(на примере СВО 2022 года)
Самая современная из действующих войн – это та, которую мы сейчас с вами переживаем. Началась она 24 февраля 2022 года и, боюсь, эта дата навсегда войдёт в учебники истории всего мира на тысячелетия вперёд – такие тектонические сдвиги породила эта, казалось бы, изначально никчёмная внутренняя - так себе - «операция на три дня».
Вторжение российской армии началось одновременно на всех линиях соприкосновения Украинской республики с Российской Федерацией, Белоруссией, и самопровозглашёнными (но предварительно признанными Россией) республиками ДНР-ЛНР. Чисто умозрительно и географически образовались как бы три фронта: Северный – от Киева через Чернигов[O1] и Сумы на Харьков и Луганскую область, Восточный – это непосредственно Донбасс от Северодонецка до Угледара и Южный фронт – запорожское и херсонско-николаевское направления.
На Северном и Южном фронтах поначалу у российской армии дела шли как нельзя лучше: продвижение военной техники и личного состава войск вторжения в колоннах по территории Украины шло практически без всякого противодействия и казалось «недогосударство», не имеющее никаких прав на существование, кроме ленинских декретов от 1918 года, было обречено. Российской военной техникой были забиты все дороги от границы в сторону Киева, Чернигова, Сум, Харькова, в Луганской области, а также в Запорожской и Херсонской. Казалось, эту армаду остановить было невозможно, но…
Российские контрактники на броне БМП и БТР, в кунгах и тентованных грузовиках, с удивлением обнаружили, что цветами и пирогами с галушками их здесь никто не встречает. Провожали их – да, с песнями и плясками с «нашей стороны границы» - в селах и хуторах Курской, Брянской и Белгородской областей, где селяне с небывалым энтузиазмом желали бойцам мгновенной победы над «бандеровцами». Но здесь, на сопредельной территории в них вместо жареных кур и ватрушек местные нет-нет, да и метали камни, а то и – по тёмному времени суток – гранаты.
Это был самый первый, а возможно, и самый главный стратегический «облом» всей кампании: российской армии на Украине были не рады... Здесь мало кто желал освободиться от «нацистско-бандеровского» ига и вернуться под скипетр русского царя в лице В.В. Путина.
Северный фронт (Киев-Чернигов-Сумы-Харьков-Луганская область-левобережье Северского Донца).
Через день-два колонны с российской армией добрались до окраин Киева, Харькова и так далее, правда, не заходя в областные центры Чернигов и Сумы. К удивлению российского командования, на окраинах Киева и Харькова им с ходу пришлось столкнуться с организованной обороной кадровых частей ВСУ и мгновенно собравшихся отрядов ополченцев из территориальной обороны. Ворваться в столицу просто так - с развёрнутыми знамёнами - не получилось и начались затяжные и кровопролитные стычки на окраинах.
Очнувшись от первого шока (от первых ракетных ударов по аэродромам и хранилищам), пришла в себя пусть и скудная, но тем не менее сохранившая боеспособность авиация Украины, заработала системная ПВО, не позволившая российской авиации полностью хозяйничать над полем боя. Пошли первые чувствительные потери в дорогостоящей авиационной технике.
Тем временем все дороги к Киеву, Харькову, в районах Чернигова и Сум оказались просто забиты российской техникой (техника застряла в банальных пробках, потому как повреждённые и сломанные машины оказалось невозможно объехать из-за распутицы по обочинам дорог), которую с нескрываемым удовольствием начали поджигать из гранатомётов полупартизанские украинские формирования, прикрываясь придорожными кустами. К началу конфликта (как эту войну позиционируют в РФ) на вооружение украинской армии поступили тысячи американских противотанковых систем «Джавелин», с ходу погубившие всю передовую танковую линию российской армии. «Джавелин» бил сверху через незащищённую крышу – об этом было давно и всем известно, но российские танки оказались не готовы к встрече с таким оружием. Это потом на танки начали лепить «мангалы», а первые месяцы Россия, благодаря этим американским ПТРК, лишилась сотен танков и тысяч танкистов. Можно сказать, повторилась история Грозного, Грозный – 2,0.
