— Андрюх, слушай, мы завтра к вам едем! Дня на три. Покажешь дом, посидим, шашлыки пожарим!
Андрей притормозил перед светофором, прижимая телефон плечом к уху. На заднем сиденье стояли банки с краской — белая для потолка в гостиной, серая для веранды. Последние покупки перед летом, чтобы довести дом до ума.
— Серёга! Да без вопросов! — он улыбнулся. — Приезжайте, места полно. Покажу, что успели сделать.
— Вот и отлично! Ольга с детьми соскучились. Макар всё спрашивает, когда к дяде Андрею поедем.
— Завтра значит? Ну давай, жду!
Светофор переключился на зелёный. Андрей тронулся, уже мысленно прикидывая, где разместить гостей — наверху две комнаты свободные, постельное есть. Хорошо, что дом большой. Мечтали об этом три года, копили, продали квартиру в городе. Зато теперь — свой участок, лес рядом, речка в пятистах метрах. Соня каждое утро просыпается под пение птиц, а не под гул машин. Оно того стоило.
Дома Кристина возилась с рассадой на крыльце — пересаживала молодые кусты смородины в большие горшки. Соня сидела рядом, лепила что-то из глины. Андрей припарковал джип у забора, вышел, хлопнул дверью.
— Краску привёз! — объявил он, доставая банки из багажника.
— Молодец, — Кристина вытерла руки о фартук. — Сейчас помогу занести.
— Кристин, слушай, тут такое дело, — он поставил банку на землю. — Серёга звонил. Они завтра к нам приезжают, дня на три.
Кристина замерла, держа в руках саженец смородины. Пальцы сжались на пластиковом горшке.
— Завтра? Приезжают? А ты меня спросить не мог?
— Да ладно, чего ты, — Андрей пожал плечами. — Родня же. Сонька обрадуется, с Макаром и Викой пообщается. Они же в городе живут, детям природа нужна.
Кристина медленно поставила горшок на ступеньку крыльца.
— Андрей, мы только переехали. Дом ещё не доделан, денег в обрез, я хотела это лето спокойно обустроиться.
— Ну вот и покажем, что уже успели. Серёга обрадуется.
— А продукты? Я на неделю рассчитывала, а тут ещё четверо.
— Ну докупим чего-нибудь, не проблема же. Да и они что-то привезут.
Кристина усмехнулась.
— Ага, привезут. Я что, брата твоего не знаю? Он всегда с пустыми руками в гости ходит.
— Да ладно тебе, — Андрей отмахнулся. — Может, на этот раз...
Соня подняла голову от глины, посмотрела на маму внимательно. Кристина выдохнула, натянула улыбку.
— Хорошо. Значит, завтра.
Вечером она пересчитывала в уме запасы — курица в морозилке одна, картошка, макароны, немного овощей. На четверых взрослых и троих детей на три дня это мало. Очень мало. Но Андрей уже лёг спать, довольный, что брата увидит. Кристина села за стол с блокнотом, начала составлять список покупок. Цифры росли, и с каждой строчкой в груди сжималось туже.
Утром Андрей косил траву во дворе, насвистывая. Соня помогала маме — подавала полотенца, расправляла простыни. Кристина меняла постельное в верхних комнатах, вытирала пыль, раскладывала полотенца. К обеду всё было готово. Дом пах свежестью и чистотой, на кухне она поставила вазу с полевыми цветами.
Около четырёх часов во двор въехал старый УАЗик — зелёный, с вмятиной на левом крыле. Из него повалили люди: Сергей — широкоплечий, в джинсах и футболке, Ольга — полная женщина с усталым лицом, дети — Макар в футбольной форме, Вика с косичками. Они вытаскивали сумки, рюкзаки, детские игрушки.
Андрей вышел навстречу, обнял брата.
— Наконец-то доехали! Как дорога?
