Ключ в замке повернулся с радостным, нетерпеливым скрежетом. Дверь распахнулась, впуская в прихожую поток морозного воздуха и сияющую Елену. Она буквально влетела в квартиру, едва удерживая объемные пакеты с продуктами и любимую бежевую сумку. Щёки горели румянцем, а глаза блестели тем особым светом, который появляется у человека, предвкушающего момент дарения счастья.
В квартире стояла неестественная, ватная тишина. Обычно в вечер пятницы Руслан уже гремел чем-то на кухне или смотрел телевизор, встречая жену запахом ужина. Но сегодня дом молчал.
— Руслан? — звонко позвала Елена, сбрасывая сапоги. — Ты не представляешь, что я…
Она осеклась. Из-за двери ванной раздался звук, мгновенно погасивший её улыбку. Тяжелый, надрывный, сухой кашель. Словно кто-то пытался выкашлять собственные легкие. Сердце Елены пропустило удар. Радость сменилась липкой тревогой. Она бросила пакеты на пол и шагнула в коридор.
— Руслан, что с тобой?
Дверь приоткрылась. Руслан вышел, тяжело опираясь о косяк. Лицо страдальчески искривлено, ладонь прижата к солнечному сплетению, плечи опущены под непосильным грузом. Он выглядел как человек, которого болезнь скрутила внезапно и беспощадно. Это была игра, достойная «Оскара», но любящие глаза Елены видели только боль.
—Что-то скрутило, Ленок, прохрипел он, снова закашлявшись, тише, но жалобнее. — Знобит всего. И в груди давит. Наверное, тот самый вирус.
Елена замерла, сжимая в руке конверт из сумочки. В нем лежали две путевки в Таиланд. Горящие. Вылет завтра вечером. Её подарок на пятую годовщину, сюрприз, ради которого она полгода откладывала с премий.
— Господи, Руслан… — сказала негромко она, касаясь его лба. Лоб был влажным, но не горячим, однако в панике она этого не заметила. — А я… я путевки взяла. В Паттайю. На завтра. Думала, отметим…
Внутри Руслана всё похолодело. На мгновение маска едва не треснула. Мысли заметались, как испуганные крысы. «Чёрт! Как не вовремя! Какая Паттайя? У меня же Оксана. У меня Турция забронирована с понедельника, я же специально отгулы взял под предлогом командировки!»
Нужно было решать мгновенно. Если он «выздоровеет», придется лететь с женой. Тогда скандал с Оксаной, потерянные деньги и скучный отпуск с предсказуемой Еленой. А если продолжит ломать комедию…
— Какие путевки, Лена? — простонал он, картинно сползая по стене. — Ты видишь, я на ногах не стою? Какой Таиланд? Мне бы до кровати дойти.
Он позволил жене подхватить себя под руку. Елена, забыв о сюрпризе и мечтах, переключилась в режим «спасателя». Она повела его в спальню, бормоча про чай с малиной и врача.
Вечер превратился в ад для обоих. Елена суетилась: взбивала подушки, заваривала травы, бегала в аптеку. Она смотрела на мужа с такой нежностью, что у совестливого человека сердце разорвалось бы от стыда. Но Руслан испытывал лишь раздражение. Забота душила его.
Всегда, когда Елена заходила с чашкой бульона, Руслан мысленно рычал. Ему нужно было написать Оксане. Телефон жег бедро даже через одеяло. Любовница ждала подтверждения брони отеля, а он лежал тут, изображая умирающего лебедя.
— Выпей, милый, снимет ломоту, — ласково сказала Елена, протягивая кружку.
— Да выпил я уже литр!, рявкнул Руслан и тут же, спохватившись, добавил слабым голосом: Прости, Леночка. Голова раскалывается. Оставь, я попозже выпью. Дай просто полежать в тишине.
Елена виновато кивнула, погасила свет и вышла. Как только щелкнул замок, Руслан выхватил телефон и яростно застучал пальцами по экрану. Игра началась.