Пока колонны горели (я ещё о Северном фронте, на юге всё было не так, но об этом будет далее), на аэродроме Гостомель под Киевом разворачивалась другая глава этой драмы. Как потом оказалось, российское командование в деле захвата Киева основной упор делало на развитие операции с опорой именно на этот аэродром – северо-западнее города в 25 км. Предполагался захват всего аэропорта со всеми службами в первые день-два путём десантирования с вертолётов на его территорию. Далее планировалась доставка техники, всего обеспечения и резервов уже транспортными самолётами с посадкой непосредственно на ВПП. Ну, и затем охват Киева с западной стороны и проникновение отсюда на улицы столицы Украины (здесь по задумке авторов плана российское вторжение украинцами не предполагались) – то есть, был вполне разумный расчёт на эффект внезапности от атаки города с незащищённой стороны. С востока и с севера Киев уже был обложен подоспевшими российскими войсками, где их сдерживали какие–никакие, но заблаговременные укрепления, занятые частями ВСУ и ополченцами.
Но как всегда и везде в России сразу всё пошло не так: высадке десанта воспротивились подразделения ВСУ, заранее сосредоточенные в аэропорту (говорят, их предупредили некие шпионы). Вертолётам не позволили приблизится к земле и, мало того, их начали сбивать из всего, что стреляло – мишень огромная – промахнуться невозможно. Счёт сгоревшим машинам пошел на десятки, а сгоревшим в них десантникам на сотни. Тут же начала палить дальнобойная украинская артиллерия, которая заранее оказалась в пределах досягаемости. Помимо поражения успевшим высадиться десантникам, снаряды окончательно раздолбали взлётную полосу, и посадка транспортных Ил-76 оказалась невозможной. Операция провалилась.
Одновременно на всех подъездах к Киеву, Харькову, Сумам, Чернигову украинские диверсионные силы и просто полупартизанские формирования продолжили уничтожение застрявшей в пробках российской техники. В этом деле впервые зарекомендовали себя беспилотные летательные аппараты, но не в качестве ударной силы (как это станет позже), а как разведчики-корректировщики: над скоплением российских машин висели дроны с видеокамерами и корректировали огонь артиллерии.
Вот так через 3-4 недели операцию в данном районе пришлось сворачивать и отводить оставшиеся силы в тыловые районы на юг Харьковской области и в западную часть Луганской области. Публике этот откат был преподнесён как «жест доброй воли». Но при этом российские войска успели оккупировать левобережье Северского Донца с городами Балаклея, Изюм, Купянск, Лиман, Святогорск и т.д. С середины марта развернулось сражение за Рубежное, Северодонецк и Лисичанск – на стыке Луганской, Харьковской и Донецкой областей Украины.
В этих городах российская армия возродила тактику Великой Отечественной войны относительно штурма городских построек, обороняемых упорным противником (ровно также, как и южнее в Мариуполе). А именно: беспощадный массированный обстрел на любое движение с противоположной стороны из тяжёлого оружия, включая огнемётные системы, полуторатонные авиабомбы, РСЗО «Град»-«Смерч»-«Ураган» и т.д., и т.п. По заветам великого пролетарского писателя: «Если враг не сдаётся – его уничтожают». Эта тактика в дальнейшем будет применяться по отношению ко всем сопротивляющимся городам и посёлкам по мере продвижения по Украине российского «парового катка». Но, эта прямолинейная стратегия уже на этапе овладения Северодонецко-Лисичанской агломерацией была творчески дополнена обходящими манёврами с целью, если не окружить полностью, то хотя бы перерезать основные пути снабжения осаждённых гарнизонов ВСУ.
После трёхмесячной борьбы на улицах Северодонецка (100-тысячный город, административный центр украинской части Луганской области) остатки частей ВСУ были прижаты к реке Северский Донец, соединённый с лежащим «на той стороне» реки городом Лисичанск тремя разрушенными мостами. Уже в российских СМИ было заявлено о полном окружении в городе многотысячной группировки ВСУ и о её предстоящем пленении, как в одну ночь эти подразделения, бросая технику и боеприпасы, сумели эвакуироваться в Лисичанск и продолжили борьбу уже там.
Через пару недель вновь в СМИ было заявлено об окружении ВСУ уже в Лисичанске, и также в пару дней эти гарнизоны вышли из города и заняли позиции южнее. И вот это умение и сноровка выходить-ускользать из мешков и котлов станет на годы вперёд своеобразным фирменным знаком ВСУ: как бы и когда не объявлялось об окружении 15, 30, 40 батальонов, о бесперспективности сопротивления и обещании гуманного обращения к сдавшимся в российский плен, основной состав полуокружённых, или даже уже окружённых украинских частей, всегда умудрялся выбираться из западни. Да, бросая технику, подчас не вынося раненых, но сохраняя костяк подразделений. Такая вот тактика. Вынужденная, но какая есть. Российские войска, кстати, в такой ситуации оказывались кратно реже.
