Единственное изобретение, которое М. Аджиев, отчасти, верно приписал тюркам, это сабля. Она впервые в Мире получила массовое распространение у тюркских завоевателей, начиная с середины VI в.н.э.. Изобрели саблю не тюрки, они впервые начали её массово использовать. Идею использования такого рода оружия подсказал Яхве (Дьявол), который был основателем Тюркского каганата. В предыдущих главах уже упоминался "изогнутый меч Гермеса", то есть Яхве (Дьявола), который Он подарил Персею. Но в Прадревней Греции достоинства такого оружия не были оценены должным образом, и распространения оно не получило. М. Аажиев приписывает использование сабли гуннам в III-IV в. н.э.. Врёт. Гунны после нашествия превратились в оседлое население Европы, но саблю не применяли, а, следовательно, и не знали. На территории Восточной Европы сабли впервые появились на вооружении армии Хазарского каганата, возникшего после исчезновения Тюркского. В русски летописях сабли упоминаются, начиная с X в. н.э.. Например, в ПВЛ (6476=968 г. н.э.): «И подаста руку межю собою, и въдасть печенѣжьскый князь Претичю конь, саблю, стрѣлы. Онъ же дасть ему брони, щитъ, мечь». Постепенно сабля стала применяться и русскими воинами. Точное время полного вытеснения меча саблей у русских не известно. По-видимому, это произошло после освобождения от татаро-монгольского ига. В Куликовской битве русские дрались ещё мечами, а татары – саблями. А.Т. Фоменко считает Куликовскую битву гражданской войной, отмечая, что на летописных иллюстрациях Куликовского сражения воины обеих сторон изображены примерно одинаково. Да, но одни изображены с мечами, а другие с саблями. (Иллюстрация: "Мифы славян и народов севера", М, "Вече", 2005 г., с. 62).
Стрельцы Ивана Грозного были уже вооружены саблями.
М. Аджиев так же лживо объявляет слово "кипчак" обобщающим названием для всех обитателей, когда-либо живших в степях Евразии, и всех этих обитателей объявляет представителями одной национальности. Это он хочет сколотить коалицию народов против русских. Олджас Омарович Сулейменов в книге "Аз и Я", о которой пойдёт речь в следующих главах, приводит результаты своих изысканий происхождения кипчаков. Он утверждает, что казахи рода «кипчак» имели родовой знак - "тамгу" в виде двух вертикальных черт. Кстати, слово “тамга” происходит от вполне русского слова “тайга” и заимствовано тюрками у шорцев на Алтае. Шорцы разграничивали между родами охотничьи угодья в тайге. Эту традицию переняли тюрки, но уже по отношению к степи. Сулейменов приводит примеры ещё пяти видов тамги, принадлежавших казахским родам. Получается, что кипчаки были одним из родов кочевников. «Кипчаки» считаются одним из 20 племён, союза кочевых племён, составившего казахскую нацию. Племена в этом союзе были разнородными. Предполагается, что кипчаки были тюркоязычными монголоидами. Но это ни чем не подтверждено. Русские летописи не упоминают о «кипчаках» вообще, а упоминают только о половцах. Название «кипчаки» встречается только в зарубежных источниках. И ни где не говорится об использовании переводчиков при общении русских с половцами. Как утверждалось в предыдущих главах, название «кипчаки» означает «малые саки», а «саки», это сокращённое русское «казаки». Некоторые, валя всё в одну кучу-малу, отождествляют их с половцами, но это не корректное отождествление, хотя они, возможно, и входили в федерацию степных племён. В то время, чтобы выжить, племена создавали даже разнородные союзы. Завоеватели умели собирать огромные многонациональные армии, такие, что один народ не мог собрать и обеспечить. М. Аджиев сам приводит