Наблюдая за тем, с каким упорством современное общество потребляет суррогатную романтику, щедро поставляемую глянцевой индустрией и всякими гуру, невольно задаешься вопросом о состоянии коллективного рассудка. Рынок отношений, если называть вещи своими именами, переполнен иллюзиями, от которых за версту несет инфантилизмом и дешевой мелодрамой.
Массы, одурманенные мифом о «судьбоносной встрече», почему-то напрочь отказываются признавать очевидное: удачный брак — это не вмешательство провидения и не мистическое совпадение аур, а результат жесткого, почти дарвиновского отбора, где холодный расчет (подкрепленный знаниями этологии) играет куда большую роль, чем все сонеты Петрарки вместе взятые.
Думается, пришло время отбросить этот розовый флер и взглянуть на механику сближения двух особей с той степенью беспристрастности и объективности, которая отличает патанатома от поэта-романтика.
Фундаментальное условие, которое большинство дам почему-то считает необязательным факультативом, касается пресловутой свободы. И речь здесь, заметьте, идет не о «свободе духа» или «готовности к переменам», а о банальной юридической и, что важнее, территориальной чистоте. Схема проста: вы не должны делить быт с другим мужчиной, а он — с другой женщиной.
Любые оправдания в духе «мы живем как соседи ради ребенка» или «я пока не могу съехать, так как у нас общая ипотека» — это, по сути, маркеры тяжелейшего невроза, а не «сложных жизненных обстоятельств». Ведущие психоаналитики (от последователей Фрейда до современных кляйнианцев) в один голос подтвердили бы:
вступая в связь с несвободным объектом, женщина всего лишь отыгрывает застарелый эдипальный сценарий, пытаясь символически победить «материнскую» фигуру соперницы.
Увлекательно для разбора на кушетке, но абсолютно бесперспективно для жизни. Если в уравнении есть третий, результат всегда будет отрицательным, сколько бы вы ни тешили себя надеждами на свою исключительность.
Между тем, существует еще один аспект, вызывающий у прогрессивной общественности, помешанной на равноправии, приступы зубовного скрежета. Биология, эта бессердечная наука, диктует жесткую очередность: первичный импульс, идентификация объекта как «своего», должен исходить от мужчины.
Нравится нам это или нет, но если мужчина не выбрал вас сам, если вы, движимая страхом одиночества или скукой, начали охоту первой, вы нарушили базовый протокол привязанности.
С точки зрения бихевиоризма, добыча, доставшаяся без вложения ресурсов и усилий, не активирует в мужском мозге нужные центры вознаграждения. Вы можете быть сколь угодно великолепны, но если вы навязали себя субъекту, который просто плыл по течению, вы обречены на роль удобной функции, а не ценного партнера. Этот «сизифов труд» по завоеванию равнодушного мужчины, надо полагать, лишь тешит ваше эго, но разрушает перспективу.
А теперь коснемся «священной коровы» всех романтических комедий — любви с первого взгляда.
Есть основания полагать, что мгновенная искра, этот эмоциональный фейерверк при первой встрече, о котором так любят писать в женских романах, является признаком не судьбы, а патологии.
Если вас трясет от восторга в первые пять минут знакомства, вы, скорее всего, встретили свой привычный травматический паттерн или же включили нарциссическую проекцию, влюбившись в собственную фантазию. Здоровая психика реагирует иначе — спокойно.
Критерий здесь должен быть приземленным, почти физиологическим: отсутствие отторжения. Вглядитесь в его руки, в форму кисти. Если эти очертания вам приятны (или хотя бы не вызывают желания отвернуться), значит, и остальная телесность будет принята. Ожидать же немедленного гормонального шторма — значит демонстрировать мышление подростка, неспособного отличить влечение от глубокой привязанности.
Впрочем, самым надежным, почти безотказным тестом на профпригодность кандидата является его способность выдерживать фрустрацию, создаваемую вашими принципами.
Вопреки патриархальным заблуждениям, именно женщина задает этический и эмоциональный регламент в паре. Если вы, руководствуясь своими убеждениями (религиозными, моральными — не суть важно), заявляете о неготовности к немедленному сближению, а мужчина воспринимает это спокойно, без манипуляций и давления, — это хороший знак.
Это означает, что его структура личности (Эго, если угодно) достаточно зрелая, чтобы уважать чужие границы. Тот же, кто пытается продавить ваше «нет», видит в вас лишь объект для удовлетворения потребностей. Строить с таким персонажем долгосрочный союз — затея сомнительная.