Восточный фронт (Горское-Золотое-Попасная-Углегорская ТЭС-Авдеевка-Марьинка-Угледар).
На левом фланге фронта российская армия проехала в колоннах без сопротивления почти всю Луганскую область, пока не упёрлась в линию укреплений ВСУ, выстраиваемую здесь еще с 2015 года с опорой на города и посёлки Западного Донбасса. Попытки преодолеть эту линию начались примерно с 10 марта. Напомним, что в это же время шло сражение за Киев, Изюм, Мариуполь, Северодонецк и Лисичанск, и даже за расположенный южнее Угледар. То есть, российское командование сразу лишило себя свободы манёвра резервами (если они и были), пытаясь атаковать повсеместно – строго в традициях Красной Армии образца 1942 года. Такая вот стратегия. Результат по прошествии уже 4-х лет мы знаем.
Узел железных и автомобильных дорог – г. Попасная (население 20 тысяч)– пришлось штурмовать 3,5 месяца почти до июля месяца. Отсюда открывалась перспектива захода в тыл Северодонецко-Лисичанской агломерации, но пока преодолели Попасную, ВСУ из этой агломерации ушли. Попытка замкнуть котёл вокруг группировки ВСУ в близлежащих районах Золотое-Горское тоже не удалась –и здесь украинские части успели выскочить из наметившегося мешка.
От Попасной открывался вид на знаменитый Бахмут – в 12-15 км западнее, - но до него в этом году добраться так и не получилось (только до окраин Соледара). Зато немного южнее этого направления российской армии удалось буквально в два месяца овладеть крупнейшей чуть ли не во всей Европе теплоэлектростанцией с городом Светлодарск – Углегорской ТЭС. Любопытный факт: сапёры ВСУ пытались подорвать плотину на пруду-охладителе этой ТЭС, чтобы замедлить продвижение ВС РФ, но советская плотина выдержала удар 50 тонн (!!!) взрывчатки и устояла.
Ну, а немного южнее с середины апреля начались попытки пробиться на запад через Авдеевку-Марьинку-Пески. В этом году не получилось. Наиболее ожесточённые и непрекращающиеся бои шли почти весь год в Марьинке – без продвижения. При этом сам посёлок (городок с 8-тысячным довоенным населением) был превращён в груду развалин, но эти развалины продолжали сопротивляться еще год.
Шахтёрский городок Угледар с 14-ти тысячным довоенным населением тоже устоял под периодическим атаками ВС РФ. В целом по Восточному фронту можно сказать, что достижения российской армии на этом направлении оказались самыми минимальными с продвижением на запад от нуля до 30 км на отдельных участках.
Южный фронт (Мариуполь-Орехов-Каховка-Херсон-Николаев).
Здесь военная судьба или русский бог сотворил для российской армии настоящее чудо: при выдвижении боевых колонн из Крыма ни на Перекопе, ни на Чонгарском перешейке они не встретили абсолютно никакого противодействия со стороны украинских формирований. Поразительная беспечность: с сопредельной стороны за 8 лет не удосужились не то чтоб выстроить какие-никакие укрепления хотя бы полевого типа, но не было даже элементарных минных полей. И покатилась броневая армада от Крыма направо через Бердянск на Мариуполь, на север к Запорожской АЭС и налево через Скадовск на Херсон и далее на Николаев с прицелом на Одессу. В считанные дни проскочили города и сёла, за которые через год ВСУ пришлось безрезультатно биться в кровавом украинском контрнаступлении 2023 года.
Мало того, практически полное отсутствие кадровых частей на юге Украины не подкреплялось ополчением–теробороной: люди собирались у военкоматов, где не было ни оружия, ни снаряжения, ни боеприпасов. Потом этот мобилизационный ресурс был использован российской стороной после объявления Запорожской и Херсонской областей российскими.
В результате 500-тысячный Мариуполь – крупнейший промышленный центр и важнейший порт - был блокирован со всех сторон (включая с моря) и через 2,5 месяца упорных и кровопролитных городских боёв остатки украинского гарнизона сдались на милость победителя. А город был разрушен беспрерывными бомбёжками и обстрелами.
