Стою перед клеткой и чувствую, как холод пробирается под кожу. Не только тот, что за окном крадет дыхание при минус тридцати шести. Этот холод другой - он живет внутри, питается болью и растет от каждого взгляда, который мне приходится встречать здесь, в приюте. Сима устроилась в кресле, словно принцесса в заточении. Но какая же это принцесса... Скорее пленница собственной осторожности, заложница человеческого равнодушия. Ее глаза - это две янтарные бездны, в которых плещется такая тоска, что сердце сжимается в комок. Она смотрит на меня с этой своей ненавязчивой грустью, и я читаю в ее взгляде вопрос: "А меня когда-нибудь полюбят по-настоящему?" Господи, как же мне хочется солгать ей, сказать, что завтра точно придет ЕЕ человек. Но я уже не умею врать животным - они все чувствуют. Она побаивается резких движений, вздрагивает от громких звуков, но любопытство все равно побеждает страх. Сима - это живое воплощение всех моих страхов. Она красивая, пушистая, с такой шелковистой шерстью и