— Да нормально, пять часов, — Сергей оглядел дом, присвистнул. — Ого, дворец отгрохали! Мы вот в отпуске решили по родне поездить, у всех погостить. Вчера у Ольгиной сестры были, завтра-послезавтра у вас, потом к дяде Вите заедем. Я же дальнобойщик, привык в дороге жить — то у одних, то у других.
Кристина вышла на крыльцо, вытирая руки о полотенце.
— Здравствуйте, проходите.
Ольга кивнула, не улыбнувшись.
— Привет.
Дети уже носились по двору, Макар погнался за Викой вокруг яблони. Кристина смотрела на УАЗик — задняя дверь открыта, оттуда торчат сумки с вещами, детские куртки, мяч. Но ни одного пакета с продуктами. Ни одного.
— Заходите, сейчас чай поставлю, — сказала она, стараясь не показывать напряжение в голосе.
Сергей первым вошёл в дом, оглядел прихожую, гостиную.
— Неплохо, неплохо, — он потрогал стену. — Только вентиляцию ты, Андрюх, неправильно сделал. Видишь, выход в стену, а надо на крышу. Так тяга лучше.
Андрей замялся.
— Ну, я думал так проще...
— Проще не значит правильно, — Сергей покачал головой, прошёл дальше.
Кристина сжала губы, поставила чайник на плиту. Ольга уселась за стол, достала телефон, уткнулась в экран. Дети ворвались в дом, загремели ботинками по свежевымытому полу.
— Макар, Вика, разувайтесь! — крикнула Кристина.
Ольга не подняла глаз от телефона. Дети сняли ботинки, оставив их посреди прихожей, и побежали наверх. Кристина молча подняла ботинки, поставила их на полку для обуви. На полу остались грязные следы.
Вечером Андрей развёл огонь в мангале. Сергей устроился в шезлонге, потягивая пиво.
— Вот это жизнь! — он оглядел участок. — У тебя тут, Андрюх, трава такая зелёная и ровная, что хоть палатку разбивай!
Все засмеялись. Кристина стояла у двери с тарелкой нарезанных овощей, слушала этот смех и не находила в нём ничего смешного. Палатку. Хоть палатку разбивай. Шутка. Но глаза Сергея были серьёзными — он смотрел на Андрея, ждал реакции.
— Да места полно, — беззаботно ответил муж, переворачивая шашлыки.
Кристина принесла тарелку, поставила на стол. Ольга взяла помидор, откусила, поморщилась.
— Не сладкие какие-то.
— С рынка, — тихо сказала Кристина.
— А, ну тогда понятно.
Ужин прошёл шумно. Дети бегали, кричали, Сергей рассказывал байки с дороги, Андрей смеялся. Кристина убирала со стола, мыла посуду, выносила мусор. Когда она вернулась на веранду, все уже сидели с чаем, обсуждая завтрашний день.
— Завтра на речку сходим, — предложил Сергей. — Давно не купался.
— Точно! — Андрей хлопнул себя по колену. — Речка близко, минут десять пешком.
— А рыбачить можно? — спросил Макар.
— Не знаю, удочек пока нет. Только переехали, не до того было.
Кристина стояла в дверях, слушала их планы. Руки болели после мытья посуды, на фартуке — пятна от соуса. Она представила, как могла бы провести этот вечер — спокойно красить веранду, поливать саженцы, сидеть с Соней на качелях. Обустраивать свой дом. Вместо этого — посуда, уборка, готовка. Как прислуга в собственном доме.
Утром Кристина встала раньше всех. На кухне она разбила яйца в миску, нарезала хлеб, поставила кофе. Соня появилась в дверях в пижаме, потёрла глаза.
— Мам, а можно я помогу?
— Давай накрывай на стол, зайка.
Девочка расставляла тарелки, когда на лестнице загремели шаги. Макар и Вика сбежали вниз, уселись за стол, не здороваясь. Следом появились Сергей с Ольгой, потом Андрей.
Сергей прошёл к окну, посмотрел на участок.
— Андрюх, а ты окна сам ставил?
— Нет, мастеров нанимали.
