Впервые за смену выбравшись из пыльного ангара, я сидел на внушительных размеров камне и жевал яблоко. Такому камню под стать быть постаментом а не служить для лежбища такому невеже и скоту, каким был я и большинство находящихся здесь. Дыхательная маска лежала вместе с баллоном - чуть позади, на этом же камне. Есть люди которые каким-то образом приспособлены для дыхания таким разреженным воздухом. Я к ним не отношусь, и для меня оказаться в атмосфере этой планеты на более менее долгое время - смертельно. Огрызок яблока я бросил в отвратительно розовые, похожие на скрученные глисты, невысокие заросли полипов. Поле этих полипов простиралось на добрую сотню метров и упиралось в тёмную стену чего-то, очень похожего на наш земной лес. В месте, куда я бросил остаток яблока тут же началось движение, похожие на щупальца отростки скручивались пытаясь захватить кусок органики, неожиданно упавший к ним. Этим полипам присвоен шестой класс опасности. Это значит, что не стоит подходить к ним ближе сем на пять метров. Дальше эти кусты становились всё выше и выше. Всё менее плотными становились их кольца. Моё наблюдение - если полип совсем раскрыт, значит он мёртв или близок к смерти. Среди этих зарослей шмыгали мелкие животные, а над ними тучами летали мошки. Я приставил маску к лицу и сделал несколько глубоких вдохов.
Раз в сезон я получаю под роспись специальный костюм, пару канистр с горючкой и пушку, из которой я испускаю жидкое и липкое пламя на всю эту неземную красоту. Такие работы нужно осуществлять как минимум в паре. Но на это всем было, естественно, плевать. Стоит мне появиться на моей поляне в таком виде, и по кустам молоденьких и нежно-розовых полипов даже в самую спокойную погоду проходит рябь. Они начинают дрожать. Мне приятно думать, что они боятся. Я прохожу сквозь них и оставляю за собой целое море обугленных и застывших в последней агонии щупалец. Писк, с которым влага испаряется из их потрескавшихся тел, иногда доходит до меня через гудение пламени, которое я изливаю перед собой. Иногда из последних сил кто-то вцепится в мой высокий сапог и оставит на нём липкий след. Я размажу его крепким каблуком и пойду дальше. В это время высокий лес поодаль начинает шуметь, а я стою перед ним, вдыхаю запах гари и внимаю.
Когда люди прилетели на эту планету, полипы были повсюду. Вскоре выяснилось, что они очень опасны. Их уничтожали как могли, но они вырастали с поразительным упорством. Я эти времена не застал. В первый раз я прилетел сюда на вахту четыре земных года назад. На моей памяти тут пропало лишь несколько человек. Среди них была наша уборщица - полная невысокая женщина с больными ногами. Несколько её железных зубов я обнаружил во время своего первого похода на эту нечисть. Именно тогда я понял, что мы имеем дело с врагами, волей судьбы вынужденные жить бок о бок, и пощады нам не будет. Исследователь сказал, что они так добывают себе пищу. Они впрыскивают своими многочисленными жалами парализующий яд, потом плотно соврачиваются вокруг своей жертвы и выделяют сок, разлагающий добычу.
-Таких нет ни на одной из открытых планет, это удивительные существа! - говорит исследователь. А я уже давно пришёл к выводу, что у него поехала крыша.
Не найдя тут ничего привлекательного, эту планету стали использовать как склад, перевалочный пункт. Тут хранят грузы, которые нужны на земле обетованной. На планетах, где жизнь легка и беззаботна. Там есть хорошая питьевая вода, и адекватная атмосфера. Когда-нибудь я скоплю денег и куплю на такой планете участок рядом с местным морем и буду потягивать пиво на пляже, любуясь на приезжих красавиц. Это моя мечта.
Этой ночью мы пересекали метеоритный пояс. Я не мог заснуть и бездумно наблюдал в окно, как на небе тут и там появлялись, и тут же исчезали яркие росчерки. Как только небо посветлело, и над далёкой линией горизонта едва-едва показалась звезда, я оделся и пошёл на склад. Я заправил канистры до половины. Покрутил все вентили. Неспеша проверил костюм - цел ли? И начистил до блеска сапоги. Я люблю чувствовать себя уверенно в такие моменты. Я прислушался к нарастающему гулу. Эти твари боятся и правильно делают. Я подхожу поближе, становлюсь в стойку и нажимаю рычаг. После короткого треска облако мелких капель вырывается из раструба и через секунду воспламеняется. Я чувствую жар через свой огнеупорный костюм. Деньги? Романтика? Нет, именно из-за этого я возвращаюсь сюда снова и снова. Это доставляет мне ни с чем не сравнимое удовольствие.