Сегодня хотел бы остановиться об одном подзабытом подвиге времен Первой мировой, которому в этом году исполняется 110 лет. Когда вспоминают победы русского оружия в 1916м году обычно все хором говорят про Брусиловский прорыв, но почему-то совершенно забывают про победу на Кавказском фронте под Эрзерумом.
А между тем как раз главной целью Кавказской кампании в 1916 году был разгром 3-й турецкой армии и захват ключевой крепости Эрзерум, которая с самого начала Первой мировой служила основной базой турецких войск для боевых действий против российского Закавказья. Это был, пожалуй, самый крупный логистический узел в той части Турции, пути из Эрзерума вели в Саракамыш, Башкей, Алашкерт. Но вернемся немного назад.
Немного контекста
Для русской Кавказской армии 1915 год начался с крупной победы под Сарыкамышем (город в Турции примерно в 60 км от Карса), где она мало того, что остановила 3ю армию под командованием военного министра Энвер-паши, но и нанесла туркам тяжелое поражение.
Однако на других фронтах ход боевых действий складывался не в пользу России и ее союзников по Антанте.. Главной целью кампании 1915 года германское командование определило разгром и вывод России из войны. 19 апреля (2 мая) немецкие и австро-венгерские войска под общим командованием генерала Августа фон Макензена перешли в наступление и прорвали позиции Юго-Западного фронта в Галиции в районе Горлице. Отход русских войск перерос в «великое отступление» 1915 года, в ходе которого были оставлены Польша, Литва и Галиция. К осени Россия потеряла завоевания первых месяцев войны и понесла чудовищные потери убитыми, ранеными и попавшими в плен.
Неудачи преследовали и союзников, в том числе и дипломатические. Провалом завершились попытки Антанты перетянуть на свою сторону Болгарию, которая придерживалась нейтралитета. А затем после того, как Берлин пообещал Софии возврат территорий, утраченных в ходе Балканских войн, и военный заем в размере 500 млн марок, 14 (27) октября 1915 года по решению царя Фердинанда I Болгария вступила в войну на стороне Центральных держав. На следующий день ее войска перешли границу с Сербией. 12 сербских дивизий, сражавшихся в течение двух месяцев с 20 германскими, австро-венгерскими и болгарскими, были разгромлены, а территория страны - оккупирована. Это открыло Австро-Венгрии и Германии прямой железнодорожный коридор для снабжения турецкой армии, значительно улучшив положение своего союзника
Бои шли и в районе современного Ирака, и тоже ситуация складывалась не в пользу союзников. В ноябре на Месопотамском фронте английский корпус генерала Чарльза Таунсенда потерпел поражение под Ктесифоном (около 30 км от Багдада) и был вынужден отступить к Эль-Куту. 7 декабря турки осадили город. Все попытки британского командования деблокировать гарнизон не приносили успеха. Про другой крупный провал англичан и французов я писла отдельно, это была Дарданелльская операция. Она началась 19 февраля 1915 года по инициативе военно-морского министра Великобритании Уинстона Черчилля с целью овладения проливами Босфор и Дарданеллы и вывода Турции из войны. После того как 25 апреля союзники высадили десант на Галлиполийском полуострове в районе Чанаккале,он натолкнулся на упорное сопротивление османских войск под командованием германского генерала Лимана фон Сандерса. Вопреки расчетам Лондона и Парижа, османы отбились и очень успешно, чем заставили союзников в декабре начать эвакуацию. Одержанная победа грозила тем, что у Турции развязывались руки на Кавказском фронте. Оставалось либо ждать удара, либо поскорее переходить в наступление самим.
Внезапность – главный союзник
Понимал это и генерал Юденич, один из будущих руководителей белого движения. Он решил разгромить противостоящие ему силы 3-й турецкой армии до того, как к ним подойдет подкрепление и инициатива перейдет к противнику. Надеяться генералу было не на кого, его армия подкреплений после поражения на западе России бы точно не получила, более того в течение 1915 она даже отдала 2 пехотные дивизии и 2 пластунские бригады. Разработанная генералом операция состояла из двух этапов. На первом войскам 2-го Туркестанского, 1-го и 4-го Кавказских корпусов предстояло прорвать вражескую оборону, овладеть перевалами в районе Кеприкеяи крепостью Гасан-кала, а на втором – уже штурмом взять непосредственно Эрзерум.