Областной центр Херсон почти не сопротивлялся, организованной обороны российские войска не обнаружили, спокойно проехав в город по целым мостам. Украинский губернатор только успел порекомендовать своим жителям эвакуироваться кто-куда и как может. Но вот в Николаеве этот фокус не прошел: там упёрлись и кадровые ВСУ, и собравшиеся ополченцы да, так, что передовым российским колоннам пришлось откатиться с потерями обратно под Херсон – там и остановились. Российское наступление, такое бодренькое поначалу, выдохлось и здесь – ресурсы оказались слабоваты.
Украинское контрнаступление.
Беспрерывные попытки наступлений ВС РФ с решительными целями, но с ограниченными и тающими ресурсами, и ударами «растопыренной пятернёй» привели к логическому концу – к контрнаступлению украинской армии сразу на двух стратегических направлениях – на Харьковском и Херсонском. Начались они почти одновременно: первое 6 сентября, а началом второго принято считать 28 августа.
Удачно и счастливо отбившись от первых наскоков российской армии, на Украине принялись накапливать силы для контрудара: шло перманентное насыщение войск западным вооружением с обучением личного состава. Поток оружия и всего прочего на Украину со стороны объединённого Запада пошел не сразу, здесь также с интересом наблюдали и делали ставки сколько продержится относительно невеликая страна под ударами второй армии мира (как в ту пору называли ВС РФ). Убедившись, что Украина ещё держится, с середины марта через европейские парламенты были проведены постановления об оказании военной помощи, которая начала поступать с начала апреля. До этой поры Украина не имела иностранного тяжёлого вооружения.
Эти поставки позволили, в том числе, нивелировать кратное превосходство российской армии в артиллерии за счёт заметно увеличенной дальнобойности западных артсистем. Так, если предельная дальность российский орудий типа Д-20, «Гвоздика», «Мста» и т.д. не превышала 20-25 км (и это в лучшем случае, так как дальнобойность резко падала при износе стволов), то длинноствольные орудия западного производства типа CAESAR, Zuzana, Krab били на 40 км с высокой точностью, а американские РСЗО М142 HIMARS на 75 км.
Эта дальнобойная артиллерия с помощью беспилотных разведчиков и корректировщиков огня поражала практически безнаказанно на большую глубину тыловые районы российских войск, нарушая логистику. Подобная тактика оказалась в диковинку российскому командованию и заметного противодействия на тот момент найдено не было. К тому же предыдущие постоянные наступательные операции ВС РФ привели к перерасходу не только техники, но и личного состава – людей катастрофически не хватало. ВСУ стали превосходить россиян даже численно, что было совсем в диковинку, учитывая пятикратное преимущество России по населению. Баланс был откорректирован в пользу ВС РФ с помощью мобилизации в октябре 300 тысяч российских военнообязанных.
На северном фланге всей войны российской армии в течение двух-трёх недель пришлось оставить почти всю Харьковскую область с городами Балаклея, Изюм, Святогорск, Лиман, Купянск. Здесь линия фронта замерла почти на два года на рубеже речужки Жеребец – немного западнее автодороги Северодонецк-Рубежное-Кременная-Сватово-Купянск.
На южном фланге сражение за правобережье Днепра продолжалось более двух месяцев и закончилось оно также в пользу ВСУ. И здесь применялась тактика дальних ударов по двум мостам через Днепр в районе Херсона и по автодороге на плотине Каховского водохранилища. Дорожное покрытие от обстрелов довольно быстро пришло в негодность для передвижения любого транспорта, и сообщение с плацдармом размером более 100 км по Днепру и на 30-50 км вглубь осуществлялось по понтонным мостам и переправам.
Несмотря на очевидность ситуации и угрозу потери всей заднепровской группировки российских войск, записные обозреватели и пропагандисты в СМИ, а также различные популярные военкоры и военблогеры твердили о накоплении сил на плацдарме для рывка на Одессу через Николаев (до 20 батальонных тактических групп – о чём будет далее) и полнейшем провале попыток контрнаступления ВСУ с гигантскими для них потерями. И так продолжалось вплоть до 8 ноября, покуда на следующий день не был обнародован приказ Шойгу об эвакуации российских войск с Херсонского плацдарма. Что и было проделано, бросая технику и все припасы. И никто из теле-шоу-менов после этого не сгорел от стыда и не застрелился. Фамилии могу напомнить.
Последние несколько месяцев того - 2022 года – прошли во взаимных обильных кровопусканиях, российские ВКС и ракетчики начали мстить за подрыв Крымского моста ещё задолго до самого этого события, положив начало разрушению украинской энергетической инфраструктуре. К концу года обозначилось основное направление усилий российской армии на Украине на начало 2023 года – это прорыв на целых 10 км от Попасной в сторону агломерации Соледар-Бахмут (Артёмовск).
