— Слушай, Вадик, а твоя жена вообще дома хозяйничает или только языком болтает? — Оксана, сестра моего мужа, с нарочитой небрежностью помешивала кофе в чашке. — У нас же принято, чтобы женщина следила за домом.
Я замерла в дверях кухни, держа в руках пакеты с продуктами. Запах свежего кофе смешивался с терпким ароматом Оксаниных духов — дорогих, назойливых, как и она сама.
— Мила прекрасно ведёт хозяйство, — ровно ответил Вадим, даже не подняв глаз от газеты.
— Ну да, ну да. — Оксана скривила накрашенные губы. — Только вчера видела, как она полуфабрикаты покупала. Какое же это хозяйство?
Я вошла на кухню, стараясь не показать раздражения. За два года брака я привыкла к тому, что золовка находит поводы для критики буквально во всём — от моего выбора одежды до способа мытья посуды.
— Привет, Ксюша, — сказала я, начиная разбирать покупки.
— О, а вот и сама хозяйка! — Оксана одарила меня сахарной улыбкой. — Мила, дорогая, а почему это в твоём холодильнике сплошные деликатесы? По-моему, для простой семьи это перебор.
— Какие деликатесы? — удивилась я.
— Ну как же, красная икра, сёмга, пармезан... — Она перечисляла по пальцам. — Вадик, откуда у тебя деньги на такую роскошь? Или зарплату прибавили?
Муж наконец оторвался от газеты и посмотрел на сестру:
— Ксюша, при чём тут зарплата? Мы можем себе позволить нормальные продукты.
— Могут они себе позволить... — пробормотала Оксана, но я расслышала каждое слово.
Вечером, когда золовка ушла, я попыталась поговорить с Вадимом:
— Твоя сестра опять намекает на что-то неприятное.
— Да брось ты, Мил. Она просто переживает за нас.
— Переживает? Она каждый раз пытается представить меня в плохом свете!
Вадим устало потёр переносицу:
— Ксюша бывает резковата, но в душе она добрая. Просто хочет, чтобы у нас всё было хорошо.
Я поняла, что объяснять бесполезно. Вадим обожал сестру и не видел её тёмных сторон. Для него Оксана навсегда осталась маленькой девочкой, которую он защищал в детстве.
Но я-то видела, как она исподтишка точит зубы на наш брак. Каждый её визит превращался в допрос с пристрастием: где я была, с кем общалась, на что тратила деньги. И всё это под видом сестринской заботы.
Через неделю Оксана явилась с новыми обвинениями:
— Вадик, ты знаешь, что твоя жена целыми днями по кафе шляется? Лидка из соседнего подъезда видела её в "Старбаксе" с каким-то мужчиной.
Сердце болезненно сжалось. Я действительно встречалась с мужчиной — с адвокатом по наследственным делам. Но объяснить это сейчас значило раскрыть секрет, который хранила уже полгода.
— Это неправда, — тихо сказала я.
— Неправда? — Оксана торжествующе вскинула бровь. — Лидка точно тебя видела. Сидели за столиком, бумаги какие-то рассматривали, разговаривали очень... доверительно.
— Мила, это правда? — Вадим повернулся ко мне, и в его глазах я увидела первые нотки подозрения.
— Я могу всё объяснить...
— Ага! Значит, правда! — Оксана всплеснула руками. — Вадик, ты только послушай — "могу объяснить"! Классическая фраза изменщицы!
— Я никому не изменяла! — Голос предал меня, сорвавшись на крик.
— Тогда объясни, что ты делала с незнакомым мужчиной в кафе? — Вадим скрестил руки на груди.
Я смотрела на мужа и понимала, что попала в ловушку. Рассказать правду означало испортить сюрприз, который готовила полгода. Но молчание выглядело как признание вины.
— Просто поверь мне, — попросила я. — Через неделю ты всё поймёшь.
— Через неделю! — Оксана захлопала в ладоши. — Как удобно! Время есть придумать красивую легенду!
— Ксюша, хватит, — одёрнул её Вадим, но в его голосе уже не было прежней уверенности.
Следующие дни превратились в пытку. Вадим стал холоден и подозрителен, а Оксана, почуяв кровь, удвоила атаки:
— Милочка, а почему у тебя телефон всё время на беззвучном? Боишься, что кто-то не вовремя позвонит?
— А эти твои задержки на работе — они часом не связаны с твоими тайными встречами?
— Вадик, ты заметил, как она нервничает, когда я задаю вопросы? Чистая совесть ведёт себя по-другому!
Каждое её слово било точно в цель. Я действительно нервничала, потому что скрывала правду. И это выглядело подозрительно.
В четверг Оксана устроила финальную атаку:
— Братик, я тут подумала... А может, тебе стоит проследить за женой? Просто для собственного спокойствия?
— Ксюша, это перебор, — нахмурился Вадим.
— Какой перебор? Ты же видишь — она что-то скрывает! Встречается с каким-то типом, врёт тебе в глаза, нервничает при каждом вопросе. Если она невиновна, то что ей терять?
Вадим долго молчал, а потом тяжело вздохнул:
— Хорошо. Завтра я возьму отгул и проверю, где она бывает.