пример: в армии хана Батыя было 330 000 воинов, из них этнических монголов - всего 4000. Как это делалось? Иногда объединялись добровольно против общих врагов. Но бывало и по-другому: Уничтожат под корень один народ, уничтожат под корень второй народ, подходят к третьему, те говорят: "А мы за вас!" - "Ах, вы за нас?! Тогда собирайте и оснащайте войско". Из-за неучёта этого фактора в историографии часто возникают недоразумения и путаница, когда завоевателям приписывают этнические признаки народов, которых они насильственно привлекли к участию в своих акциях. Защищающиеся тоже защищались коллективно, помогали друг другу в случае нападения. Существовала сложная система союзнических отношений и взаимных обязательств, без которой ни один отдельный народ не мог противостоять агрессорам и выжить в том жестоком Мире. Эти древние союзнические отношения между разными народами ощущаются и прослеживаются по сей день. Некоторые, подобно половцам, считали, что они крутые и неуязвимые, что они могут безнаказанно грабить соседей, захватывать в плен гражданское население и продавать его в рабство. (Для русских они действительно были неуязвимы. По утверждению Л.Н. Гумилёва русских тогда было около 6 миллионов, а кочевников племенного союза, куда входили половцы, всего около 500000. Но те кочевали в степи от Днепра до Иртыша. Гоняться за ними на столь больших расстояниях русским было не с руки). Но всегда находились ещё более крутые завоеватели, желавшие пограбить уже награбленное. И бывшим "крутым" уже не приходилось рассчитывать на помощь соседей. А вот конкретно половцам русские попытались помочь в битве при Калке (1223 г. н.э.), когда на тех напали монголо-татары. Значит, отношения с ними до этой битвы у русских были относительно неплохими. Возвращаясь к обвинению М. Аджиева “доброй России” в геноциде, следует отметить, что половцев-аланов уничтожили не русские. Монголо-татары уничтожили те племена из федерации половецких племён, которые оказали им вооружённое сопротивление. Казахи (киргизы), подчинившиеся монголо-татарам, неплохо сохранились до наших дней. Половцы - аланы, не оказавшие покорности, были почти полностью уничтожены. Кипчаки разбежались. Часть половцев, называвшихся так же куманами спаслась в среде окружающих оседлых народов, в том числе и русских. Это нашло отражение в фамилиях. Известная румынская гимнастка олимпийская чемпионка Надя Куманечи имеет половца-кумана среди своих предков. То же самое можно сказать о командире первого отряда советских космонавтов Н.П. Команине. В связи с этим вспоминается русская народная сказка "Теремок". Там, если помните, петушок – золотой гребешок, мышка – норушка и лягушка – квакушка, поселившиеся и дружно жившие в теремке, смогли противостоять сильным и жестоким хищникам: медведю, волку и лисе. Теремок является аллегорическим образом России. Остатки многих уничтожавшихся поголовно народов: царских скифов, аланов, сабиров, печенегов, мордвы, башкиров и др., в том числе и половцев-куманов спасались, поселившись в России или вблизи от её границ. Это и создало мнение о России, как о “доброй” и “матушке”, потому, что в основе менталитета русских всегда была недопустимость геноцида. По телевидению в связи с вооруженным захватом США Ирака показывали живущих в России в Ростовской области ассирийцев. Они выражали надежду, что им разрешат вернуться на свою историческую родину, где их народ был полностью уничтожен много веков тому назад. Остатки бежали аж в Россию. Желающим сохранять национальную культуру, религию и язык никто здесь никогда не препятствовал это делать.