Стратегия и тактика в этой войне.
Стратегический план России.
План этот изначально был основан на ложных предпосылках, а именно:
1) население Украины, особенно в ее левобережной части будет встречать воинов-освободителей от нацизма с цветами;
2) центральная Киевская власть, а вслед за ней и региональная испарится в течение нескольких дней, если только не будет сметена восставшим народом;
3) мировые правительства поначалу могут сделать грозное лицо, но быстро проглотят эту горькую пилюлю и смирятся с произошедшим, как это было с Крымом.
Отсюда был сделан вывод: для поглощения Украины вполне достаточно продемонстрировать свою мощь и «несокрушимую решимость» нанесением в первые часы и дни спецоперации ракетных и авиационных ударов по основным военным объектам Украины с одновременным вторжением бронированных колонн при быстром блокировании столицы и основных областных центров юга и левобережья. Сколь-либо заметного сопротивления украинской армии не предполагалось, особых оккупационных сил при таком раскладе не требовалось. Руководство России и ее армии почему-то ошибочно полагали, что Украина падет к их ногам только от осознания величия и мощи надвигающейся на нее несокрушимой и никогда никем ранее не победимой армады. Но этого не произошло. План изначально оказался авантюрным.
В военном отношении предусматривалось создание двух крупных котлов на всей левобережной Украине: один – большой котел – образовался бы ударами на Киев и далее по Днепру на юг до соединения с войсками, наступающими от Крыма на Запорожье-Днепропетровск, а второй – малый котел – ударами с севера от Харькова на Краматорск до соединения с войсками, наступающими от Мариуполя-Волновахи. И даже сами эти намерения по созданию котлов тоже выглядят авантюрными: слишком много задач (не забываем о планах захвата Николаева и Одессы) и слишком мало для этого сил, особенно в личном составе. Хотя сопротивление особо не предполагалось, но оно все же появилось и в дальнейшем все возрастало.
Стратегический план Украины
(хотя я сомневаюсь, что он существовал).
К стратегическим достижениям Украины можно отнести практически мгновенное развертывание – на севере страны - сил территориальной обороны (ополченцев). Уже в первые часы российского вторжения тысячи подготовленных резервистов (и добровольцев) собирались у заранее намеченных пунктов только лишь при получении SMS, не дожидаясь повесток, где они получали оружие, экипировку и распределялись по командам. Знаменитая раздача автоматов всем желающим – это был не жест отчаяния, а подготовленная акция по наполнению кадрированных батальонов и бригад теробороны личным составом.
Но ничего подобного не оказалось на южном флаге, где российские колонны совершенно беспрепятственно совершали многокилометровые марши (как на учениях) от Крыма на Мариуполь, Запорожье и Херсон-Николаев. Очевиден был стратегический провал Украины по всему Причерноморью и Приазовью, при абсолютном отсутствии здесь каких-либо укреплений против российских войск в Крыму. Похоже, российские спецслужбы предварительно провели операцию стратегического характера по дезинформации ответственных должностных лиц Украины и их подкупу: на угрожаемых участках не только не было воздвигнуто оборонительных позиций или, хотя бы просто минных пролей, но и собиравшиеся у воекоматов ополченцы-добровольцы Запорожской и Херсонской областей столкнулись с пустыми складами вооружения и снаряжения.
Тактические новинки войн XXI века.
Эта война войдет в историю человечества (если, конечно, история эта вообще продолжится) как первая война массовых армий цифровой эпохи. Поэтому ее будут изучать во всех аспектах долгие годы и десятилетия во всех военных учебных заведениях мира.
Итак, что же такого «новенького» мы имеем уже по первому году сражений на полях Украины? Если совсем недавно основу военной мощи любой армии составляла триада бронетанковых, ракетно-артиллерийских и военно-воздушных сил, то ныне равное с ними (если только не главенствующее) положение заняли БПЛА и ударные дроны-коптеры всех мастей, размеров, сортов и назначений: разведывательные, связи, наблюдения, ретрансляторы, целеуказатели, но особенно – ударные. На первое место на поле боя зачастую выходит сегодня человек-невидимка или оператор дронов и БПЛА, который сам при этом может находится за десятки километров от места событий.
