Почему некоторые люди, столкнувшись с препятствиями и разочарованием, способны выстоять и даже хорошо себя чувствовать? Давайте разберемся, каким образом культивировать психологическую устойчивость в детях и в самих себе.
Наша задача как родителей не обязательно сделать так, чтобы у детей все получалось, но мы можем помочь им обрести умение адаптироваться, если что-то идет не так.
Открытия в нейропсихологии показали, что обучение и адаптация являются результатом вовсе не логики, а эмоций. Когда мы достигаем понимания тщетности, если что-то не получается, нам не остается ничего больше, кроме как чувствовать огромную грусть и разочарование. Наша лимбическая система посылает сигнал слезным железам, и из глаз начинают течь слезы.
Слезы, которые мы проливаем, осознавая тщетность того, что не можем изменить, значительно отличаются от других типов слез. Уверенность в себе исходит не из понимания, что ты можешь все, а из осознания, что ты можешь пережить, если что-то получается не по-твоему. Наша сила лежит в нашей уязвимости. Найдя свои слезы, мы находим путь к преодолению препятствий и адаптации.
Мы собрали ориентиры, которые показывают направление созревания и помогают понять, какие способности формируют психологическую устойчивость.
16 ориентиров психологической устойчивости
Способность любить (партнёра, детей…).
Уметь быть в отношениях, открываться другому человеку, любить его таким, какой он есть, со всеми недостатками и достоинствами. Не идеализировать и не обесценивать. Быть способным отдавать, а не брать.
Способность работать.
Не только в прямом смысле, в офисе, на работе, за зарплату. Важно создавать, творить, привносить в мир что-то новое, реализовывать свой творческий потенциал. Осознавая, что все, что вы делаете, должно иметь смысл и значение не только для вас лично, но и для других людей.
Способность играть.
Речь идёт о способности взрослых людей «играть» словами, символами, уметь использовать метафоры, иносказания, юмор, символизировать свой опыт и получать от этого удовольствие. Психологи отмечают пугающую тенденцию. Мы перестаём играть. Наши игры из «активных» превращаются в «отстраненно наблюдательные». Мы всё меньше танцуем, поём, занимаемся спортом и всё больше наблюдаем за тем, как это делают другие. Интересно, каковы будут последствия.
Безопасные отношения.
Психоаналитик Джон Боулби (John Bowlby) описал три типа привязанности: нормальную, тревожную и избегающую. Впоследствии выделился ещё один тип привязанности, дезорганизованный. К сожалению, нарушение привязанности весьма распространенное явление. Однако его можно изменить, в том числе и с помощью психотерапии.
Автономия.
Её недостаток выражается в первую очередь в том, что люди делают не то, что они хотят на самом деле. Они даже не успевают прислушаться к себе и выбрать, чего бы им хотелось хотеть. При этом желание быть автономным и иметь возможность что-то решать остаётся. И тогда человек пытается контролировать хоть что-то, к примеру, свой вес. В тяжёлых случаях это приводит к анорексии.
Способность оставаться в контакте с собой.
Точнее, со всеми сторонами собственного «Я»: как хорошими, так и плохими, как приятными, так и не вызывающими радости. Что, в частности, помогает переживать конфликты, не распадаясь при этом на части. Очень важно держать в себе три образа: кем вы были когда-то, кто вы есть сейчас и кем станете через десять лет. Учитывать и интегрировать то, что дано природой, с тем, что мы сами сумели в себе развить.
Способность восстанавливаться после стресса.
Если у человека достаточно сил, когда он сталкивается со стрессом, он не срывается и не заболевает, а находит способ адаптироваться к новой ситуации.
Реалистичная самооценка.
Многие люди слишком жёстко оценивают себя, критикуют, уничижают. Или наоборот, обладают завышенной самооценкой. Отчасти дело в том, что родители восхваляют детей, желая иметь всё самое лучшее, в том числе и «лучших» детей. Но необоснованная похвала, лишённая любви и тепла, вселяет в детей чувство пустоты. Они не понимают, кем являются на самом деле, и часто действуют, как будто имеют право на особое отношение к себе, хотя, по сути, не заработали этого.
Система ценностных ориентиров.
Важно, чтобы человек понимал этические нормы, их смысл, при этом был гибок в следовании им.
Способность выдерживать накал эмоций.
Чувствовать их, но не действовать под их влиянием. Оставаться в контакте важно не только со своими эмоциями, но и с мыслями и размышлениями, своей рациональной частью.
Рефлексия.
Способность смотреть на себя со стороны. Люди, способные к рефлексии, видят, что именно является их проблемой, и стараются решить её, максимально эффективно помогая себе.
Ментализация.
Те, кто обладает этой способностью, понимают, что другие это совершенно отдельные личности, со своими особенностями, личностной и психологической структурой. Им легче даётся осознание, что иногда обида на чьи-то слова и поступки бывает вызвана скорее их личным, персональным опытом и личностными особенностями, а не желанием другого человека нанести обиду.
Владение достаточным количеством защитных механизмов и гибкость в их использовании.
Баланс между тем, что мы делаем для себя и для своего окружения.
Важно быть собой, заботиться о собственных интересах, но не забывать учитывать при этом интересы других.
Чувство витальности.
Способность чувствовать себя живым. Психоаналитик Дональд Вудс Винникотт (Donald Winnicott) писал, что человек может нормально функционировать, но при этом быть как будто неживым. О внутренней омертвелости писал и психоаналитик Андре Грин (Andre Green).
Способность принимать то, что мы не можем изменить.
Уметь искренне и честно грустить в связи с тем, что невозможно изменить. Принимать ограниченность своих возможностей и оплакивать то, чего бы нам хотелось иметь, но не получается.