***
Три дня тянулись, как резина. Квартира превратилась в душную палату, пропитанную запахом лекарств, которые Руслан тайком спускал в унитаз. Он лежал на диване, обложенный подушками, как падишах в изгнании. Телевизор бубнил бесконечные сериалы. Скука была смертной, но мысль о солнце, море и страстной Оксане придавала сил держать марку.
Самым сложным было прятать смартфон — его главного сообщника и улику.
— Русик, я сейчас быстренько на кухню, бульон процежу, — крикнула Елена.
Едва стихли шаги, Руслан нырнул рукой под подушку. Экран вспыхнул уведомлениями. Оксана была в ярости.
*«Ты издеваешься? Почему не отвечаешь? Я уже купальник новый купила. Ты точно едешь? Или твоя клуша не пускает? Деньги скинь, мне на маникюр не хватает».*
Руслан быстро набрал: *«Котёнок, всё в силе. Тут сложно. Потерпи. Деньги сейчас кину. Люблю, хочу, умираю».*
Он перевел сумму, чувствуя укол жадности, но предвкушение удовольствия перевесило.
Вдруг половица скрипнула. Руслан дернулся, сунул телефон под себя и закрыл глаза. Елена вошла быстрее обычного.
— Ты спишь? — тихо спросила она.
Сердце колотилось о ребра.
— Нет, — хрипло, грубее, чем следовало, ответил он, не открывая глаз. — Пить хочу. Воды дай.
— Сейчас, сейчас.
Руслан выдохнул. Пронесло. Но долго так продолжаться не могло.
— Давай температуру померяем, — предложила Елена, вернувшись с градусником.
Это был отработанный трюк. Пока жена отворачивалась, Руслан ловко тер кончик градусника об одеяло. Главное — не переборщить.
— Тридцать семь и два, — озабоченно сказала Елена. — Вечером может подняться. Руслан, ну как же так… Путевки сгорят. Завтра вылет.
Настал момент истины. Руслан сделал глубокий вздох.
— Лен… Послушай.
Он взял её руку, стараясь, чтобы ладони казались горячими.
— Я не полечу. Я просто не дойду до самолета. А заражать весь салон — свинство.
— Ну тогда, останемся дома, — вздохнула Елена, хотя в глазах были слезы.
— Нет! — Руслан сжал её руку. — Такие деньги! Они невозвратные. Ты должна лететь.
— Одна? В годовщину? — Елена смотрела с ужасом. — Я не оставлю тебя больного.
— Я не маленький, Лен, — твердо, с нотками благородства сказал он. — Я буду лежать. Мне ничего не надо, только покой. А ты пахала весь год. Если останешься сидеть надо мной, я буду чувствовать себя сволочью. Лети. Ради меня.
Он видел, как в её глазах борется долг жены и жалость к потраченным деньгам. Руслан знал, на какие кнопки давить.
***
Елена сопротивлялась еще час. Руслану хотелось заорать: «Да уезжай ты уже!», но он лишь тихо стонал.
— Я не могу тебя оставить. Кто воды подаст?
Руслан подключил «тяжелую артиллерию».
— Позвони Наташе. Пусть она будет на связи, она же рядом живет. Ну, Лен, пожалуйста. Не рви мне сердце.
Наташа, сестра Елены, женщина практичная, по телефону скомандовала:
— Ленка, не будь дурой! Мужик не младенец, полежит. А путевки денег стоят! Я буду заходить, проверять. Лети!
Начались сборы. Руслан наблюдал из-под век, как Елена укладывает чемодан. Внутри разливалось злорадное торжество. Каждая вещь в чемодане приближала его свободу.
— Таблетки на тумбочке, еда в холодильнике, — инструктировала Елена. — Наташа зайдет завтра.
«Завтра меня тут уже не будет», — мысленно посмеялся он.
— Спасибо, родная. Ты у меня золотая.
Такси ждало у подъезда. Елена поцеловала его в лоб.
— Какой-то ты холодный…
— Знобит, — быстро ответил Руслан. — Всё, иди. Люблю.
Дверь захлопнулась. Щелкнул замок. Шум отъезжающей машины стал сигналом стартового пистолета.
