочистив горло, спросила Марго.
Она давно не посещала этот ресторан, а ведь когда-то именно отсюда начался её путь, по которому она до сих пор идёт. «Феникс» ... Именно Сармат дал ему такое название.
— Лишних вопросов не задавай. Ты знаешь, я терпеть не могу отвечать на эти вопросы. То, что я тебе сейчас скажу, то и запоминай.
— Я поняла — тут же произнесла Марго, выпрямившись в кресле и сцепив пальцы в замок так, что они побелели.
Взгляд Сармата был не только пронизывающим, но ещё и тяжёлым. Он давил, сковывал все движения, даже мысли путал.
Раньше Марго даже подумать не могла, что бывают такие люди, в присутствии которых твоя воля и разум оказываются парализованными.
В кабинете, где происходила их беседа, стоял густой полумрак и стойкий запах дорогого табака вперемешку с мужским парфюмом.
Марго незаметно втянула в себя этот запах, который всегда вызывал дрожь во всём её теле.
— У тебя живёт девчонка. Именно она меня интересует.
Глубокий, опутывающий голос Сармата с трудом пробился в сознание Марго. Глаза её расширились от удивления.
— Надя? И в чём твой интерес?
Сармат никогда ранее не интересовался столь юными девицами. И, незаметно закусив губу, Марго ждала его ответа. Откуда он узнал про Надю? Зачем она ему?
— Не твоего ума дело, в чём мой интерес — чётко проговаривая каждое слово, ответил Сармат, и, поддавшись вперёд, он, не сводя с Марго своих тёмно-синих глаз, хрипло продолжил — слушай и не задавай вопросов. В Реченске, откуда эта девчонка родом, у меня имеется свой интерес. Одна высокопоставленная гнида усердно рвётся подмять под себя весь город. Я не могу этого допустить. Эта девочка уже часть большой игры. И в этой игре ей отведена не последняя роль. Будь максимально внимательна. Я сейчас подробно расскажу тебе, что требуется лично от тебя.
Марго сама не заметила, как, разжав пальцы, вцепилась в подлокотники кресла и тоже подалась вперёд, вся превратившись в слух.
***
Надя позвонила Владу. Сама не знала зачем.
— Привет. Что делаешь?
— Сплю — голос в трубке и вправду был сонным. Устыдившись своей смелости, Надя уже хотела было быстренько отключиться, как Влад тут же спросил:
— Ты там как? Голова нормально?
— Нормально. Обезболивающее выпить, правда, пришлось. Марго ушла, и я решила тебе позвонить.
— Ну и хорошо. Мне как раз на смену собираться. Будильник я забыл завести, зато ты меня вместо него разбудила. У тебя всё в порядке? Или случилось чего?
— Не случилось. Всё нормально. Просто позвонила. Разве нельзя? Сам же сказал, будет скучно звони.
— Да ладно, не обижайся. Я не увиливаю от разговора с тобой, но мне действительно пора на работу собираться. Ты завтра набери мне, погуляем где-нибудь. Я тебе такие места красивые покажу, нигде таких больше не увидишь.
— Позвоню. Если хорошо буду себя чувствовать. Пока!
И Надя брякнула трубку на рычаг. И зачем она Владу позвонила только?
Девушка рассматривала своё отражение в большом овальном зеркале, которое висело на стене в прихожей.
Не нравилось Наде её лицо. Голова в бинтах. Лицо бледное, круги под глазами. В кого она превратилась? И от Артёма далеко. Ни написать, ни позвонить. Марго заперла её в квартире. Сидеть в четырёх стенах было невыносимо. Ну когда она уже вернётся?
Трясущейся рукой Надя набрала номер отцовской квартиры. Он ей сам на бумажке написал, просил, если что, звонить.
— Пап, это я. Как ты?
— Надя? А я ... Я уезжаю - голос отца звучал приглушённо, торопливо.
— Куда? В таком состоянии? Ты с ума там сходишь?
— В Реченск. Не могу в Москве больше сидеть.
— Но зачем, папа! Это глупо, неразумно! Тебе лечиться нужно, тебе ...
— Надя. Это серьёзно. Я не могу сидеть сложа руки и ждать. Нина после себя много вопросов оставила и ни одного ответа. Я хочу с начальником следствия побеседовать, старых знакомых навестить. Мы же когда-то в одной упряжке все были, до того момента, пока я не решил всё бросить. Марго не дома?
— Нет, ушла. Меня заперла в квартире.
Надя решила ни за что не говорить отцу, что её избили. Зачем его зря волновать? Она всё равно так и не узнает, кто это был.
— А куда ушла, не сказала? И почему заперла?
— Откуда мне знать, почему? У Марго свои дела, и о них она мне ничего не рассказывает, считая меня малолеткой. Папа, я не понимаю, что мне делать. Я учиться приехала, в Реченске мне жить небезопасно. А у тебя тут тоже, как выяснилось, свои проблемы.