Позднее начальник отделения управления генерал-квартирмейстера штаба Кавказской армии полковник Евгений Масловский вспоминал: «Каждый боец получил теплые портянки и пару валенок, которые он надевал на ночлегах, снимая кожаные сапоги; короткий, до колен, полушубок, не стеснявший движений; стеганые на вате шаровары, папаху с отворачивающимся назатыльником; теплые варежки и шинель, на походе скатанную. На подвоз войскам топлива обращалось особое внимание. На случай необходимой маскировки было приказано во всех частях заготовить для всех бойцов белые коленкоровые халаты и белые чехлы на шапки. С целью предохранения глаз от ослепления в яркие солнечные дни войска 1-го Кавказского армейского корпуса получили защитные очки».
Командование Кавказской армии активно использовало авиаразведку: около двух десятков аэропланов исследовали местность, по которой предстояло наступать. Большое внимание уделялось прогнозам погоды - к началу операции в полосе армии были развернуты 17 метеорологических станций, непрерывно анализировавших состояние погоды и выдававших войскам рекомендации. Здесь нужно отметить, что наступать предстояло в тяжелейших условиях – перед русскими войсками были горные массивы с небольшим количеством узких дорог. И всё то – по снегам, предстояло повторять подвиг суворовских чудо-богатырей.
Решающим фактором успеха операции должна была стать полная внезапность. Турки не ждали наступления русских войск в условиях суровой зимы. Среди турок слухи о подготовке русских войск к совместному с англичанами весеннему наступлению в Месопотамии, потому что зимой наступать в таких условиях для турок было просто немыслимо. В целях дезинформации противника штаб Кавказской армии распускал слухи о том, что одни офицеры получили разрешение отбыть в отпуск, чтобы в тылу отметить Рождество и Новый год, а дата начала наступления для солдат и офицеров до последнего дня оставалась неизвестной. Командиры и начальники штабов 2-го Туркестанского, 1-го и 4-го Кавказских корпусов и 4-й Кавказской дивизии узнали о ней только 20 декабря 1915 года (2 января 1916 года) на совещании у Юденича.
Силы сторон
Перед началом операции генерал Юденич имел под своим командованием 103 тыс. человек и мог использовать 338 артиллерийских орудий. С этими силами предстояло прорвать оборону 3-й турецкой армии, насчитывавшей более 60 тыс. человек и 122 орудия.
На первом этапе операции Юденич поставил перед войсками задачу прорыва центра турецкой обороны у селения Кеприкей. Наступление началось на рассвете 28 декабря 1915 года (10 января 1916 года). Первыми в атаку пошли части 2-го Туркестанского корпуса генерала Михаила Пржевальского, действовавшие на правом фланге армии. Хотя для противника это было неприятным сюрпризом, турки вопреки расхожему мнению не дрогнули - завязались кровопролитные бои. Положение усугубляли суровые погодные условия и проблемы с тяжелой артиллерией. Разрушить турецкие укрепления можно было гаубицами, однако доставить их вовремя по горному бездорожью не удалось. Да и не было в Кавказской армии их в достаточном количестве. Немногочисленную артиллерию в буквальном смысле приходилось нести на руках, так как утопавшие в глубоком снегу лошади не могли везти заледенелые орудия. Солдаты сами тащили их на веревках и толкали сзади, прорывая таким способом коридоры в снежных заносах.
«В итоге четырехдневной борьбы за обладание горой Гей-даг эта позиция осталась в руках турок. Атака сильно укрепленной вершины представилась возможной лишь при содействии мощной артиллерии, способной разрушить огневые точки - башни. Между тем из 5 артиллерийских взводов, стоявших на участке 14-го поилка против горы Гей-даг, действовали только 4 орудия, из которых два скоро пришли в негодность. Многие бойцы ранее достижения ими проволочных заграждений скашивались огнем турок. Часть русских раненых при разразившемся буране с сильным морозом на этой большой высоте замерзла, так как турки стреляли из пулеметов даже по одиночным санитарам, пытавшимся оказать помощь пострадавшим. В этих бесплодных атаках батальон 17-го полка потерял более 300 человек», - отметил военный историк генерал-лейтенант Николай Корсун.
Вот что находим в журнале «Историк» про данную операцию: «Ранним утром 30 декабря 1915 года (12 января 1916 года) на сарыкамыш- ском направлении перешел в наступление 1-й Кавказский армейский корпус под командованием генерала от кавалерии Петра Калитина. Турки не только оборонялись, но и переходили в контратаки. Один из таких ударов был нанесен в стык 39-й и 4-й дивизий. Отражая его, 39-я дивизия понесла тяжелые потери, лишившись до половины своего состава. Особенно ожесточенным и кровопролитным стал бой за Азап- Кейскую позицию, где проходил кратчайший путь на Эрзерум.»