Мгновенное выздоровление была поразительным. Плед полетел в угол. Спина выпрямилась. Руслан потянулся, хрустнув суставами. Никакого кашля. Энергия била ключом. Он схватил телефон и набрал Оксану.
— Алло, детка! Птичка улетела. Всё чисто. Собирайся, через три часа я заеду. Турция ждет!
Он чувствовал себя гением, обхитрившим судьбу.
***
Начался хаос сборов. Руслан метался, вытаскивая свои вещи. Елена всегда складывала его футболки идеальными стопками, и сейчас он злился на этот порядок.
— Да где эти чертовы плавки?! — рычал он, разбрасывая стопки. — Вечно уберет так, что не найдешь!
Он выдергивал ящики, разрушая уют, который создавала жена. Он громил не просто шкаф, он громил их жизнь. Найдя шорты, запихал их в спортивную сумку. Никаких аккуратных чемоданов — только драйв.
В такси, мчась к Оксане, Руслан вспоминал, как полгода назад появилась эта яркая стажёрка. Она смотрела на него с жадностью, не как уютная Елена. С ней он снова чувствовал себя самцом. Почему Турция? Потому что адреналин требовал выхода. Тайный отпуск с любовницей, пока жена думает, что ты болеешь — это было острее любого перца.
В аэропорту Оксана ждала у входа. Ослепительная и вульгарная: леопардовые лосины, розовый топ, огромные очки ночью.
— Ну как ты долго! — капризно протянула она. — Я замерзла. Ты обещал раньше.
Руслан невольно сравнил её с Еленой. Елена бы спросила: «Ты не голоден?». Елена — теплый свитер. Оксана — корсет со стразами: красиво, но дышать трудно. Но это и заводило.
— Прости, малыш, пробки. Зато теперь мы вдвоем.
На регистрации Оксана висела на нём, громко обсуждая дьюти-фри и будущие фото.
— Мне нужен тот крем, дорогой! И очки новые. Ты обещал!
Руслан кивал, чувствуя себя богатым папиком, выгуливающим принцессу.
***
Зал ожидания гудел как улей. Руслан шел сквозь толпу, гордо расправив плечи. Всё получилось. Идеальное преступление.
Они нашли места у панорамного окна. Оксана достала зеркальце.
— Руслан, смотри, — она толкнула его локтем. — Вон те две мымры на нас пялятся. Завидуют, наверное. Я же звезда, а ты красавчик.
Руслан лениво, с самодовольной улыбкой повернул голову.
Время замедлилось. Звуки исчезли. Мир сузился до одной точки.
В десяти метрах стояли две женщины.
Одна — в строгом пальто, с растерянным лицом.
Вторая — в ярком пуховике, с открытым от изумления ртом.
Елена и Наташа.
Они смотрели прямо на него. Глаза в глаза.
Руслан почувствовал, как кровь отливает от лица. Этого не могло быть. Елена должна быть в самолете!
Спортивная сумка выскользнула из потной ладони. Грохот удара прозвучал как выстрел.
Елена медленно сделала шаг к нему. Она не кричала. На лице было лишь оглушающее удивление.
— Руслан? — её тихий голос прорезал тишину как гром. — Ты… Ты почему не дома? Ты же болел…
Руслан открыл рот, но не смог выдавить ни звука.
— Рейс… — просипел он. — Задержали… Я… приехал тебя проводить… Сюрприз…
— Какой сюрприз, котик? — звонкий голос Оксаны разрезал напряжение. Она вышла вперед, повисла на руке Руслана и с вызовом посмотрела на Елену. — Женщина, вы кто? И почему к моему зайчику пристали? Мы в Турцию опаздываем!
Лицо Елены изменилось. Растерянность исчезла. Проступило ледяное понимание. Она перевела взгляд с лосин Оксаны на здоровую физиономию мужа. Все сложилось.
— Зайчику? — переспросила она мертвым голосом. — В Турцию?
— Ну да! — фыркнула Оксана. — Горящие путевки, дорогой еле урвал. А вы что, из зависти стоите?
Наташа за спиной сестры ахнула. Елена выпрямилась. В глазах, где минуту назад была тревога, теперь была пустота.
