Процесс развития и укрепления традиционных семейных ценностей как нравственных ориентиров, формирующих мировоззрение российских граждан, оказывает непосредственное воздействие на правоприменительную, в том числе, судебную практику.
Согласно ч. 4 ст. 67.1 Конституции Российской Федерации дети являются «важнейшим приоритетом государственной политики России» и признаются нуждающимися в установленных в Конституции РФ государственной поддержке и защите.
В силу положений статьи 3 Конвенции ООН «О правах ребенка», одобренной Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 г., во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка.
Поскольку несовершеннолетние не имеют возможности самостоятельно осуществлять принадлежащие им права пользования жилым помещением, законом предусмотрены особые гарантии этих прав. Так, по общему правилу, установленному п. 2 ст. 20 Гражданского кодекса РФ, местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.
Положения статьи 679 ГК РФ закрепляют безусловное право нанимателя по договору найма и граждан, постоянно с ним проживающих, на вселение в жилое помещение несовершеннолетних детей. Кроме того, ч. 1 ст. 70 Жилищного кодекса РФ устанавливает право родителей на вселение в жилое помещение своих несовершеннолетних детей без обязательного согласия остальных членов семьи нанимателя по договору социального найма и наймодателя. Верховный Суд РФ в своих разъяснениях указал о необходимости применения данных норм по аналогии закона при разрешении споров, связанных с осуществлением членами семьи собственника жилого помещения права пользования жилым помещением (п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации»). Иными словами, за членами семьи собственника жилого помещения также признается право на вселение своих несовершеннолетних детей.
Кроме того, как указано в п. 14 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 за 2017 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2017, несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, возникающего независимо от факта вселения ребенка в такое жилое помещение, в силу того, что несовершеннолетние дети не имеют возможности самостоятельно реализовать право на вселение.
Таким образом, возможность приобретения несовершеннолетним права пользования жилым помещением производна от аналогичного права его законных представителей. Однако возможность прекращения права пользования несовершеннолетним жилым помещением не зависит от реализации соответствующего права его законным представителем, что неоднократно подтверждено судебной практикой (например, определение Верховного Суда РФ от 16 августа 2022 г. № 33-кг22-6-к3). Так, ребенок, зарегистрированный на законном основании в жилом помещении, приобретает право пользования данным жилым помещением, которое становится его самостоятельным правом и не зависит от прав его родителей на это жилье.
Подтверждением тому являются и правила пункта 1 ст. 155.3 Семейного кодекса РФ, согласно которому ребенок, оставшийся без попечения родителей и помещенный в организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, либо проживающий в другом жилом помещении с опекуном, сохраняет право пользования жилым помещением. Главное, чтобы право ребенка на пользование жилым помещением имело под собой законное основание.
Указанные разъяснения в полной мере справедливы и для разрешения вопросов, связанных с осуществлением членами семьи собственника жилого помещения права пользования жилым помещением. Собственнику квартиры не удастся добиться снятия с регистрационного учета, а также выселения ребенка в возрасте до четырнадцати лет, если не будет установлено, что несовершеннолетний посредством действий законного представителя приобрел право пользования каким-либо иным жилым помещением, поскольку, как отмечено выше, дети не могут самостоятельно реализовывать свои жилищные права.
В такой ситуации собственнику сложно дать совет с целью «обезопасить себя» от возможности возникновения прав несовершеннолетних в отношении принадлежащего ему жилого помещения. Но, с другой стороны, сохранение регистрации по месту жительства в период несовершеннолетия вносит определенный элемент стабильности в жизнь ребенка. «Дети – цветы жизни!» и их появление в качестве члена семьи собственника не должно расцениваться как умаление прав последнего в отношении принадлежащей ему недвижимости. С этих позиций приоритетная защита жилищных прав несовершеннолетних представляет собой наиболее справедливый и нравственно обусловленный подход.
Доцент кафедры частно-правовых наук Оренбургского института (филиала) МГЮА
А.С. Позднякова