Ирина не стала отодвигаться. Наоборот, она с легкой, едва заметной улыбкой пододвинула контейнер ближе к центру стола.
— Конечно, Светочка. Мы же команда, — произнесла она, глядя прямо в переносицу коллеги. — Кто я такая, чтобы морить тебя голодом? Бери. Бери самый большой кусок. Только обязательно макни в соус. Я его специально готовила, новый рецепт опробовала. Без соуса вкус не раскроется.
Света расцвела. Она даже не заметила подвоха. В её картине мира все должны были ей помогать, делиться и обслуживать, потому что она «простая и открытая». Халява сладкая, даже если это мясо.
— Во, другое дело! — обрадовалась она. — А то сидела как сыч. Сейчас заценим твою кулинарию.
Света с энтузиазмом отпилила ножом (который Ирина любезно ей подала) огромный кусок рибая. Щедрым движением она повозила мясом в соуснике, собирая густую, зловеще-красную субстанцию.
Ирина затаила дыхание. В этом соусе не было томатов. Там был концентрат перца «Каролинский жнец». Ирина заказала его в специализированном магазине для любителей экстрима. По шкале Сковилла эта штука была близка к перцовому баллончику, которым разгоняют демонстрации. Одной капли хватало на кастрюлю супа, чтобы превратить его в лаву. Света же зачерпнула примерно чайную ложку.
— Ну, с богом! — весело сказала Света и отправила кусок в рот.
Она жевала ровно три секунды.
Сначала на её лице было блаженство. Потом — недоумение. А потом её глаза распахнулись так широко, что, казалось, сейчас выпадут из орбит.
Лицо Светы начало менять цвет с пугающей скоростью. Сначала оно стало розовым. Потом пунцовым. Потом приобрело оттенок перезревшего баклажана.
— Кххх... — выдавила она. — Хххх...
Вилка со звоном упала на стол. Света схватилась за горло. Воздух со свистом входил в легкие, но не приносил облегчения. Во рту у неё разверзся филиал ада.
— Что такое, Света? — участливо спросила Ирина, не меняя позы. — Слишком пикантно?
— В-воды... — просипела Света, из глаз которой брызнули слезы. — Горит! А-а-а! Горит!
Она подскочила со стула, опрокинув его, и рванула к кулеру, стоявшему в углу. На кухне было полно народу — менеджеры, бухгалтерия, айтишники. Все замерли, наблюдая за этим перформансом.
Света дрожащими руками налила стакан холодной воды и залпом выпила.
Это была ошибка. Роковая ошибка дилетанта. Вода не смывает капсаицин, она лишь разносит его по всей слизистой, усиливая площадь поражения.
— А-а-а! Еще хуже! — взвыла халявщица, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Она металась по кухне, не зная, куда себя деть. Сопли, слезы, слюна — всё смешалось на её красном, перекошенном лице. — Ты меня отравила! Я умираю! Скорую!
Коллеги жались к стенам, испуганно перешептываясь. Кто-то протянул ей хлеб, но Света в панике не могла сообразить, что с ним делать. Она просто лила в себя воду, продлевая свои мучения.
Ирина в это время спокойно отрезала себе кусочек мяса. С другого края. Того, которого не касался ни нож Светы, ни адский соус. Она отправила стейк в рот и медленно, с наслаждением прожевала.
— Странно, — громко сказала Ирина в повисшей тишине. — А мне в самый раз. Изумительная прожарка.
Света, услышав это, замерла у кулера, размазывая тушь по щекам. Она смотрела на Ирину с животным ужасом. Её губы уже начали распухать, превращаясь в два вареника.
— Ты... — прохрипела она. — Ты ненормальная... Там же огонь...
— Я же предупреждала, Света, — Ирина вытерла уголки губ салфеткой. — Я люблю с огоньком. Это мой вкус. Ты просила поделиться — я поделилась. В следующий раз, прежде чем лезть своей грязной вилкой в чужую тарелку, спрашивай состав. Или ингредиенты. Или хотя бы разрешение.
Она закрыла контейнер. Щелк. Звук прозвучал как выстрел.
— И да, — добавила Ирина, вставая. — Молоко помогает лучше воды. Но молока у нас нет. Так что терпи. Мы же команда, я верю в твою стойкость.
Она вышла из кухни, оставив Свету допивать пятый стакан воды под хихиканье бухгалтерии.
Больше Света к столу Ирины не подходила. Даже если там лежали устрицы или черная икра. Она обходила её рабочее место по широкой дуге, а во время обеда теперь сидела в самом дальнем углу, жуя пустую гречку, которую наконец-то начала приносить из дома. Урок был усвоен. Границы, очерченные «Каролинским жнецом», оказались самыми надежными.