Я проснулась в семь утра — что само по себе уже было подвигом. Обычно я открываю глаза только после того, как соседский пёс трижды обойдёт дом и сообщит всему району, что жизнь продолжается. Но в этот день я решила начать новую, правильную, стройную жизнь. С чистого листа, как говорится. Хотя лист у меня был не очень чистый — на тумбочке лежал недоеденный пряник, который я вечером «убрала подальше», чтобы не соблазняться.
Я встала, расправила плечи и почувствовала себя героиней рекламного ролика: сейчас я выпью стакан тёплой воды с лимоном, сделаю зарядку, а потом приготовлю полезный завтрак. В голове даже заиграла бодрая музыка, но это, скорее всего, был сосед сверху, который опять включил свою любимую радиостанцию.
На кухне меня встретила моя дочь Лена — бодрая, как мартовская кошка. Ей сорок, но она уверена, что ей двадцать пять, и ведёт себя соответственно.
— Мам, — сказала она, — я тут нашла классный марафон по похудению. Давай вместе? Там всё просто: исключаем сахар, мучное, жареное, солёное, жирное, вкусное и вообще всё, что радует.
— А что остаётся? — спросила я.
— Киноа.
Я посмотрела на неё внимательно. Лена была в ярко-розовом спортивном костюме, с хвостиком на макушке и сияющими глазами. Она выглядела как человек, который действительно способен есть киноа добровольно.
— Лена, — сказала я мягко, — я не уверена, что готова к таким жертвам.
— Мам, ну ты же сама говорила, что хочешь влезть в своё синее платье.
Я вздохнула. Да, говорила. Но я имела в виду — когда-нибудь. В неопределённом будущем. В идеале — в параллельной вселенной.
— Ладно, — сказала я. — Давай попробуем.
Лена радостно хлопнула в ладоши, как будто я согласилась прыгнуть с парашютом.
— Отлично! Начнём с завтрака. Я приготовила смузи.
Смузи оказался зелёным. Очень зелёным. Настолько зелёным, что я почувствовала себя коровой, которую пригласили на дегустацию свежескошенной травы.
— Это шпинат, сельдерей, огурец и немного яблока, — сказала Лена.
— А где еда? — спросила я.
— Мам, это и есть еда.
Я сделала глоток. Вкус был… интересный. Если под «интересным» понимать «хочу немедленно съесть что-нибудь нормальное».
Но я держалась. Я была сильной. Я была женщиной, которая решила изменить свою жизнь.
Пока что.
После завтрака я решила заняться уборкой. Во-первых, это полезно. Во-вторых, отвлекает от мыслей о еде. В-третьих, если я не начну убирать, то скоро в квартире можно будет снимать фильм про археологические раскопки.
Я взяла тряпку, ведро и включила музыку. На первой же песне я попыталась присесть, чтобы протереть нижнюю полку шкафа, и услышала характерный хруст.
— Это я или шкаф? — спросила я вслух.
Ответа не последовало, но я решила, что это был шкаф. Так спокойнее.
Через полчаса уборки я почувствовала лёгкое головокружение. Лена сказала бы, что это организм очищается. Я же подозревала, что организм просто требует нормального завтрака.
Я пошла на кухню попить воды. И тут увидела на столе тарелку с пирожками. Их принесла соседка Тамара Петровна — женщина добрая, но коварная. Она уверена, что пирожки — это универсальное средство от всех бед.
Я посмотрела на пирожки. Пирожки посмотрели на меня. Один даже как будто подмигнул.
— Нет, — сказала я твёрдо. — Я сильная. Я держусь.
Я развернулась и ушла. Гордо.
Через две минуты я вернулась. Просто посмотреть. На всякий случай.
Через ещё минуту я взяла один пирожок. Маленький. Совсем крошечный. Чтобы просто понюхать.
Через три секунды пирожка не стало.
— Это был эксперимент, — сказала я себе. — Проверка силы воли. И я… ну… я поняла, что сила воли — это переоценённое понятие.
В обед пришёл мой муж — Витя. Он человек спокойный, рассудительный и абсолютно равнодушный к диетам. Он может съесть кастрюлю борща и остаться стройным, как берёзка.
— Ты чего такая задумчивая? — спросил он, снимая куртку.
— Я на диете, — сказала я.
— Опять?
— Витя!
— Ладно-ладно. И как успехи?
Я посмотрела на него с выражением человека, который пережил тяжёлые испытания.
— Моя диета держалась три часа, но гордо.
Витя рассмеялся.
— Ну, три часа — это уже неплохо. В прошлый раз было сорок минут.
— Спасибо за поддержку, — сказала я сухо.
— А что ты хотела? — улыбнулся он. — Ты у меня женщина живая, настоящая. А не вот это вот всё… киноа.
Я почувствовала, как настроение улучшается. Витя всегда умел сказать что-то простое, но правильное.
— Может, ну её, эту диету? — предложил он. — Давай лучше вечером пиццу закажем.
— Витя!
— Ну хорошо-хорошо. Без пиццы. Но и мучить себя не надо.
Я задумалась. Может, он и прав. Может, главное — не мучить себя, а просто жить?
Но Лена, которая появилась в дверях, как строгий контролёр, сказала:
— Мам, я надеюсь, ты не сорвалась?
— Нет, — сказала я. — Я… экспериментировала.
— Мам!
— Лена, — вмешался Витя, — оставь мать в покое. Она у нас женщина творческая. Ей нужны вдохновение и пирожки.
— Папа!
Я рассмеялась. Семья у меня шумная, но любимая.
Вечером я сидела на диване с чашкой чая. Без сахара. Я всё-таки решила продолжить попытки вести здоровый образ жизни. Но без фанатизма.
Лена сидела рядом и листала свой телефон.
— Мам, — сказала она, — я тут нашла рецепт полезных конфет. Хочешь попробовать?
— Лена, — сказала я, — давай так: ты готовь свои полезные конфеты, а я буду есть нормальные. Но в меру.
— Мам, ну ты же хотела…
— Хотела. Но я ещё и жить хочу.
Лена вздохнула, но улыбнулась.
— Ладно. Главное — чтобы ты была довольна.
Я кивнула. Да, довольна — это главное.
Витя подошёл, сел рядом и обнял меня.
— Ну что, моя чемпионка трёхчасовой диеты, — сказал он. — Как настроение?
— Отличное, — сказала я. — Я решила, что буду жить в гармонии с собой.
— Это как?
— Это значит: если хочу пирожок — съем пирожок. Если хочу смузи — выпью смузи. Но без этих мучений.
— Правильно, — сказал Витя. — Ты у меня мудрая.
Лена закатила глаза, но улыбнулась.
— Ладно, мам. Главное — чтобы ты была счастлива.
Я посмотрела на них обоих и почувствовала тепло. Да, счастлива — это главное.
В тот вечер мы сидели втроём, пили чай и обсуждали планы на выходные. Лена рассказывала про свой марафон, Витя — про работу, а я — про то, как чуть не победила пирожки, но они оказались сильнее.
Мы смеялись, перебивали друг друга, спорили о пустяках. И я думала: какая же я всё-таки счастливая женщина.
А диета… ну что диета. Она у меня держалась три часа. Но гордо.
И этого, знаете ли, иногда вполне достаточно.