– А полотенце мое где? Синенькое такое, махровое? – голос звучал требовательно, с нотками обиды, словно пропажа куска ткани была трагедией вселенского масштаба. – Я его специально на батарею повесила, чтобы просохло, а теперь нет нигде. Марина, ты не брала?
Марина, стоявшая у плиты и пытавшаяся одной рукой мешать овсянку, а другой – допивать остывший кофе, глубоко вздохнула. Ей хотелось закричать, что это её батарея, её ванная и, собственно, её полотенце, которое тетя Галя почему-то присвоила себе в первый же день. Но она лишь молча указала ложкой в сторону корзины для белья.
– В стирке оно, тетя Галя. Три дня висело, запах уже пошел.
– Ой, ну какие мы нежные, – женщина в цветастом халате, который едва сходился на необъятной талии, протиснулась в кухню, задев Марину бедром. – Запах ей пошел. В своем доме мы неделями полотенца не меняем, и ничего, никто не облез. А тут – городские порядки, воды не жалко, порошка не жалко. Транжиры.
Марина промолчала. Это была её новая тактика выживания – молчание. Когда тетя Галя, дядя Витя и их тридцатилетний сын Игорь – или, как его ласково звала мать, Игорюша – только позвонили в дверь месяц назад, Марина улыбалась искренне. «На три дня, Мариночка, – щебетала тогда тетя Галя, затаскивая в коридор клетчатые сумки. – Только анализы сдать в областной больнице, да Игорюше город показать, он же засиделся у нас в деревне».
Три дня растянулись на неделю. Потом на две. Теперь шел второй месяц, и конца этому гостевому марафону не предвиделось.
На кухню, зевая и почесывая живот под застиранной майкой, вплыл дядя Витя. Он плюхнулся на единственный свободный стул, который Марина берегла для мужа, и постучал вилкой по столу.
– Завтрак скоро? А то в животе урчит, сил нет. Марина, ты яичницу с салом сделаешь? Каши этой твоей пустой не хочется, трава травой.
– Сало закончилось, дядя Витя, – ответила Марина, выключая плиту. – И яйца тоже. Вчера Игорь вечером омлет из десяти штук себе пожарил.
– Растущий организм, ему надо, – тут же вступилась тетя Галя, нарезая батон толстыми ломтями. – А ты, Марина, могла бы и в магазин сбегать с утра. Что за хозяйка, у которой холодильник пустой? Вот я в твои годы…
Марина почувствовала, как к горлу подкатывает горячий ком. Она работала главным бухгалтером, её рабочий день начинался в девять, но вставать приходилось в шесть, чтобы успеть приготовить завтрак на ораву родственников, которые просыпались к десяти и начинали методично уничтожать запасы продовольствия.
В дверях появился муж, Саша. Вид у него был виноватый. Он вообще в последнее время передвигался по собственной квартире перебежками, стараясь не встречаться глазами ни с женой, ни с родней.
– Доброе утро, – буркнул он, пытаясь найти место, где приткнуться с чашкой.
– Сашок, ты сегодня на машине? – оживился дядя Витя. – Подбросишь нас с Игорем до торгового центра? Ему кроссовки посмотреть надо. А то в этих он как деревенщина, говорит, стыдно по столице ходить.
– Мне на работу, дядь Вить, это в другую сторону совсем… – начал было Саша.
– Да ладно тебе, крюк сделаешь, не развалишься. Родня всё-таки. Игорьку развиваться надо, выглядеть прилично. Может, невесту тут найдет, останется, человеком станет.
Марина замерла. Чашка в её руке звякнула о блюдце.
– В смысле – останется? – тихо спросила она, глядя на тетю Галю.
Та, ничуть не смутившись, намазывала масло на батон слоем толщиной в палец.
– Ну а что? Город большой, возможностей много. Мы вот с отцом подумали: чего ему в нашем захолустье гнить? Снимет тут комнатку попозже, работу найдет. А пока у вас поживет, места-то много, три комнаты. Мы с отцом, так и быть, через недельку уедем, огород ждет, а Игорек пусть обживается. Вы ему поможете на первых порах.