Перелом наступил в Новый год. В разыгравшуюся метель 4-я Кавказская дивизия генерал-лейтенанта Николая Воробьева прорвала фронт противника и 4 (17 января заняла Кеприкей. 6 (19) января русские войска овладели горой Гей-даг. а на следующий день взяли Гасан-калу. К тому времени турки уже начали отступление, оставив укрепленные позиции в пограничной полосе со множеством складов и убежищ.
Падение турецкой твердыни и международные последствия
Передовые части Кавказской армии 8 (21) января вышли к горному хребту Деве-Бойну, находящемуся в нескольких километрах восточнее Эрзерума. Здесь располагался внешний обвод обороны противника - 11 фортов, усиленных земляными укреплениями. Каждый представлял собой многоярусную каменную башню с амбразурами для орудий и пулеметов. Попытка взять их с ходу, не подтянув артиллерию, неминуемо привела бы к огромным потерям. Юденич, оценив обстановку', отдал приказ войскам остановиться и начать подготовку к штурму твердыни. Вскоре он получил послание главнокомандующего Кавказским фронтом. Великий князь Николай Николаевич - младший писал: «Помимо малого количества ружейных патронов, у нас нет соответствующей артиллерии для успешной борьбы с тяжелой турецкой артиллерией, фортами и долговременными укреплениями; наш общий резерв сравнительно слаб, база наша отдалена. <...>. Ввиду сказанного, не считаю себя вправе разрешить производство этой операции».
Юденич стал настаивать на продолжении операции и в итоге добился согласия великого князя. Подготовка штурма заняла три недели. Кстати, генерал брал пример с Александра Суворова, который в 1790 году не пожалел времени и сил на подготовку своих «чудо- богатырей » к штурму Измаила.
Штурм Эрзерума начался 29 января (11 февраля) с артиллерийской подготовки. Ночью 3-й батальон и две роты 4-го батальона 153-го пехотного полка овладели фортом Далангез. Весь следующий день они отбивали контратаки турок и отстояли свою позицию. С 31 января (13 февраля) обстрел фортов крепости усилился. В ночь на 2 (15) февраля на русскую сторону перебежал турецкий артиллерийский офицер с планами расположения войск и орудий противника. 3 (16) февраля Эрзерум был взят. Цена победы была высока: русские потеряли 2,3 тыс. убитыми и около 15 тыс. ранеными. Потери турок составили 40 тыс. убитыми и ранеными. В плен попали 235 офицеров и 12 753 нижних чина. На главной линии фортов русские войска захватили 197 исправных орудий разного калибра, а в самой крепости - еще 126. Также им досталось огромное количество стрелкового оружия, боевых и интендантских запасов. При преследовании противника взяли еще 79 орудий.
Наступление на этом не остановилось, однако коммуникации все более растягивались. В итоге по достижении рубежа Мемахатун 13 (26) марта и Хибонси 25 марта (7 апреля) Кавказской армии пришлось прекратить преследование. Турки были отброшены на 70-100 км от Эрзерума.
В результате этого триумфа Кавказская армия лишила османов их сильнейшей крепости и базы, улучшила свое оперативное положение и создала условия для последующей Трапезундской операции. Мало того, своим внезапным наступлением русские войска вновь помогли своим союзникам по Антанте, так как разгром турок существенно облегчил положение британских экспедиционных сил в районе Суэцкого канала и в Месопотамии. Оттуда турки были вынуждены перебрасывать свои силы на Кавказский фронт, немного напоминает август 1914 года в районе Мазурских озёр, не правда ли?
Англо-французы даже поспешили заключить с Российской империи дополнительное соглашения о «дележке шкуры неубитого медведя». 4 марта 1916 г. было оформлено англо-франко-русское соглашение о «целях войны России в Малой Азии»: 1) Россия получала район Константинополя и проливов и северную часть турецкой Армении, исключая Сивас; 2) Россия признавала право Англии занять нейтральную зону Персии; 3) державы Антанты отнимали у Турции «Святые места» (Палестину). Не думаю, что кто-то в Англии и Франции вспомнил бы об этом в случае, если Российская империя оказалась бы в составе победителей Первой мировой.