– Ну а как вы хотели, Надежда Петровна? Мы молодые, нам тоже пожить хочется, развеяться. Всю неделю работаем, как проклятые, света белого не видим. У нас, между прочим, лучшие годы уходят! А вы что? Вы на пенсии, дома сидите, в потолок плюете. Вам же в радость должно быть с внуками понянчиться.
Кристина говорила быстро, напористо, словно отчитывала нерадивую школьницу, а не женщину, которая ей в матери годится. Она стояла посреди прихожей в модной кожаной куртке, с ярким макияжем и запахом резких духов, который мгновенно заполнил небольшую квартирку Надежды Петровны, перебив уютный аромат свежеиспеченных пирожков с капустой.
Надежда Петровна растерянно теребила край фартука. Она только что собиралась пить чай, включила любимый сериал, предвкушая спокойный пятничный вечер. А тут – как гром среди ясного неба. Звонок в дверь, и на пороге сын с невесткой и двое внуков – пятилетний Артемка и трехлетняя Сонечка. Дети уже стягивали ботиночки, с любопытством поглядывая на бабушку, ожидая, видимо, угощения.
– Кристина, Коля... – начала Надежда Петровна, переводя взгляд с невестки на сына. Николай стоял позади жены, ссутулившись, и виновато прятал глаза. – Но мы же не договаривались. У меня на эти выходные планы были. Я к сестре в деревню собиралась, она приболела, помочь надо огород перекопать, да и просто проведать. Билет на электричку уже купила на завтрашнее утро.
– Ой, да ладно вам! – отмахнулась Кристина, небрежно скидывая туфли. – Какая деревня? Какая сестра? Ей там соседи помогут, если надо. А тут внуки! Родная кровь! Вы что, бабушка только на словах? Мы уже путевку оплатили в загородный клуб, там спа, бассейн, романтический уикенд. Деньги немалые, между прочим. Не пропадать же добру из-за вашей прихоти?
– Прихоти? – тихо переспросила Надежда Петровна. – Помощь больной сестре – это прихоть?
– Мам, ну правда, – вступил в разговор Николай, наконец подняв голову. – Мы так устали. Кристина вся на нервах, срывается. Нам нужно побыть вдвоем, отношения наладить. Ты же хочешь, чтобы у нас семья крепкая была? Выручи, а? В последний раз.
Это «в последний раз» Надежда Петровна слышала уже раз десятый за последние полгода. Сценарий всегда был один и тот же: пятница, вечер, внезапный визит, слезные (или требовательные, как сегодня) просьбы, и в итоге – два дня с гиперактивными детьми, после которых у Надежды Петровны скакало давление и ломило спину.
– Коля, я все понимаю, – твердо сказала она. – Но у меня правда билет. Поезд в восемь утра. Я не могу подвести Любу. Она меня ждет.
– Так позвоните и скажите, что не приедете! – взорвалась Кристина. – Что за эгоизм такой? Мы вам внуков привезли, доверили самое дорогое, а вы нос воротите! Не стыдно? Другие бабушки мечтают, чтобы им детей дали, а наша...
Кристина демонстративно всхлипнула, хотя глаза ее оставались сухими и злыми. Артемка, почувствовав напряжение, потянул мать за рукав:
– Мам, ты чего кричишь? Бабушка плохая?
– Нет, Артемка, бабушка просто старенькая и устала от нас, – ядовито прошипела невестка. – Пойдемте, дети. Видимо, нам придется сдать билеты и сидеть дома в четырех стенах, пока папа с мамой с ума сходят от бытовухи. Скажите бабушке «спасибо» за испорченные выходные.
– Подождите, – Надежда Петровна почувствовала, как сердце болезненно сжалось. Манипуляция детьми – это было жестоко. – Не надо никуда уходить. Оставляйте. Я позвоню Любе... что-нибудь придумаю.
Лицо Кристины мгновенно просияло. Слезы исчезли, как по волшебству.
– Вот и славненько! – она чмокнула свекровь в щеку, оставив липкий след помады. – Вы лучшая бабушка в мире! Коля, заноси сумки! Там одежда сменная, и я список написала, что им можно есть, а что нельзя. И никаких конфет, у Сони диатез может быть! Все, мы побежали, у нас такси ждет!