Марина перевела взгляд на мужа. Саша побледнел и уткнулся в телефон, делая вид, что срочно читает важные новости.
– Мы это не обсуждали, – ледяным тоном произнесла Марина. – У нас не общежитие.
– Ой, да ладно тебе, – отмахнулась тетя Галя. – Свои же люди. Что мы, чужие? Потеснитесь немного. Вон, кабинет Сашин пустует почти, там диванчик поставить – и красота.
Марина вышла из кухни, не допив кофе. Ей нужно было на воздух, иначе она просто взорвалась бы прямо там, среди запаха жареного лука, который тетя Галя любила добавлять во все блюда с самого утра.
Весь день на работе Марина не могла сосредоточиться. Цифры плыли перед глазами. В голове крутилась одна мысль: «Пока у вас поживет». Это «пока» могло длиться годами. Игорь был классическим диванным жителем. За месяц он ни разу не предложил вынести мусор или сходить за хлебом. Зато он прекрасно освоил новый телевизор в гостиной и холодильник.
Вечером Марина вернулась домой с твердым намерением поговорить с мужем и поставить точку. Но, переступив порог, она поняла, что разговор будет не с мужем. И не сейчас.
В прихожей стоял стойкий запах перегара и дешевых духов. Из гостиной доносился громкий смех и звон бокалов. На вешалке висели чужие куртки – кожаная косуха и какое-то вульгарное розовое пальто.
Марина прошла в комнату, не разуваясь.
За столом, который Марина полировала специальным средством, сидел Игорь, дядя Витя и двое незнакомых людей – парень с татуировкой на шее и девица с ярко-нарисованными бровями. Стол был заставлен закусками, которые Марина покупала к своему дню рождения, планируя отметить его в узком кругу через пару дней. Дорогая сырокопченая колбаса, икра, которую она прятала в глубине холодильника, французский коньяк из бара мужа – всё было вскрыто, нарезано и наполовину съедено.
Тетя Галя суетилась вокруг гостей, подкладывая им салатики.
– О, хозяюшка явилась! – гаркнул дядя Витя, поднимая рюмку. – Проходи, Маринка, штрафную тебе! У Игоря тут друзья образовались, земляки, представляешь? Встретил в торговом центре! Мир тесен!
Марина смотрела на пятно от красного вина, расплывающееся по бежевой скатерти. Смотрела на окурки, которые гостья тушила прямо в тарелку с остатками икры. Смотрела на Игоря, который, развалившись на стуле, лениво ковырял вилкой в банке с маринованными грибами – теми самыми, что передала её мама.
– Вон отсюда, – сказала Марина. Голос её был тихим, но в наступившей вдруг тишине прозвучал отчетливо.
– Чего? – не понял парень с татуировкой.
– Вон пошли все отсюда. Сию минуту.
– Мариночка, ты чего? – всплеснула руками тетя Галя. – Люди сидят, отдыхают, общаются. Неудобно же.
– Неудобно – это когда гости ведут себя как свиньи, – Марина повысила голос. – Я сказала: посторонним покинуть квартиру. У вас одна минута. Потом я вызываю полицию.
Гости, переглянувшись и увидев бешеное выражение лица хозяйки, решили не испытывать судьбу. Девица схватила сумочку, парень буркнул что-то нецензурное, и они поспешили в коридор.
Когда входная дверь захлопнулась, Марина повернулась к родственникам. Те сидели притихшие, но во взгляде тети Гали уже разгорался огонь праведного гнева.
– Ты что себе позволяешь? – начала она, уперев руки в боки. – Опозорила нас перед людьми! Племянника родного унизила! Мы к ним со всей душой, а она…
– Со всей душой? – Марина рассмеялась, и этот смех был страшным. – Вы живете здесь месяц. Вы не купили ни буханки хлеба. Вы съели запасы на полгода вперед. Вы превратили мою квартиру в хлев. А теперь вы устраиваете пьянки с маргиналами и кормите их моими продуктами?
– Мы – родня! – взвизгнула тетя Галя. – Саша! Где Саша? Пусть он скажет своей жене, как надо старших уважать!
Саша, который всё это время, видимо, прятался в спальне, выглянул на шум. Вид у него был жалкий.
