Мы встречались полгода. Это был период, когда недостатки партнера кажутся милыми особенностями, а будущее видится исключительно в розовом цвете. Владимир казался мне идеальным вариантом: умный, с хорошей работой, начитанный, всегда аккуратно одет. Мы проводили выходные в кофейнях, гуляли по паркам, обсуждали кино и, казалось, были на одной волне.
Но, как выяснилось, смотрели мы в разные стороны. Я - на партнерство, а он - на поиск выгодного варианта обслуживания.
Разговор о совместной жизни зашел как-то обыденно, за ужином. Он разливал чай и вдруг сказал: - Слушай, нам обоим надоело мотаться друг к другу. Да и снимать две квартиры глупо. Давай съедемся? Найдем хорошую двушку ближе к центру.
Я улыбнулась, давно ему на это намекала. Но то, что последовало дальше, заставило меня отставить чашку и внимательно посмотреть на человека, которого, как мне казалось, я знала.
- Только давай сразу договоримся о правилах, - продолжил он деловым тоном, словно мы подписывали договор поставки, а не обсуждали создание семьи. - Мы же современные люди. Я считаю, что бюджет должен быть раздельным, а общие расходы - пополам. Аренда, коммуналка, продукты - все 50 на 50.
Я кивнула. Равноправие так равноправие.
- А что насчет быта? - уточнила я, ожидая услышать такое же «пополам».
Вова слегка замялся, но потом выдал с обезоруживающей улыбкой: - Ну, тут, милая, природа всё решила за нас. Ты же женщина, у тебя уют в крови. Так что готовка, уборка, стирка - это твоя зона ответственности. Я буду помогать по настроению, мусор там вынести или полку прибить, если отвалится, но основная забота - на тебе. Ты же хочешь быть хозяйкой в своем доме?
Повисла тишина, я смотрела на него и пыталась сложить этот пазл.
Зачем тратиться на домработницу
Я не стала с ним спорить, а решила ответить ему на его же языке.
- Вова, я тебя услышала, - спокойно сказала я. - Ты хочешь партнерства в финансах, это справедливо, ты также просишь качественный быт: вкусный ужин, чистые рубашки, вымытый пол. Но я, так же как и ты, работаю полный день. У меня нет физической возможности и желания тратить свои вечера на обслуживание квартиры.
Он напрягся, но продолжал слушать.
- Поэтому у меня встречное предложение, - продолжила я. - Раз мы делим все расходы пополам, давай поступим цивилизованно. Мы нанимаем домработницу. Она будет приходить два раза в неделю: делать полную уборку, гладить белье и готовить еду на несколько дней, эту сумму мы тоже делим 50 на 50. Таким образом, у нас будет чисто, вкусно, и никто не будет перегружен. А уют я создам - свечи расставлю, шторы выберу.
Его лицо изменилось. Сначала недоумение, потом - раздражение, и наконец - отстраненность. В его глазах я увидела работу мыслительного процесса: калькулятор в его голове щелкал, и итоговая сумма ему не нравилась.
- Зачем нам чужой человек в доме? - поморщился он. - Это лишние траты. Ты же женщина, неужели тебе сложно приготовить ужин любимому мужчине? Это же забота, а не работа.
Как только дело доходит до реальной оценки женского труда, он тут же превращается в «любовь» и «предназначение». Готовить ужин - это забота. А скинуться на продукты для этого ужина - это уже пополам, это рыночные отношения.
- Вова, - мягко осадила я его. - Если я готовлю ужин после 8 часов работы, пока ты играешь в танки или смотришь сериал, это не забота, а эксплуатация. Мы собрались вести раздельный бюджет, значит делим всё. Или обязанности тоже пополам, либо нанимаем третье лицо и платим. Вариант, где я плачу столько же, сколько ты, но работаю в два раза больше - мне не подходит.
Он промолчал. Ужин мы закончили в натянутой атмосфере, сказал, что ему нужно «подумать».
Я меркальтильная и нехозяйственная, а он хотел другого
На следующий день он не написал мне привычное «Доброе утро». К вечеру я получила сухое сообщение, что он задерживается на работе. А через три дня он пропал окончательно. Просто перестал отвечать на звонки.
Спустя неделю я узнала от общих знакомых, что мы, оказывается, расстались, потому что я «меркантильная и не хозяйственная». Что мне нужны только деньги, и что я совершенно не приспособлена к семейной жизни.
Сначала мне было больно. Всё-таки полгода отношений, какие-то планы, иллюзии, но потом пришло чувство облегчения.
Его исчезновение стало лучшим ответом на все вопросы. Ему не нужна была я, он просто хотел удобно устроиться в «теплом гнездышке», при этом, ни прилагать никаких усилий по его обустройству.
Владимир исчез, и слава богу. Я наняла домработницу сама для себя. Прихожу в чистую квартиру, завариваю чай и понимаю: какое же это счастье - не обслуживать того, кто тебя не ценит.