Полгода тишины усыпили их совесть: свекровь жила отдельно, Саша звонил по расписанию, Ника отвечала на редкие вопросы сухо и ровно, как в бухгалтерии. После той истории с балконом они будто разъехались не по адресам — по разным берегам. Начало рассказа: Евгения Генриховна звонила теперь не «просто так», а с поводом: спросить, как Вадим; сообщить, что «у неё всё нормально»; уточнить, что «соседка опять шумит». Каждый разговор был короткий и одинаковый. В конце всегда одно и то же:
— Ну ладно, Сашенька… работай. Саша после звонка ходил по квартире, как человек, который не знает, куда деть руки. Иногда останавливался у окна, смотрел на двор, где всё было так же: лавочка, песочница, облупленный козырёк подъезда. Ника делала вид, что занята — кастрюлями, уроками, оплатой счетов, — но ловила себя на том, что прислушивается: не скажет ли он что-то важное, не сорвётся ли, не попросит ли поехать к матери «помириться по‑настоящему». Вадим за это время вытянулся, стал резче, взрослее. Он больше
Публикация доступна с подпиской
Читать продолжение прямо сейчас — 99 руб