— Видно. Вот тут щель, смотри, — он провёл пальцем по раме. — Надо было самому, я бы по-другому сделал.
Андрей промолчал, налил себе кофе. Кристина поставила на стол яичницу, села рядом с Соней.
— Ну что, на речку? — предложил Сергей, намазывая масло на хлеб.
— Точно! — Андрей оживился. — Погода отличная.
— Пап, я тоже хочу на речку! — Соня посмотрела на отца.
— Конечно пойдёшь, а то мы всё с этим переездом никак тебя не сводим.
Девочка просияла. Кристина кивнула. Через полчаса они ушли — вся компания, с полотенцами, с мячом. Макар и Вика бежали впереди, Соня держала папу за руку. Кристина смотрела им вслед из окна, потом повернулась к кухне. Гора немытой посуды, крошки на столе, пятна от кофе. Она начала убирать.
К обеду холодильник выглядел почти пустым. Кристина достала остатки курицы, картошку, лук. В морозилке ещё было немного мяса — но это последнее. Этого хватит на сегодня, но завтра? Она закрыла дверцу холодильника, прислонилась лбом к холодному металлу. Устала. Так устала, что хотелось просто сесть и не вставать.
Они вернулись около двух. Шумные, мокрые, счастливые. Соня вбежала первой, обняла маму.
— Мам, там так классно! Мы с Викой лягушек ловили!
— Молодец, зайка.
Андрей прошёл мимо, снимая мокрую футболку. Кристина тихо окликнула его:
— Андрей, продукты заканчиваются. Нужно покупать.
Он обернулся, поёрзал.
— Ну есть пока, вот и готовь. Как-нибудь выкрутимся.
— Как выкрутимся? Завтра чем кормить?
— Придумаем что-нибудь. Можешь сходить в магазин.
Кристина посмотрела на него.
— Ты серьёзно? Может, ты сам сходишь? Или лучше кто-то из гостей?
Андрей отмахнулся.
— Ну не начинай. Не позорь меня.
Он ушёл в душ. Кристина стояла посреди кухни, сжимая в руках полотенце. Не переживай. Легко сказать.
Обед прошёл быстро. Все ели молча, уставшие после речки. Кристина подавала, убирала тарелки, наливала компот. Когда она поставила на стол нарезанный арбуз, Сергей достал телефон.
— Дядь Вить, привет! — он включил громкую связь. — Слушай, мы тут у Андрея. Я хотел на днях к тебе заехать...
Из динамика донёсся хриплый голос:
— Так я сейчас сам приеду! Хоть дом посмотрю, я же тоже не видел!
Кристина замерла с ножом в руке. Ещё один.
— Давай, приезжай, тут места полно! — Сергей засмеялся.
— Через час буду.
Сергей убрал телефон, откусил арбуз. Андрей кивнул, довольный. Кристина медленно опустила нож на стол.
— Ещё гость, — тихо сказала она.
— Да ладно, дядя Витя же, — отмахнулся муж. — Не чужой.
Она ничего не ответила. Просто начала собирать посуду.
Через час во двор въехала старая коричневая Нива. Из неё вылез мужчина лет шестидесяти — в потёртой куртке, с седыми усами. Андрей вышел навстречу, обнял его.
— Дядь Вить!
— Андрюха! Как давно я у вас в гостях не был! — дядя Витя похлопал племянника по плечу, повернулся к остальным. — Серёга! Ольга! Вот и вы тут! А это кто? — он присел перед детьми. — Макар, Вика, как выросли!
Сергей обнял дядю, Ольга кивнула с улыбкой. Дети захихикали.
Кристина стояла на крыльце, наблюдая. Дядя Витя кивнул ей:
— Здравствуй, Кристина.
— Здравствуйте, — ответила она.
Он оглядел дом, обошёл его, присел на корточки у фундамента, постучал по бетону.
— Молодцы, дом какой обустроили!
— Хотя фундамент слабоват, — сказал он, поднимаясь. — Подрядчики явно схалтурили. Видать, прежние хозяева на этом сэкономили.