М. Аджиев выдвигает такую версию происхождения названий “половцы” и “славяне”: Половцы по его версии ловили славян для продажи в рабство, поэтому и назывались по-ловцами. А, чтобы подчеркнуть, что это именно их, а не кого-нибудь другого половцы ловили на продажу, наши предки и выбрали себе самоназвание "словленные", трансформировавшееся в "славяне". Урвень логики М. Аджиева просто зашкаливает. О происхождении названия “славянин” от слова “слава”, а “половцы” от слова “поле” было рассказано в предыдущих главах. Тут появился ещё один автор В.А. Шемшук, столь же “правдивый”, как М. Аджиев. У него другая версия происхождения слова “половцы”. По его мнению, это “пол” “овцы”, или “полуовцы”. Пока данные авторы не выяснили, кто из них ближе к истине?, замечу, что угон русских пленных в рабство половцами не носил массового характера по той простой причине, что рабовладельческий строй тогда уже, практически, сходил на нет. В Византийской Империи торговля рабами была запрещена в VII в. н.э., то есть задолго до появления половцев у границ Руси. В Европе тогда, в основном, жили славянские народы, не использовавшие рабского труда. Возможности для торговли рабами были невелики. Во времена половцев рабов покупали арабы, позднее турки, причём использовали их весьма своеобразно. Молодых женщин использовали в гаремах, а мальчиков воспитывали воинами. Сейчас бы мы назвали это “пушечным мясом”. Погибнуть в непрерывных войнах “на пути Аллаха” арабы постепенно перестали считать радужной перспективой и решили создавать армии из воспитанных воинами иноплеменных мальчиков. В Египте их называли мамелюками в Испании сакалибами, у турок - янычарами. Но это была не очень удачная идея. В конечном итоге мамелюки захватили вооружённым путём всю власть в Египте. Фактическими торговцами рабами повсюду в Мире были евреи. Такая ситуация сохранилась до XIX в. н.э.. Именно евреи везли африканских рабов на плантации США. С этим связан любопытный факт. В африканском государстве Бенин (бывшей Дагомее), которое в позапрошлом веке было главным центром работорговли в Африке, сейчас государственной идеологией является марксизм. Это от того, что появлению рабовладельческого строя и марксизма человечество должно быть благодарно одной и той же еврейской нации, которая активно поработала в Дагомее и главенствует там до сих пор. Там даже первоначально собирались создавать независимое еврейское государство вместо Израиля. Работорговля сейчас является международно-признанным преступлением против человечности. А М. Аджиев не только не скрывает (как, к примеру, современные евреи), что его предки этим занимались, но и гордится. В его собственных глазах это повышает его достоинство, а на самом деле демонстрирует, что он недочеловек. В книге “У родника святого Георгия”, опубликованной в Интернете, он даже описывает, каким способом его предки содержали рабов? Их содержали в глубокой яме, выкопанной в земле, называвшейся «зиндан». Кормили, бросая куски чего-нибудь отчасти съедобного сверху. "Зиндан", это изобретение Яхве-Дьявола. "Посадить в яму, в зиндан, кормить раз в день." (ЖЖЛ 27.04.2014) В книге М. Аджиева отсутствуют ссылки на литературу в общепринятой для источников, претендующих на научность и объективность форме. А это немаловажно, поскольку даёт возможность проверки правильности цитирования. Ни одну из "цитат" М. Аджиева невозможно проверить, поскольку отсутствует точное указание источника. Но в одном единственном месте М. Аджиев сослался на общеизвестный и общедоступный (благодаря деятельности секты Свидетели Еговы, распространяющей бесплатные экземпляры Евангелия) источник: "Послание святого апостола Павла к римлянам". У М. Аджиева на с. 200 имеется такой текст: "Четвёртая глава этого 'Писания' посвящена обрезанию, обязательному для христиан, как следует из текста. ... Там есть, например, такие слова: 'И знак обрезания он получил, как печать праведности через веру"'. Процитируем (гл.4 ст.11) этот фрагмент Послания полностью: "И знак обрезания он получил, как печать праведности через веру, которую имел в необрезании, так-что он стал отцом всех верующих в необрезании, чтобы и им вменилась праведность". Отсюда видно, что М. Аджиев при "цитировании" перевирает смысл с точностью до "наоборот". Ну, сам-то М. Аджиев, конечно, «обрезанный». М. Аджиев повторяет домыслы еврея Г.