– Ко-ко-ко! – пёстрая курица снесла яйцо и забегала по птичнику.
Событие никого не впечатлило. Петух пригрелся на солнце и спал на жерди. Куры разгуливали по двору, ковыряли землю, лениво клевали корм из миски.
Пёстрая подбежала к чёрной курице.
– Снесла! – похвастала.
Чёрная сосредоточенно думала о чём-то.
Пёстрая оглянулась и прошептала:
– Ночью опять голос был. Про свободу. Полные зеленой травы поля, жирные черви, выползающие из земли после дождя.
– Думаешь, на этих полях миски с кормом стоят? – недоверчиво спросила Чёрная. – Червяков наешься, а от дождя не спрятаться. Будешь мокрая курица. Здесь навес. Тесно, но сухо.
Чёрная напряглась и выдавила яйцо. Гордо посмотрела на него.
– Первая категория! Вышло – надо пожрать!
Довольная собой направилась к миске с кормом.
Белая курица прихорашивалась у окна. Рассматривала себя в пыльном стекле. Выбирала клювом соринки в перьях.
– Петух спит, – подошла к ней Пёстрая.
Белая подняла голову.
Петух сидел на жерди с закрытыми глазами. Голова бессильно завалилась. Ссохшийся гребень повис тряпкой. Израненные лапы вцепились в жердь.
– Мне голос был, – зашептала Пёстрая. – На воле стаи молодых красавцев. Ты – блондинка! Лучшие петухи твои.
– Наш заслуженный! – засомневалась Белая. – Ветеран петушиных боёв, ему на лапу цепляли стальной коготь. Тот весь в зазубринах и проржавел от крови врагов!
– Толку от заслуженного как от чучела! Прокукарекал и дрыхнет целый день. Решайся! Я слышала про свободу. Голос во сне…
– Здесь я самая красивая, – Белая любовалась собой в стекле, – а там? От добра добра не ищут…
В стороне от других ковыряла землю вечно недовольная рыжая курица.
– Опять ругали, что яйца мелкие? – подошла к ней Пёстрая.
– Пусть ими подавятся! – пробурчала Рыжая. – Кормят антибиотиками, потом требуют. Живого червяка не найти. Яйцо под доски закачу, пусть ищут.
– Мне голос был. Я считаю, нужна свобода. Я думаю, надо вырваться из курятника. Я готова…
– Я, я, я, – разозлилась Рыжая, – «разъякалась»! Никого не слушаю и тебя не буду.
Кудахтая, пронеслась чубатая курица с хохолком над головой. Всегда, снеся яйцо, кричала на весь двор.
– Чего орёшь? – преградила дорогу Пёстрая, – снесла – эка невидаль!
– Курица должна нести яйца, – гордо заявила Чубатая, – это закон!
– Какой ещё закон?!
– Основополагающий-определяющий и единственно верный! Гарантирующий сбалансированный витаминизированный общеукрепляющий корм, защиту и уход.
– Твоя защита – забор и ржавая сетка над птичником. Уход – выгребание дерьма. Нафиг такой закон.
Чубатая, делая вид, что убирает травинку, поднесла клюв к уху Пёстрой и прошептала:
– Те, кто несёт мелкие яйца и вообще не несёт – исчезают. А те, – тут она заговорила громко, – кто уважает закон и порядок, живут долго и счастливо!
– Убежим! – горячилась Пёстрая. – Мне голос был. На воле сами добудем пищу.
– Зачем добывать, если здесь даром, – усмехнулась Чубатая, – живи по закону и жри от пуза.
И повернулась задом к Пёстрой.
Пёстрая вздохнула, вышла в центр птичника.
– Ко-ко-ко! – прокричала она.
Куры повернулись к ней.
– Мне голос был. О вольной жизни и свободе. О засеянных травой лугах. Там много еды! Жирные черви выползают из земли. Мы несём яйца. Почему их забирают? Выси'деть – и у тебя любящие дети, потом и внуки. Вспомним как летать. Зимой махнём через море в тёплые края, в Анталию или Черногорию.
Куры внимательно слушали. Петух приподнял веко и смотрел мутным глазом.
– Как грустно осенью смотреть на улетающих журавлей. Пусть не курлыканье, а кудахтанье доносится сверху! Наши яйца – наши правила! За мной! Свободу!..
– Червяк! – крикнула рыжая курица. Подкинула тощего белесого червячка и проглотила его.
Куры помчались к ней. Лихорадочно ковыряли лапами землю.
Вынесли миски с кормом. Свежую воду в корыте. Петух окончательно проснулся, прицелился и свалился с жёрдочки на белую курицу.
– Ко-ко? – взволнованно повела она крыльями.
Остальные безостановочно клевали корм.
Пёстрая вздохнула, глянула на сетку над птичником и полезла в щель между сараем и забором. Найдя дыру в заборе, теряя перья, протиснулась наружу.
Было страшно без привычной сетки над головой, но степной ветерок принес запах трав, а не птичьего дерьма.
Пёстрая расправила крылья, глубоко вдохнула и побежала.
– Свобода! Свобода! – кричала она.
На бегу схватила червяка. Склюнула зернышко. Разогнавшись, взлетела, отчаянно хлопая крыльями.
– Лечу-у-у!
Тёмная тень накрыла её. Коршун упал с неба, когтями вцепился в спину и перекусил шею мощным кривым клювом.
Пёстрые перья кружились метрах в десяти от курятника…
Когда стемнело, куры собрались под навесом. Ночью холодно, они распушили перья и дремали. Красавица белая, рассудительная черная, скандальная рыжая и послушная чубатая.
В полночь коршун спланировал на крышу. Нашел дырку. Острым глазом рассмотрел дремлющих под навесом кур и зашептал:
– Свобода!.. Всего в шаге! С ней ты сам решаешь, как жить! За забором чудесная страна, полная зеленой травы и жирных червей! Вас ждут молодые сильные петухи. Не нужен закон – нужна свобода! Твои яйца, – усмехнулся он, – твое право.
Андрей Макаров
01.26
книги Андрея Макарова "Дома и люди на Счастливой улице" и "Рыжий кот на ржавой крыше" можно купить в издательстве и интернет-магазинах.