Андрей кивнул, смущённо улыбаясь. Дядя Витя прошёл на участок, оглядел деревья, траву.
— Тут земляники полно должно быть в лесу. Я эти места знаю, мы лет тридцать назад тут рыбачили — вот таких по локоть ловили! — он развёл руки. — Андрюх, а ты на рыбалку не ходил?
— Удочек пока нет, не до того было.
— Ничего, я свои привезу в следующий раз.
Кристина повернулась и вошла в дом. В следующий раз. Значит, теперь часто приезжать будет.
Вечером дядя Витя устроился в кресле на веранде, пил чай с вареньем. Сергей подсел к нему, они разговаривали о старых временах. Кристина мыла посуду, слушая обрывки разговора.
— Ну что, может шашлыков замаринуем? — предложил дядя Витя. — Вечерком мангал разожжём, посидим. Природа здесь позволяет. У меня в машине заначка есть на чёрный день, это если кто по крепче хочет, да и пива взял, душу отвести хватит...
Вечером Сергей с дядей Витей решили разжечь мангал. Кристина мыла посуду на кухне, когда услышала, как открылся холодильник.
— Серёг, вот это берём? — голос дяди Вити.
— Да, давай. Разморозим быстро, замаринуем, через час жарить будем.
Она вытерла руки, вышла. Сергей держал упаковку с мясом — последнюю, из морозилки.
— Это последнее, — тихо сказала Кристина.
— Ну ничего, завтра купим, — отмахнулся дядя Витя, уже разворачивая пакет.
Она знала, что никто ничего не купит.
Кристина прошла в гостиную, где Андрей листал телефон на диване.
— Они последнее мясо взяли. Из морозилки.
Андрей поднял глаза, поморщился.
— Кристин, ну что мне теперь, у них мясо забирать?
Она посмотрела на него, ничего не ответила и вернулась на кухню. Достала из холодильника последнюю курицу. Кристина смотрела, как они возятся с углями, смеются, спорят, когда уже можно жарить.
— Кристин, лука нарежь! — крикнул Андрей.
Она молча достала лук, начала резать. Слёзы текли — от лука или от чего-то ещё, уже непонятно. Нарезала, вынесла на веранду, поставила миску на стол.
— Спасибо, — бросил Сергей, не отрываясь от мангала.
Дядя Витя перевернул шампуры.
— Хорошо у вас тут. Природа, воздух. Можно всё лето жить.
Андрей кивнул, но заметно напрягся. Всё лето жить.
Кристина стояла в дверях веранды, слушала их разговор. Во дворе Ольга прогуливалась по участку с телефоном у уха, громко смеялась, разговаривая с кем-то. Дети гоняли мяч между яблонями — Макар, Вика и Соня. Всё лето жить. Они говорили так, будто это был их дом, их участок. А она — просто обслуживающий персонал, который режет лук и моет посуду.
Ужин прошёл шумно. Дети уже спали, взрослые сидели за столом, ели шашлык, пили пиво. Кристина убирала тарелки, выносила мусор. Когда она вернулась, дядя Витя рассказывал очередную байку про рыбалку. Сергей хохотал, Андрей подливал пиво.
— Кристиночка, а ещё хлеба есть? — спросил дядя Витя.
— Кончился, — коротко ответила Кристина.
Сергей поморщился.
— Как-то не по-хозяйски. Хлеб же надо было купить.
Кристина резко подняла голову.
— А что вы на меня смотрите? Взяли бы да купили сами.
Повисла тишина. Дядя Витя отложил вилку, Сергей нахмурился. Андрей быстро встал.
— Кристин...
— И не надо меня сейчас успокаивать, — оборвала она его.
Развернулась и ушла на кухню.
Когда все разошлись спать, Кристина осталась на кухне. Перемыла всю посуду — тарелки, вилки, миски из-под салата. Вытерла стол, убрала крошки, вынесла мусор.