Через пять минут в квартире воцарилась тишина, нарушаемая лишь сопением детей. Надежда Петровна тяжело вздохнула, достала телефон и набрала номер сестры. Пришлось врать про внезапно поднявшееся давление. Люба, добрая душа, только охала в трубку и велела лежать пластом. Надежде Петровне было стыдно до слез.
Выходные прошли в режиме «нон-стоп». Артем носился по квартире, как ураган, Соня капризничала и требовала мультики. Надежда Петровна варила каши, гуляла на площадке, читала сказки, убирала разбросанные игрушки. К вечеру воскресенья она не чувствовала ног. Когда молодые вернулись – румяные, довольные, пахнущие свежестью и вином, – она едва смогла открыть дверь.
– Ой, Надежда Петровна, вы чудо! – прощебетала Кристина, забирая детей. – Мы так отдохнули! Прямо медовый месяц. Знаете, мы решили: надо сделать это традицией. Каждые выходные! Вам же все равно скучно одной, а нам полезно. Договорились?
Надежда Петровна хотела возразить, сказать, что у нее тоже есть жизнь, но язык не поворачивался. Она видела счастливое лицо сына и молча кивнула.
Так началась ее каторга. Каждую пятницу, как по расписанию, к ней завозили внуков. Кристина даже перестала спрашивать разрешения, просто ставила перед фактом: «Мы привезем в шесть». Списки запретов росли: это не есть, то не смотреть, туда не ходить. При этом сама Кристина, забирая детей, придирчиво осматривала их: не появилось ли пятнышко на одежде, не поцарапана ли коленка.
– Надежда Петровна, почему у Артема футболка в пятнах? Вы что, не могли переодеть ребенка перед едой? – выговаривала она свекрови. – И Соня говорит, вы ей пирожок жареный дали. Я же говорила – только на пару! Вы хотите ребенку желудок испортить?
Надежда Петровна молчала, глотая обиду. Она боялась поссориться с сыном, боялась, что ей запретят видеть внуков совсем. Но здоровье давало сбои. Давление стало ее постоянным спутником, а после очередных активных выходных прихватило спину так, что она не могла разогнуться два дня.
Чаша терпения переполнилась в середине октября.
Надежда Петровна давно мечтала сходить в театр. В молодости она была заядлой театралкой, но потом работа, семья, заботы... И вот, подруга подарила ей билет на премьеру. Спектакль, которого ждали все, с известными актерами. Дата выпала на субботу.
За неделю до этого, когда Николай заскочил к матери завезти продукты (это была его единственная помощь), Надежда Петровна решилась.
– Коля, сынок, – начала она осторожно. – В следующие выходные я не смогу взять детей. У меня билет в театр, на субботу, на семь вечера. Я очень хочу пойти.
Николай нахмурился.
– Мам, ну ты же знаешь, у Кристины день рождения у подруги. Они там коттедж снимают, девичник. Я обещал ее отпустить, а сам хотел с мужиками на рыбалку сгонять. Мы уже лодки забронировали.
– Коля, но я предупреждаю заранее. За неделю. Неужели нельзя перенести рыбалку? Или Кристина может поехать без ночевки?
– Мам, ты не понимаешь. Это важно для нее. И для меня. Я полгода на рыбалке не был. Ну что тебе этот театр? Сходишь в другой раз. Билет продать можно или подарить кому-нибудь.
– Я не хочу продавать, – голос Надежды Петровны задрожал. – Я хочу пойти. Я живой человек, Коля. Мне шестьдесят два года, но я еще не умерла, чтобы жить только вашими хотелками.
Сын посмотрел на нее с удивлением, словно впервые увидел в матери не функцию «бабушка», а личность. Но эгоизм, взращенный женой, пересилил.
– Ладно, я поговорю с Кристиной. Но ничего не обещаю. Она расстроится.
В пятницу вечером звонка в дверь не последовало. Но зазвонил телефон.