Х. Попова (Ноймана) о том, что название Москва является финским. Территории севернее Москвы-реки он планирует отдать финнам, южнее - изобретаемому им народу “кипчаки” , который потом войдёт в пропагандируемый сейчас Исламский Халифат, а русские у них будут рабами. На каком основании еврей Г.Х. Попов (Нойман) и кумык М. Аджиев решили, что название реки Москва является финским? - они этого не уточняют. Оказывается, на марийском (марийцы – бывшее древнерусское племя «меря», ложно причисляемое к финно-угорским) языке слово "маска" означает "медведь" ("Мифы славян и народов севера", М, "Вече", 2005 г. с.190). Этого вышеуказанным деятелям оказалось достаточно для причисления слова Москва к финскому языку. Но если “маска”, это “медведь”, то произошло это слово, скорее всего, от русского слова “мишка”. Самым ранним названием медведя у русских было звукоподражательное слово “бер”. Отсюда происходит слово “берлога” и название города Берлин, находящегося на землях, бывших изначально славянскими. Вообще у русских север ассоциировался с медведем, возможно даже белым. Слово «север» происходит от «се бер» - «это медведь». Так же, кстати, было и у древних греков. У них слово «арктос» одновременно означало «север» и «медведь». Название русского северного города Пермь происходит от слова «бер» - «медведь». Позднее русские начали активно заниматься бортничеством (сбором дикого мёда) и стали называть медведя “ведмедь” – “ведающий, где мёд”. Потом ради шутки слоги переставили местами, получилось “медведь”. Шутка прижилась. Потом медведя стали называть уменьшительно – ласкательным именем “миша” или “мишка”. От последнего варианта произошло марийское слово “маска”. То есть это искажённый вариант слова, прошедшего несколько тысячелетий эволюции в рамках русского языка и лишь потом приобретшего современный вид в марийском языке. При обсуждении данного вопроса в Интернет один из оппонентов высказался в том смысле, что есть и другие животные, любящие мёд, но «ведмедями» они не называются. Какие это животные? Волк, лиса, заяц, белка, ёжик, куница, лось, олень, кабан? Медведь (ведмедь) был единственным конкурентом человека при сборе дикого мёда. Интересно, что у медведя было и ещё одно древнее русское название. Как называется медведь у других народов индоевропейской языковой семьи? Вот, например в итальянском и латыни медведь называется orso («орсо»). Это слово происходит от древнерусского «вор сё». Медведи, забредая в поселения людей, причиняли много неприятностей и разрушений. Отсюда одно из их древних названий у русских. Оно сохранилось в названии города Орша, названного в честь медведя, и в фамилии известного российского футболиста Аршавин. А римляне заимствовали название «вор сё» с искажениями у русских. Ещё ряд авторов хотят приписать медведю значение тотемного животного для русских, говорят о сакральности, табуированности названия этого животного. Но это не так. В русских народных сказках, пословицах, баснях медведь присутствует отнюдь не в качестве священного животного. Тотемным животным для русских была рысь. Поищите какую-нибудь сказку, пословицу или басню про рысь – нет таких. Вот это реальное табуирование. Да, а какие названия носят другие речки Московской области? Перечисляю: Химка, Ходынка, Хвилька, Пресня, Сетунь, Неглинная, Яуза, Чура, Котловка, Граворонка, Чёрная, Таракановка, Раменка, Лихоборка, Жабенка, Каменка, Горячка, Рыбинка, Котловка, Будайка, Сосенка, Серебрянка, Синичка, Кровянка. (“Наука и жизнь”, №12, 1991 г., с. 74-75). Какие всё сплошь финнские названия! Название реки Москва является чисто русским. Согласно летописным сказаниям оно происходит от имени Мосоха – родоначальника древнерусских племён по Библии. В «Мазуринском летописце» прямо сказано: «Лета 2373 (3135 г. до н.э.) Мосох, шестый сын Афетов, внук Ноев, шедши от Вавилона с племенем своим абие во Азии и Еуропе над берегами Понтискаго или Чорнаго моря, народи московитов от своего имени …». Имя Мосох, это искажённое слово "мужик" - самоназвание русских мужчин.