Ольга за весь вечер только ходила кругами — то воды попить, то салфетки принести. Помочь даже не предложила. Ни разу.
Кристина выключила свет, прислонилась спиной к холодильнику. Руки болели, ноги гудели. Всё внутри кипело — злость, обида, усталость. Андрей вечно хочет показаться хорошим перед родней, а она должна тут батрачить как проклятая. Что за родственники — с пустыми руками приехали, ещё и требуют. Мясо последнее взяли без спроса, хлеб кончился — виновата она.
Завтра начнётся всё то же самое. Готовка, уборка, их смех на веранде. А она опять одна на кухне.
Кристина сжала кулаки. Хватит.
Утром она не встала. Лежала с открытыми глазами, слушала, как хлопают двери, топают ноги, детские голоса.
Андрей вошёл в спальню.
— Кристин, ты чего не встаёшь? Гостей ведь покормить нужно.
— Тебе нужно — ты и корми, — ответила она, не открывая глаз.
Он сел на край кровати.
— Ну чего ты? Нельзя же так.
— А эксплуатировать меня третий день можно? — она повернулась к нему. — Твои родственники даже булки хлеба не купили.
— Ну потерпи ещё денёк, — он потёр лицо руками. — Завтра уедут.
Кристина молча встала, накинула халат.
— Что я, по-твоему, должна приготовить? Кашу из топора?
— Ну придумай что-нибудь, ты же хозяйка.
Она прошла на кухню. Открыла холодильник — пусто. Достала крупу из шкафа, поставила кастрюлю на плиту. Налила воду, засыпала овсянку. Ни соли, ни сахара. Варила молча, глядя в окно.
Через двадцать минут позвала всех за стол. Поставила кастрюлю посередине.
— Вот, накладывайте.
За столом сидели все — Сергей, Ольга, дядя Витя, дети. Андрей принёс тарелки. Макар первым попробовал, поморщился.
— Фу, невкусная.
Ольга попробовала, отложила ложку.
— Что-то тут не хватает.
Дядя Витя посолил из солонки, помешал.
— Ну хоть соль добавить можно было.
Кристина стояла у плиты, скрестив руки на груди.
— К обеду что-то посытнее приготовишь, Кристин? — спросил Сергей. — Мы же гости, не можем на чужой кухне распоряжаться.
Что-то внутри неё щёлкнуло. Громко, отчётливо.
— Посытнее? — её голос был тихим, но все замолкли. — Из чего? Из воздуха?
— Ну в холодильнике что-то есть...
— В холодильнике НИЧЕГО нет! — она шагнула к столу. — Вы всё съели! Все продукты! А сами приехали с пустыми руками!
Сергей отложил ложку.
— Да ладно тебе, мы же в гости ехали, а не в поход...
— В гости? — Кристина почувствовала, как сжимаются кулаки. — В гости с пустыми руками? Третий день вы тут живёте как в гостинице, в которой всё включено! Последнее мясо из морозилки взяли без спроса! И все вы недовольны — ни спасибо сказать, ни продуктов купить! Я вам ничем не обязана!
Ольга прижала к себе Вику, которая испуганно смотрела на тётю.
— Кристина, при детях...
— При детях что? При детях можно три дня батрачить на чужих людей?
Дядя Витя покачал головой.
— Ну ладно тебе, это мелочность. Еду жалеть — грех.
— Грех? — Кристина засмеялась, резко, нервно. — Грех — это приехать в гости с пустыми руками и ещё требовать!
Андрей встал, попытался взять её за руку.
— Кристин, успокойся...
Она отдёрнула руку.
— Не смей меня успокаивать! Три дня ты молчал! Три дня я одна готовила, мыла, убирала, а ты улыбался и угощал! Боялся показаться негостеприимным!
— Они же родня...
— Какая родня? — она обвела взглядом стол. — Родня — это те, кто помогает, а не те, кто приезжает нахлебничать!
Сергей резко встал.
— Да мы вообще-то для вас старались! Время потратили, приехали!