– Надежда Петровна, вы что, издеваетесь?! – голос Кристины визжал так, что пришлось отодвинуть трубку от уха. – Коля сказал, вы в какой-то театр собрались? Вы серьезно? У меня мероприятие запланировано месяц назад! Я платье купила! А вы мне все рушите из-за какого-то спектакля?
– Кристина, я предупреждала Николая, – спокойно ответила Надежда Петровна, чувствуя, как внутри нарастает холодная решимость. – Я иду в театр. Это не обсуждается.
– Ах так? – зашипела невестка. – Ну хорошо. Тогда мы сейчас привезем детей и оставим их у двери. Хотите – идите в свой театр, хотите – не идите. А если с ними что случится, пока вас нет, это будет на вашей совести! И опеке мы скажем, что бабушка бросила внуков в подъезде!
Гудки. Надежда Петровна опустилась на стул. Руки тряслись. Это был шантаж, грязный и подлый. Она знала, что Кристина способна на такое.
Через сорок минут в дверь позвонили. Надежда Петровна посмотрела в глазок. На лестничной площадке стояли Артем и Соня. Одни. С сумками. Кристины и Николая видно не было. Видимо, они просто позвонили и сбежали, чтобы не встречаться с ней взглядом.
Надежда Петровна открыла дверь. Дети, увидев бабушку, бросились к ней.
– Бабуля! Мама сказала, ты нас ждешь! – закричал Артем.
Надежда Петровна обняла внуков, глотая слезы. Она завела их в квартиру, раздела, накормила. Внутри у нее все оцепенело. Театр был через три часа. Билет лежал на комоде, как немой укор.
Она посмотрела на часы. Пять вечера. У нее было время.
Надежда Петровна взяла телефон и набрала номер. Не сына. И не Кристины. Она позвонила своей соседке, молодой девушке Лене, студентке педколледжа, которая часто жаловалась на безденежье.
– Леночка, здравствуй. Это баба Надя из десятой. Ты сегодня свободна вечером? Мне очень нужна няня на четыре часа. Плачу двойной тариф.
Лена согласилась мгновенно.
В шесть вечера Надежда Петровна, одетая в свое лучшее платье, с ниткой жемчуга на шее и с клатчем в руках, давала последние инструкции Лене.
– Они поели. Сейчас мультики посмотрят, потом поиграют. Спать ложатся в девять. Я буду в десять тридцать. Вот мой номер, если что – звони.
Выйдя из подъезда, она вдохнула прохладный осенний воздух. Впервые за долгое время она чувствовала себя свободной. Она шла не в аптеку и не за продуктами для внуков. Она шла на праздник.
Спектакль был великолепным. Надежда Петровна плакала и смеялась, забыв обо всем на свете. В антракте она пила шампанское в буфете и ловила на себе восхищенные взгляды какого-то пожилого интеллигентного мужчины. Она чувствовала себя Женщиной.
Вернулась она, как и обещала, к половине одиннадцатого. Дети уже спали. Лена сидела на кухне с книжкой.
– Все хорошо, Надежда Петровна. Золотые детки, – улыбнулась девушка, забирая деньги. – Если надо будет еще – зовите.
В воскресенье утром, когда Кристина и Николай приехали за детьми (раньше обычного, видимо, совесть все-таки заела, или просто вечеринка не задалась), их ждал сюрприз.
Дверь открыла Надежда Петровна, но в квартиру не пустила. Она вынесла сумки с детскими вещами на площадку.
– Дети одеты, обуты, позавтракали. Забирайте.
– Мам, ты чего? – удивился Николай. – Мы зайти хотели, чаю попить... Как театр? Не пошла все-таки?
– Почему же? Пошла, – Надежда Петровна улыбнулась, и эта улыбка почему-то испугала Кристину. – Замечательный спектакль. Всем рекомендую.
– А дети? – вытаращила глаза невестка. – С кем были дети? Вы их одних оставили?!
– Нет, конечно. Я наняла няню. Профессиональную. За свои деньги, между прочим.
– Няню?! Чужого человека?! В вашей квартире?! – Кристина начала задыхаться от возмущения. – Да как вы посмели! Без нашего разрешения! А если бы она их украла? А если бы она больная была?