БПЛА применялись время от времени и ранее в локальных войнах последних лет тридцати, но именно в российско-украинской их применение стало массовым, коптеры различного уровня и назначения стали не только глазами и ушами самых низших войсковых звеньев типа рота-взвод-отделение, но и ударными средствами поражения даже отдельного вражеского бойца. Не говоря о технике противника, или его любых объектов от штаба со складом боеприпасов до полевой кухни. Безопасности ныне нет нигде: ни в окопе, ни в 50 км за линией фронта на концерте художественной самодеятельности. Такая она, война XXI века.
Одновременно продолжается всемерное развитие и усовершенствование всех средств связи и управления и, соответственно, борьбы с таковыми у противника. Современное поле боя можно назвать информационным полем, на котором не всегда побеждает сильнейший. Будущее уже здесь.
Артиллерия. Война на Украине выявила основное преимущество самоходной артиллерии перед буксируемой: это возможность быстренько смыться, так как время реакции противника на твой огонь все сокращается, чему способствует насыщенность войск средствами контрбатарейной борьбы, комплексная разведка всех видов и уровней, включая спутниковые данные высокого разрешения. Подтвердили свою актуальность управляемые боеприпасы (в том числе для РСЗО), поражающие объекты противника за десятки километров с точностью несколько метров. Правда, стоимость подобных изделий не позволяет применять их столь же массово, как и обычные.
Бронетанковые силы. Наблюдаем принципиальные изменения в действиях бронетанковых войск. Танковые лавины ушли в прошлое по причине невозможности скрытного сосредоточения вблизи линии фронта сколь-либо значительного количества танков (БМП-БТР), так как разведка противника всех уровней (в том числе с коптеров) работает круглосуточно и во всех диапазонах излучений. Выявленные координаты моментально передаются своим средствам поражения и огонь открывается незамедлительно. Как сказал бы классик: «Времени на раскачку нет».
Касательно тактических новинок. Ну, во-первых, обе стороны на первых порах предпочитали формировать из своих частей и соединений типа полк-бригада-дивизия во многом самостоятельные батальонные тактические группы (БТГ). Это одна-две роты мотопехоты (или батальон) на БМП-БТР при поддержке дивизиона гаубиц (САУ или буксируемых), батареи или дивизиона средств ПТО и ПВО, батареи РСЗО, танковой роты, подразделений инженерного и прочего обеспечения при возможности работы со звеньями авиации. Мини-армия, одним словом.
БТГ – это порождение первых месяцев войны, реальность привела к необходимости создания в дальнейшем ротных тактических групп, усиленных всеми вышеперечисленными средствами, а еще позже – при бесконечных штурмах бесчисленных украинских городков, хуторов и поселков – пришлось прибегнуть к еще большему дроблению наступающих подразделений на штурмовые группы всего из одного-двух усиленных отделений специально экипированной пехоты в сопровождении минометного и артогня по указаниям передовых корректировщиков и разведкоптеров. К третьему году войны вошли в моду штурмовые группы всего из нескольких, а то всего из двух-трёх человек, но об этом в следующей главе.
Еще одна тактическая особенность действий российской армии – это сверхмассированное применение артиллерии, минометных выстрелов, РСЗО и ракет поля боя. Снарядов и мин в первый период жалеть было не принято, такая привычка - это наследие старой советской военной школы еще со времен ВОВ, когда максимальное сосредоточение огневой мощи на узких участках обеспечивало успех наступления.
Об особенностях тактических приёмов украинской армии.
Приёмы эти вынужденные, так как ВСУ приходилось, в основном, отступать (о примерах их контрнаступательной тактики докладывалось выше). При этом обороняющиеся не выходят из своих полуокруженных укрепрайонов и опорных пунктов буквально до последнего часа, ускользая из них в самый последний момент. Так было во всех вышеприведенных случаях (кроме Мариуполя), особенно в агломерации Северодонецк-Лисичанск, так было и в укрепрайоне зоны Горское-Золотое, из которого части ВСУ успели и на этот раз снова ускользнуть (даже без боя) через почти затянутую горловину окружения. Таким образом у ВС РФ в первое полугодие войны так и не получилось создать для ВСУ ни единого котла хотя бы на пару сотен человек. Опять же кроме Мариуполя – это особый случай грамотного блокирования большого города, но там море оказалось на стороне наступающих (окружать пришлось не 360, а только 180 градусов суши).
Такая вот вынужденная тактика нищего, но тогда, как это ни удивительно, она приносила свои плоды. И это явление, как уже говорил, также будут изучать во всех академиях.
[O1]Ачалу