— Для нас? — Кристина шагнула к нему. — Вы для СЕБЯ приехали! Отдохнуть на халяву! На природе, на чужой шее!
Дядя Витя тоже поднялся.
— Девочка, ты совсем распоясалась. Мы старшие, нас уважать надо.
— Уважать? — голос Кристины дрожал. — А вы меня уважали? Когда критиковали наш дом? Когда брали последнее мясо? Когда я одна мыла посуду, а вы пиво пили?
Ольга встала, взяла детей за руки.
— Пошли, дети. Тут неадекватные какие-то.
— Неадекватные? — Кристина шагнула к двери, загородила выход. — Собирайте вещи. Уходите, я сказала! Не хочу больше здесь никого видеть! Неблагодарные!
Повисла тишина. Только Соня всхлипнула, спряталась за Андрея.
— Ты что, серьёзно? — Сергей не верил своим ушам.
— Абсолютно серьёзно. Собирайте вещи и уезжайте из МОЕГО дома.
— Кристин, не надо... не надо меня позорить, уже достаточно... — Андрей попытался остановить её.
Она повернулась к нему.
— Позорит тот, кто превращает жену в кухарку для гостей, которые приехали с пустыми руками. Это МОЙ дом. И я больше не буду обслуживать ваш отдых.
Дядя Витя фыркнул.
— Вот зазнались. Дом купили — и возгордились.
— Да, купили. И что с того? — она почти кричала. — Это мой дом, и я решаю, кто в нём остаётся! УХОДИТЕ!
Сергей схватил куртку.
— Поехали. Негостеприимные какие-то.
Ольга повела детей наверх собирать вещи. Дядя Витя медленно поднялся.
— Пожалеешь ещё, девочка. Родню не выбирают.
— Зато выбирают, кого пускать в свой дом, — холодно ответила Кристина.
Через полчаса УАЗик и Нива выехали со двора. Дети плакали, Ольга что-то говорила Сергею, тот мрачно сидел за рулём. Дядя Витя даже не помахал на прощание.
Кристина стояла на крыльце, обняв Соню. Девочка прижималась к маме, всхлипывала.
— Мам, а почему все уехали?
— Потому что пора было, зайка.
Андрей вышел следом, остановился рядом.
— Зачем ты так? Это же родня.
Кристина повернулась к нему.
— Родня, которая приехала с пустыми руками и три дня сидела у нас на шее?
Он молчал.
— Ты всё боишься показаться плохим перед родственниками, — продолжала она тихо. — А сам ни разу ни к кому в гости не ездил.
— Я просто хотел, чтобы всем было хорошо...
— А мне? — она посмотрела ему в глаза. — Мне должно быть хорошо?
Андрей опустил голову.
— Прости. Ты права. Я не подумал.
Они стояли молча. Соня отпустила маму, побежала во двор. Тишина. Впервые за три дня — тишина.
Телефон пискнул. Андрей достал его из кармана, посмотрел.
— Сообщение от Серёги. Пишет, что мы зазнались.
Кристина пожала плечами.
— Пусть пишет.
— Дядя Витя тоже обиделся. Сказал, больше ни ногой к нам.
— Ну и пусть.
Андрей убрал телефон, взял её за руку.
— Больше так не будет. Обещаю.
Отношения так и не восстановились. Сергей больше не звонил. Дядя Витя лишь несколько раз поздравлял с праздниками — коротко, сухо. От знакомых и остальной родни доходили отголоски: жадные, негостеприимные, зазнались. Этот случай запомнили на много лет вперёд.
Она посмотрела на дом, на участок, на Соню, качающуюся на качелях.
— Это наш дом, — сказала она тихо. — И больше никто не будет здесь хозяйничать.
Они сели на ступеньки крыльца. Тишина. Впервые за три дня — своя, спокойная тишина.
Друзья, так же делюсь своим Telegram-каналом, в нем появились много полезных функций, умный помощник по кулинарии, розыгрыши и многое другое. Присоединяйтесь!