У меня перехватило дыхание. Завтра была назначена финальная встреча с адвокатом — подписание документов. И Вадим увидит нас вместе, не зная истинной причины встречи.
— Вадим, пожалуйста, не надо, — попросила я. — Ещё три дня, и ты всё поймёшь.
— Три дня, неделя... — Оксана махнула рукой. — Сколько можно тянуть? Честные люди сразу говорят правду!
Той ночью я не сомкнула глаз. В голове крутился один вопрос: что делать? Рассказать правду и испортить сюрприз или позволить мужу застать меня с адвокатом?
Утром Вадим ушёл на работу, сказав, что вернётся в обед. Я знала — он будет следить за мной. Оксана добилась своего.
В полдень я сидела в адвокатской конторе напротив седоватого мужчины, который протягивал мне документы:
— Поздравляю, Людмила Сергеевна. Теперь вы официальный владелец всех активов тёти Марии. Сумма получилась внушительная — почти пять миллионов рублей.
Я взяла ручку дрожащими руками. Полгода назад умерла тётя Мария — единственная родственница моего отца, с которой я поддерживала отношения. Она оставила мне наследство, но оформление документов затянулось. Я хотела сделать Вадиму сюрприз — подарить ему деньги на открытие собственного автосервиса, о котором он мечтал годами.
— Есть один нюанс, — продолжил адвокат. — По завещанию, деньги можно потратить только на семейный бизнес. Если вы в разводе, наследство переходит в благотворительный фонд.
Я кивнула, подписывая бумаги. Тётя Мария всегда верила в крепкие семьи.
— Кстати, — добавил адвокат, — поскольку наследство получили вы, то все документы для автосервиса должны оформляться на ваше имя. Технически, вы будете директором и основным учредителем.
За окном мелькнула знакомая фигура — Вадим прятался за углом, наблюдая за выходом из здания. Сердце болезненно сжалось. Он действительно следил за мной.
Я попрощалась с адвокатом и вышла на улицу. Вадим шёл за мной на расстоянии, стараясь не попадаться на глаза. Дома он сделал вид, что только что пришёл с работы.
Вечером, когда мы ужинали, раздался звонок в дверь. Оксана влетела в квартиру с торжествующим видом:
— Вадик, милый, мне Лидка звонила! Твоя жена опять в том же здании была, опять с тем же мужчиной встречалась!
Вадим побледнел:
— Мила... это правда?
— Да, правда, — тихо ответила я.
— Вот видишь! — Оксана захлопала в ладоши. — Я же говорила! Она изменяет тебе, а ты всё защищал её!
— Ксюша, — произнёс Вадим медленно, — а ты случайно не просила Лидку следить за моей женой?
Золовка растерялась:
— Ну... я же волновалась за тебя...
— Ты подговорила соседку шпионить за Милой. Устроила целый спектакль, чтобы поссорить нас.
— Но она же действительно встречается с каким-то типом!
Я встала и прошла в спальню, вернувшись с папкой документов:
— Вадим, помнишь тётю Марию?
— Конечно. А при чём здесь...
— Она оставила мне наследство. Пять миллионов рублей. — Я положила документы на стол. — Полгода я оформляла документы, чтобы сделать тебе сюрприз. Хотела подарить деньги на твой автосервис.
Тишина была оглушительной. Оксана открывала и закрывала рот, как рыба.
— Мужчина, с которым я встречалась, — адвокат по наследственным делам, — продолжила я. — Вот его визитка, вот договор, вот справка о наследстве.
Вадим листал документы дрожащими руками:
— Мила... я... прости меня...
— И ещё одна деталь, — добавила я, глядя на побледневшую Оксану. — По условиям завещания, автосервис должен быть оформлен на меня. Технически, я буду твоим работодателем.
Лицо золовки стало пепельным. Она поняла: все её интриги обернулись против неё самой. Теперь я контролировала семейный бизнес и финансы.
— Но это же... это нечестно! — выпалила Оксана. — Вадик работает, а ты будешь главной!
— Именно так, — спокойно ответила я. — И знаешь что, Ксюша? Думаю, тебе пора найти собственное жильё. Этот дом теперь тоже в моей собственности — тётя оставила его вместе с наследством.
Вадим смотрел то на документы, то на меня:
— Мил, я полный идиот. Прости меня. Как я мог тебе не доверять?
— Доверие нужно заслужить обратно, — сказала я. — А пока твоя сестра пусть поищет квартиру. У неё есть неделя.
Оксана вскочила с места:
— Ты не можешь меня выгнать! Это семья!
— Могу. И это моё решение, — я улыбнулась. — Ты хотела поссорить нас из-за денег? Получай результат своих интриг.
Золовка выбежала из дома, хлопнув дверью. А я обняла растерянного мужа:
— Вадим, я действительно хотела сделать тебе приятное. Но после всего, что произошло, условия изменились. Автосервис будет общим делом, но окончательные решения принимаю я.
— Согласен, — кивнул он. — Я заслужил этот урок.
Через месяц мы открыли автосервис "Мила и К°". Оксана так и не нашла смелости извиниться — она переехала к подруге и избегала встреч с нами. А Вадим каждый день доказывал, что достоин доверия.
Иногда интриги оборачиваются против тех, кто их плетёт. И золовка усвоила этот урок слишком поздно.