Никаких открытий в истории М. Аджиев не сделал. Все его “открытия” являются сознательной ложью, рассчитанной на невежественных читателей. Самое раннее упоминание термина “тюрки”, которое удалось найти самому М. Аджиеву, относится к 580 г. н.э.. Слово “кипчак” мелькнуло в исторических документах ещё лет на 500 позднее. А он расписывает образование тюркского государства Дешт и Кипчак в IV в. н.э., бесстыдно приписывая тюркам культурные достижения различных народов со времён она.
В Интернет, есть отзывы на публикации М. Аджиева. Израильский клуб знатоков “Что? где? когда?” ссылается на его книги, как на научно установленные факты. У профессионального историка одно перечисление ложных утверждений в книге М. Аджиева заняло несколько страниц. Но особенно понравилось обсуждение на сайте Ростовского казачьего общества смысла выражения “Сарынь на кичку!”, которое одно время, когда-то давно было даже боевым кличем у казаков. Это выражение было непонятным на русском языке уже в конце XIX в. н.э., и на сайте приведены цитаты из газет того времени, обсуждающие этот вопрос. Тут как тут оказался “переводчик” М. Аджиев и ”перевёл” это выражение с “тюркского”, как “Соколы взлетайте!”. Вспомним, что М. Аджиев русское название речки Царица интерпретировал, как “Сары – су” – “жёлтая река”, и “Сары” у него было “жёлтый”. Здесь “Сары” у него уже “соколы”. Русские практически не знают тюркских языков. М. Аджиев, хотя и сам их не знает совершенно, смекнул, что благодаря этому можно нам подсовывать любой липовый “перевод”, объявляя непонятные слова тюркскими. Выше уже говорилось, что название речки Царица происходит от царицы Сарматов и возникло ещё до новой эры. Во времена Золотой Орды здесь тоже была столица государства, глава которого у русских носили титул “царь”. Столицы Золотой и Волжской Орды назывались по-монгольски Сарай (Сарай Бату). Смысл этого названия “Царский”. Знаменитые “караван-сараи” тоже были царскими учреждениями, находившимися на содержании государства. Боевой клич “Сарынь на кичку!” стали впервые использовать русские разбойники – “ушкуйники” (ушкуй – это древнее название одного из типов лодки или судна), которые во времена Золотой Орды грабили купеческие суда, плывшие по Волге. Слово “Сарынь” у них было презрительным именованием людей, находившихся на царской службе у царя (“саря” по-монгольски) Золотой Орды. Слово “кичка” означало острую носовую часть судна. Вспомним “рогатую кичку” – древнерусский женский головной убор с двумя острыми концами. “Кичка”, это древнерусское звукоподражательное название лебедя. Слово “кичиться” тоже происходит от древнейшего варианта названия лебедя. Кичиться, значит вести себя, как лебедь, ухаживающий за самкой. В Древней Руси носовую часть ладьи часто украшали изображением шеи и головы лебедя, отсюда и пошло название носовой части судна. По кличу “Сарынь на кичку!” охрана и экипаж купеческого судна должны были собраться на носу (остром конце) судна и лечь лицом на палубу. Тогда разбойники их не трогали, иначе - убивали. Позднее грабежом судов стали промышлять и донские казаки, например Степан Разин, и кличь перешёл к ним. Из этого следует, что стоит только подзабыть значение древних русских слов, как тут же прибежит “шакал на дорогах времени” (цитата) М. Аджиев и “переведёт” их с “тюркского”.
Оглавление: https://dzen.ru/id/6788144f49dbc957f75fb9d1