— Надя, ты обязательно поступишь. Не в этот год, так в следующий. Учиться никогда не поздно. Меня пока не ищи. И не переживай. Со мной всё в порядке. У меня будто второе дыхание открылось, так я загорелся выяснить, куда же мама твоя влезла и действительно ли сердечный приступ виноват в её внезапной смерти? Держись возле Марго. Она плохому не научит. Я ей полностью доверяю.
— Как скажешь, пап. Береги себя, ладно?
Положив трубку, Надя опустилась на корточки и сжала голову обеими руками. Почему нельзя нормально жить? Обязательно жди каких-нибудь неприятностей.
***
Артёма определили в одноместную палату, перед этим обследовали с головы до ног. Операцию назначили уже через два дня. Врач оказался доброжелательным и располагал к себе с первой же секунды. Анна не могла наслушаться его. Ну до чего приятный доктор и мужчина.
Алиса сама обо всём расспрашивала, звонила потом отцу по межгороду. С матерью Артёма они разместились в гостинице, которая от клиники находилась в паре кварталов.
— Анна Валентиновна, не буду ходить вокруг да около. Ваш сын мне нравится. И я была бы вовсе не против того, чтобы наши с ним отношения вышли на серьёзный уровень. Сейчас они пока дружеские, но если вы как-то Артёму намекнёте, то ...
— Ну что ты, деточка. Я сама только рада буду, и с Артёмом я, конечно же, поговорю — взволнованно произнесла Анна. От радости у неё дыхание перехватило. Такие перспективы. Скорее бы уже операция благополучно прошла, реабилитация и домой. Уж Шатилов своих слов на ветер-то не бросает, а тем более если сама Алиса решительно настроена, то тут и переживать не о чем. Хоть бы Артём не сглупил. Придумать надо что-то про Надю, чтобы отвратить его от этой девчонки окончательно. Но что придумать-то?
— Вот и славно — Алиса налила себе чего покрепче. Девушка чувствовала себя уверенно, раскованно и стесняться не собиралась. Перед кем? Перед будущей свекровью? Вот ещё. Пускай привыкает.
Анне не особо понравилось, что Алиса потянулась к крепким напиткам. Да ещё сигареты демонстративно из сумочки вытащила и бросила на стол. Но что она могла ей сказать? Девочка из обеспеченной семьи, свободных нравов. В конце концов, и потерпеть можно.
— Я тебе говорить не хотела, но есть одна-единственная проблема. До знакомства с тобой Артём встречался с Надей Тарасовой. Девочка только школу окончила, юная совсем. Прилипла к Артёму, как банный лист. Из армии ждать обещала, замуж за него выйти. Я их отношения не одобряла. Мать у Нади мне не по душе всегда была. Следователь Нина Григорьевна Тарасова не слыхала о такой?
Алиса поморщилась и сделала большой глоток. Имя следователя ей было знакомо. Отец как-то по телефону с кем-то разговаривал и обмолвился.
— И? Артём любит эту девчонку? — уставившись на Анну Валентиновну, спросила девушка. Соперницы ей не нужны. Тем более малолетние.
— Не то чтобы любит ... Понимаешь, Алисочка, он у меня ответственный такой. Надю он как бы опекал, что ли. Но любви у него к ней нет, думаю.
— Думаете или уверены? Мне подачки не нужны. Артём обязан будет сделать выбор. Мы не просто должны будем с ним потом пожениться. Я буду ждать от Артёма заботу, любовь и верность. Иначе никак.
Анна уж и пожалела, что выболтала про Надю. И как теперь выкручиваться?
— Уверена, уверена, деточка. Но самой Наде объяснить, что за Артёмом теперь не нужно бегать, собачонкой всё же придётся.
Алиса насмешливо приподняла бровь.
— И вы намекаете, что объяснить малолетке о том, что Артём её не любит, должна я?
Анна окончательно стушевалась, почувствовав себя беспросветной дурой. Ну куда она полезла? Алиса вдруг расхохоталась и присела рядом с матерью Артёма на диван.
— Ладно, эту проблему я беру на себя. Ваша задача сыну своему правильные мысли внушать. Согласившись принять помощь от моего отца, он согласился и на всё остальное. Кстати, что там следствие? Известно, кто наехал на Артёма?
Анна Валентиновна только отмахнулась. Артём всем твердит, что ничего не помнит. Ни машину, ни тем более её номер. Свидетелей нет, темно было. Заявление о наезде, соответственно, парень писать не стал, и следователь ушёл ни с чем.
Встав возле окна, Алиса молча курила. Артёма она теперь так просто никому не отдаст. Всё, он попал в её сети, и назад у него пути нет.
Продолжение следует
Автор: Ирина Шестакова