— Я не из зависти, — произнесла она четко, вбивая гвоздь в крышку гроба их брака. Я, жена. Бывшая.
Она повернулась к Наташе:
— Пойдем. Наш рейс объявили. Задержка закончилась.
И они ушли. Просто развернулись и пошли на посадку, ни разу не оглянувшись.
***
— Жена?! — взвизгнула Оксана, отпрыгивая от Руслана. — Ты женат?! Ты сказал, что в разводе!
Руслан стоял посреди зала, раздавленный. Люди оборачивались, кто-то смеялся. Вся его крутость испарилась. Он чувствовал себя голым и жалким. Он посмотрел на перекошенное злобой лицо Оксаны, на её нелепый топ. И его захлестнула волна отвращения — к ней, к себе, ко всему этому фарсу.
— Пошла ты… — тихо сказал он.
— Что?! — задохнулась Оксана. — Мы летим или нет? Деньги уплачены!
— Лети одна, — бросил он, подхватывая сумку. — Или катись к черту. Мне всё равно.
Он пошел к выходу, оставляя любовницу кричать проклятия.
Дорога домой прошла в тумане. Адреналин схлынул, оставив тошнотворную пустоту. Он переиграл сам себя. Хотел и рыбку съесть, и… А остался у разбитого корыта.
Квартира встретила мертвой тишиной. На стуле висело платье Елены, на столе — недопитая чашка. Везде следы её рук.
Руслан сел на диван, где три дня изображал больного. Теперь ему действительно стало плохо.
Он попытался придумать оправдание, но понимал: это глупо. Елена видела всё. Оксана сказала всё.
Где-то в глубине души теплилась надежда глупца: «Она вернется, подобреет. Я вымолю прощение. Пять лет не вычеркнешь». Он цеплялся за эту соломинку, не понимая, что она уже сломана.
***
Две недели прошли в угаре и страхе. Когда замок щелкнул, Руслан встрепенулся. Он был трезв, квартира убрана, на столе — огромный букет.
Елена вошла. Загорелая, красивая и совершенно чужая. Она посмотрела на цветы, потом на Руслана — равнодушно, как на мебель.
— Лена, любимая, — голос Руслана дрожал. — Дай мне всё объяснить. Это ошибка. Помутнение. Я не знаю, что на меня нашло. Я люблю только тебя! Прости!
Он был готов упасть на колени, лепетал жалкие слова про черта и мужскую слабость.
Елена слушала молча, даже не сняв пальто. Когда поток иссяк, она прошла в комнату, достала его чемодан и бросила к ногам мужа.
— Собирайся.
— Лен, не руби с плеча! — взмолился Руслан. — Не верь всему, что увидела! Это не так выглядело!
Елена горько усмехнулась.
— Знаешь, Руслан, — тихо произнесла она, глядя ему в глаза. — Есть фраза: «Не верь ушам, когда глаза видели». Я видела предостаточно. Ты был здоров, когда я уходила. И ты был здоров с другой женщиной через час. Больше мне знать не нужно.
Она села в кресло и отвернулась к окну.
— У тебя полчаса. Потом я меняю замки.
Руслан понял: это стена. Бетонная. Никакие мольбы не помогут. Он молча начал кидать вещи в чемодан. Руки дрожали. Ехать было некуда — только к матери, слушать нотации.
Через месяц появился штамп о разводе. Елена прислала адвоката. Руслан вышел из суда, посмотрел на серое небо и закурил. Он остался один. Без жены, без любовницы, без уважения к себе. Ложь, казавшаяся безобидной игрой, выставила счет, который он не смог оплатить. И винить, кроме себя, было некого.
***
Заслужил ли Руслан прощение? Или Елена поступила единственно правильно, закрыв дверь навсегда?
👍Ставьте лайк, если дочитали! Поддержите канал!
🔔 Подпишитесь на канал, чтобы читать увлекательные истории!
Рекомендую к прочтению:
Жена работала в ночные смены ради отпуска, но супруг отдал накопленные деньги на каприз другой женщины