Найти в Дзене
NEXT

Шесть лет в школе отучили меня от мысли о материнстве: откровения молодого педагога

Мария М. шесть лет преподает географию, но главным предметом, который она хотела бы вести, называет психологию. В этом честном интервью она объясняет, какие коллективные травмы видны из школьного кабинета и почему работа с чужими детьми отбивает желание заводить своих.
Меня вызвал директор. Я думала — что-то серьёзное. Оказалось, нужно отчитаться за двойку ученицы. После объяснений мне приказали просто убрать оценку из журнала. Не дать шанс пересдать, а стереть. Объективность? Её не было. Причина — папа девочки пришёл в школу, и двойка его не устроила. «Одно дело, когда ребята сами пытаются исправить оценки, другое — когда за них всё решают родители», — говорит Мария. Диалоги стали шаблонными: «Мы всё учили, почему тройка?». Сорок минут спокойных объяснений, что ребёнку не даётся предмет, разбиваются о стену: «Он будет великим математиком!». Опыт педагога, который видит ученика каждый день, не учитывается. Мария не может представить, чтобы её мама в школьные годы пошла выяснять отн
Оглавление

Мария М. шесть лет преподает географию, но главным предметом, который она хотела бы вести, называет психологию. В этом честном интервью она объясняет, какие коллективные травмы видны из школьного кабинета и почему работа с чужими детьми отбивает желание заводить своих.

«Сотрите двойку»: когда родители решают всё за директора


Меня вызвал директор. Я думала — что-то серьёзное. Оказалось, нужно отчитаться за двойку ученицы. После объяснений мне приказали просто убрать оценку из журнала. Не дать шанс пересдать, а стереть. Объективность? Её не было. Причина — папа девочки пришёл в школу, и двойка его не устроила.

«Одно дело, когда ребята сами пытаются исправить оценки, другое — когда за них всё решают родители», — говорит Мария. Диалоги стали шаблонными: «Мы всё учили, почему тройка?». Сорок минут спокойных объяснений, что ребёнку не даётся предмет, разбиваются о стену: «Он будет великим математиком!». Опыт педагога, который видит ученика каждый день, не учитывается.

Мария не может представить, чтобы её мама в школьные годы пошла выяснять отношения из-за оценки. «Она бы сказала: "Учебник в зубы — и вперёд"». Сегодня же школа столкнулась с гиперопекой, где ребёнка нельзя задеть словом: «Это моё дитятко, не смейте его трогать!».

Фото из личного архива Марии
Фото из личного архива Марии

Инклюзия без поддержки: когда педагог остаётся один на один с проблемой


В одном из классов учился мальчик, который на любое замечание грозился: «Я вас засужу». Не разрешили сесть на другое место? Не отпустили в туалет? Всё это становилось поводом для конфликта, который съедал пол-урока. Обращения к родителям с просьбой обратиться к психологу упирались в стену.

«Родителям иногда проще игнорировать проблему, чем тратить силы», — констатирует Мария. Инклюзивное образование стало больной темой: ребёнку с особенностями не удаётся адаптироваться, но педагог остаётся один на один с этой ситуацией. Часто такие дети воспитываются бабушками, и им не хватает родительского внимания и границ.

«Класс вредителей» и наследственное поведение: от осинки не родятся апельсинки


Один девятый класс Мария называла «классом вредителей»: стоило учителю отвернуться, как они резали бумагу и раскидывали её. На замечания следовал железный аргумент: «А вы в курсе, что двойку за поведение ставить нельзя?». Разговор с родителями всё расставил по местам.

«После шести лет работы я точно могу сказать: от осинки не родятся апельсинки». Увлекаясь психологией, Мария теперь видит корни поведения в семье. «Я почти не злюсь на детей. Всё идёт из семьи». Этот опыт и породил главный страх: «Мне страшно рожать своего. Боюсь стать той мамой, которая яростно защищает своё дитя, не видя картины».

Фото из личного архива Марии
Фото из личного архива Марии

От криков к диалогу: как найти общий язык и даже поспорить на татуировку


Свой путь Мария начинала с убеждения, что нужно быть жёсткой. «Держала оборону года два. Думала, только так можно выжить». Но со временем ей перестало нравиться, что дети её боятся. Она сменила тактику.

Отчаявшись достучаться до кадетского класса, она предложила самому активному ученику провести урок. Когда тот начал, Мария села на его место и стала отвлекаться и шуметь. Класс поддержал игру. «После этого появились просветы. Они увидели ситуацию с другой стороны».

С другим учеником она поспорила на татуировку, если он сдаст ОГЭ по географии на максимум. Мотивация сработала — он не добрал всего один балл.

Фото из личного архива Марии
Фото из личного архива Марии

Миссия: быть не идеальной, а настоящей


Сейчас цель Марии — не сделать из всех отличников, а помочь детям быть открытыми и творческими. Она учит их сочетать школьную форму с яркими аксессуарами, делится своими увлечениями фотографией и даже обсуждает с девочками их первые романы.

«Быть молодым педагогом на одной волне с учениками — это круто. Ко мне подходят со словами: "Вы молодая, вы поймёте"». Мария боится того дня, когда станет «совсем взрослой» учительницей, потеряв этот контакт.

Её история — честный рассказ о том, что школа сегодня стала полем битвы амбиций, травм и поиска взаимопонимания, где урок географии часто оказывается менее важен, чем урок человечности.


💬
Спасибо, что дочитали эту исповедь до конца. Если вам интересен честный взгляд на то, что происходит за школьными дверями, — оставайтесь с нами. Поддержите этот разговор лайком и подпиской на «NEXT». Вместе будем разбираться в самом главном.