– Саша, скажи им, – Марина посмотрела на мужа. – Скажи им, что гости засиделись. Скажи, что завтра они уезжают.
Саша перевел взгляд с разъяренной жены на красную от возмущения тетку.
– Ну… Марин… Может, не так резко? Люди же отдыхали… – промямлил он.
Внутри Марины что-то оборвалось. Словно лопнула струна, которая держала всё это напряжение последние недели.
– Ах, не так резко? – она кивнула. – Хорошо. Тогда так. Я уезжаю. К маме. Прямо сейчас. А вы оставайтесь. Но учтите, Саша, – она повернулась к мужу, – за квартиру в следующем месяце платишь ты. И продукты покупаешь ты. И готовишь, и убираешь за ними тоже ты. Моя зарплата уходит со мной.
Она развернулась и пошла в спальню. Достала чемодан.
В коридоре повисла тишина. Родственники переваривали услышанное. Они прекрасно знали, что Саша получает немного, его зарплаты едва хватало на покрытие кредита за машину и коммуналки. Основной бюджет семьи держался на Марине.
– Ты что, бросишь мужа из-за куска колбасы? – крикнула ей в след тетя Галя. – Вот она, столичная любовь! Расчет один!
Марина не слушала. Она кидала вещи в чемодан: джинсы, свитера, косметичку.
Через десять минут она вышла в коридор, одетая и с чемоданом.
– Саша, ключи от машины мне не нужны, поеду на такси. Разбирайся сам со своим табором.
– Марин, подожди! – Саша вдруг очнулся. Он подбежал к ней, хватая за руку. – Не уходи. Пожалуйста.
– Тогда пусть уходят они, – Марина вырвала руку. – Сейчас. Не завтра, не утром. Сейчас.
– Но куда же мы пойдем на ночь глядя? – заголосил дядя Витя. – Автобусы не ходят уже! На вокзале ночевать?
– Есть гостиницы, есть хостелы. Квартиры посуточно, – отчеканила Марина. – Деньги у вас есть, я видела, как Игорь сегодня хвастался новой приставкой, которую купил. Значит, на хостел хватит.
– Мы никуда не пойдем! – заявил Игорь, впервые подав голос. Он стоял, привалившись к косяку, и ковырял в зубах. – Я тут прописан… а, нет, не прописан. Но дядя Саша меня пригласил. Он хозяин.
Марина посмотрела на мужа. Это был момент истины.
– Саша, – сказала она очень тихо. – Если они сейчас не уйдут, завтра я подаю на развод. И на раздел имущества. Эта квартира куплена в браке, но первый взнос давали мои родители. Я тебя уверяю, я найду юриста, который оставит тебя с одной этой приставкой.
Саша посмотрел на Игоря, на раскрасневшуюся тетку, на гору грязной посуды на столе. Потом посмотрел на жену. В её глазах не было истерики, только холодная решимость.
– Собирайтесь, – выдохнул он.
– Что?! – тетя Галя задохнулась от возмущения. – Сашка, ты что, бабу свою испугался? Родную кровь гонишь?
– Собирайтесь! – заорал Саша так, что дядя Витя подпрыгнул на стуле. – Вон отсюда! Задрали! Житья от вас нет! Жрете, спите, срете! Вон!
Родственники опешили. Они никогда не видели мягкотелого Сашу в такой ярости. Тетя Галя открыла было рот, чтобы начать скандал, но, увидев, как племянник сжимает кулаки, захлопнула его.
Сборы напоминали эвакуацию при пожаре. Тетя Галя бегала по квартире, сгребая свои вещи и попутно пытаясь прихватить то, что «плохо лежало».
– Полотенце положите, – сказала Марина, наблюдая, как синее махровое полотенце исчезает в бездонной сумке тетки.
– Да подавись ты своим полотенцем! – швырнула его на пол Галя. – Тряпье! Жмоты! Ноги нашей здесь больше не будет! Прокляну! Всем расскажу, какие вы твари!
– Игорь, джойстик верни, – устало сказал Саша, заметив, как племянник пытается сунуть в карман игровой контроллер от приставки мужа.