– Лена – наша соседка, студентка педагогического, с медкнижкой. Я ей доверяю больше, чем тебе, Кристина, – спокойно отрезала Надежда Петровна. – Ты бросила детей под дверью, как котят, и уехала развлекаться. Это называется «оставление в опасности». Я могла бы вызвать полицию и опеку. Но я пожалела внуков.
– Да вы... Да я... – Кристина хватала ртом воздух. – Коля, ты слышишь? Она няню наняла! Она нас ни во что не ставит! Больше мы к ней ни ногой!
– Вот и замечательно, – кивнула Надежда Петровна. – Потому что теперь у нас будут новые правила.
Она достала из кармана сложенный листок бумаги и протянула сыну.
– Что это? – не понял Николай.
– Это график. И условия. Я готова сидеть с внуками. Я их люблю. Но не каждые выходные. Один раз в месяц, по предварительной договоренности за неделю. В остальное время – у меня своя жизнь. Театр, выставки, поездки к сестре. Если вам нужно уехать срочно – оплачиваете няню. Номер Лены я вам дам.
– Мам, ты серьезно? – Николай смотрел на мать растерянно.
– Абсолютно. Я вырастила тебя, Коля. Теперь твоя очередь растить своих детей. А я хочу пожить для себя. Я заслужила.
– Да пошли вы со своим графиком! – вырвала листок из рук мужа Кристина и скомкала его. – Не нужны нам ваши подачки! Найдем другую бабушку! Моя мама...
Она осеклась. Ее мама жила в другом городе и работала на двух работах, к ней внуков не навозишься.
– Или няню наймете, – подсказала Надежда Петровна. – Узнаете, сколько это стоит сейчас. Сразу научитесь ценить чужой труд.
Она позвала детей, поцеловала их на прощание, сунула каждому по яблоку и закрыла дверь перед носом ошарашенных родителей.
Тишина в квартире была звенящей, но не пугающей. Она была сладкой. Надежда Петровна налила себе чаю, достала программку со спектакля и стала перечитывать имена актеров, вспоминая вчерашний вечер.
Конечно, Кристина устроила бойкот. Месяц они не звонили и не приезжали. Надежда Петровна скучала по внукам, но держалась. Она записалась в бассейн, съездила наконец к сестре, начала вязать красивый плед. Жизнь заиграла новыми красками.
Через месяц позвонил Николай. Голос был виноватый и усталый.
– Мам, привет... Как дела?
– Хорошо, сынок. А у вас?
– Да так... Устаем. Кристина с няней не сработалась, дорого, да и не доверяет. Мам... можно мы в следующую субботу привезем детей? На полдня. Нам в магазин надо, мебель выбрать.
– В следующую субботу? – Надежда Петровна посмотрела в свой календарь. – Нет, Коля. В субботу я иду на выставку кошек с подругой. А вот в воскресенье, после обеда, пожалуйста. Часа на четыре. Привозите.
В трубке повисла пауза. Видимо, Николай переваривал отказ.
– Ладно, мам. В воскресенье так в воскресенье. Спасибо.
– Пожалуйста, сынок. И передай Кристине, чтобы Сонечке шапку теплую надела, похолодало.
Надежда Петровна положила трубку и улыбнулась. Она поняла главное: чтобы тебя уважали, нужно научиться уважать себя саму. И слово «нет» иногда является самым большим проявлением любви – любви к себе, которая учит и других ценить твои границы.
А с внуками она виделась регулярно. Раз в месяц на выходные, как и договаривались, и иногда по воскресеньям. И, удивительное дело, эти встречи стали намного теплее и радостнее. Кристина перестала командовать и придираться, а Николай стал чаще звонить просто так, чтобы узнать, как здоровье. Видимо, урок был усвоен.
Эта история учит нас тому, что никогда не поздно начать жить своей жизнью, даже если все вокруг привыкли считать тебя удобным приложением к их быту.
Если вам понравился рассказ, не забудьте поставить лайк и подписаться на канал! А как вы выстраиваете границы с родственниками? Делитесь в комментариях.