– Да нужен он мне, больно надо, – огрызнулся Игорь, бросая гаджет на диван.
Когда за последним родственником захлопнулась дверь, в квартире наступила звенящая тишина. Слышно было только, как капает кран на кухне – дядя Витя свернул его еще неделю назад, но починить «руки не доходили».
Марина опустилась на пуфик в прихожей, прямо в пальто. Силы кончились.
Саша стоял посреди разгромленной гостиной. Он подошел к окну и смотрел вниз.
– Уехали? – спросила Марина.
– На такси садятся, – ответил он. – Игорек в багажник лезет, видимо, сумки не влезают.
Он повернулся к жене.
– Марин… Прости меня. Я идиот.
– Идиот, – согласилась она. – И тряпка.
– Я просто… они же так давили. "Мать, отец, родня". Я не умею отказывать.
– Придется научиться. Или в следующий раз я действительно уйду. И не вернусь.
Саша подошел к ней, опустился на колени и уткнулся лицом в её колени.
– Я замок сменю завтра. Нижний заедает, да и ключи у Игоря были, мало ли, дубликат сделал.
– Смени, – кивнула Марина, гладя его по голове, как нашкодившего ребенка. – И уборку генеральную мы будем делать вместе. Все выходные.
– Конечно. Я все отмою. И ковер в химчистку сдам.
– А сейчас, – Марина встала, скидывая пальто, – иди и выкинь всё, что осталось на столе. Видеть эту еду не могу.
В следующие два дня телефон Саши разрывался от звонков. Звонила тетя Галя, звонила бабушка из деревни, звонили какие-то троюродные сестры, которых Саша видел раз в жизни. Все они кричали в трубку о том, что он «подкаблучник», «предатель рода» и что «Бог накажет». Саша сначала пытался оправдываться, что-то объяснять, а потом просто сменил сим-карту.
А еще через неделю пришло письмо. Настоящее, бумажное, в почтовый ящик. Марина достала конверт, увидела обратный адрес – деревня Сосновка – и хмыкнула.
– Читай, – бросила она письмо мужу за ужином.
Саша вскрыл конверт. Оттуда выпал сложенный вчетверо листок в клетку. Почерк был крупный, размашистый – тети Гали.
«Саша, – писала она. – Мы добрались. Отец заболел от расстройства, давление скачет. Игорь в депрессии, работу потерял из-за стресса (какую работу, он же не работал? – подумала Марина). Бог вам судья. Но ты должен знать: мы на тебя обиду не держим. Мы люди православные, всепрощающие. Летом у Игоря день рождения, юбилей, 30 лет. Мы решили в Москве отмечать, в ресторане, чтобы красиво. Приедем числа 15-го июля. Надеюсь, к тому времени твоя мегера успокоится. Квартиру не готовьте, мы в гостинице остановимся, раз вы такие гордые. Но уж встретить и по городу покатать ты обязан. Родня все-таки».
Саша дочитал, помолчал минуту. Потом молча встал, подошел к мусорному ведру и порвал письмо на мелкие клочки.
– Что там? – спросила Марина, намазывая тост джемом.
– Спам, – ответил Саша. – Реклама какая-то. Предлагают услуги, которые нам не нужны.
– А, ну тогда ладно, – улыбнулась Марина.
Она прекрасно знала, что там было написано. Но также она видела лицо мужа. В этот раз он действительно сделал выбор.
Выходные они провели в тишине. Без телевизора, орущего на полную громкость, без очередей в ванную и без запаха пережаренного лука. Они просто лежали на диване, смотрели кино и ели пиццу, которую заказали только для себя двоих. И это было лучшее время за последние годы.
Иногда нужно проявить жестокость, чтобы защитить свой мир. И пусть для кого-то ты станешь «мегерой» и «жадиной», зато в твоем доме будет чисто, а в душе – спокойно. А родственники… Родственников, как известно, любят на расстоянии. Чем больше расстояние – тем крепче любовь.
Обязательно подпишитесь на канал, чтобы читать больше жизненных рассказов, и не забудьте поставить лайк. Напишите в комментариях, как бы вы поступили на месте героев.