Тема насилия над немецкими женщинами весной 1945 года давно стала предметом спекуляций. Вокруг неё нагромождены мифы, громкие цифры и эмоциональные обвинения, которые часто не имеют отношения к реальным документам. При этом парадокс в том, что одним из источников этих мифов стал не западный публицист, а советский фронтовик — офицер Красной армии Владимир Гельфанд.
Гельфанд прошёл войну от Харькова до Германии, воевал под Сталинградом, был командиром миномётного отделения, затем политработником. Он вёл подробный дневник без цензуры. Писал резко, иногда жестоко, не стараясь выглядеть лучше. Его ненависть к врагу была личной: почти вся его семья погибла на оккупированной территории. Это многое объясняет в его интонациях.
Именно из его дневника чаще всего берут цитаты о якобы массовом насилии над немецкими женщинами. Однако важно понимать одну принципиальную вещь: самые скандальные эпизоды Гельфанд не видел сам. В одном случае он прямо пишет «не знаю, что с ними сделали». В другом — пересказывает рассказ сержанта Андреева, который отстал от части, побывал в контрразведке и после этого изложил «сенсационную историю» о женском батальоне.
Проблема в том, что боевых женских батальонов в вермахте не существовало. Были вспомогательные службы — связистки, радистки, делопроизводители, иногда расчёты ПВО. Отдельные случаи участия женщин в боях действительно имели место, но массовых пехотных атак «женскими цепями» документы не подтверждают. Это больше похоже на фронтовой фольклор, который легко рождается в условиях войны.
При этом отрицать сами факты насилия было бы неправдой. Они были. И это зафиксировано в официальных советских документах. Но между признанием преступлений и мифом о «миллионах жертв» — огромная разница.
Сохранились отчёты военной прокуратуры. Например, за период с 22 апреля по 5 мая 1945 года по семи армиям 1-го Белорусского фронта зафиксировано 72 случая изнасилований, 38 грабежей и 3 убийства. Всего — 124 преступления. По ним велись расследования, виновные привлекались к ответственности.
Существовал прямой приказ Ставки, подписанный Сталиным, в котором чётко говорилось: насилие над мирным населением недопустимо, виновные подлежат наказанию по законам военного времени, вплоть до расстрела. И это не был пустой текст.
По данным историков, более четырёх тысяч военнослужащих были осуждены военными трибуналами за преступления против мирных жителей — туда входили и грабежи, и убийства, и насилие.
Мой личный телеграм-канал, где ещё больше интересных историй 🔻
Цифра «два миллиона изнасилованных», которая часто гуляет в публикациях, появилась не из архивов, а из крайне вольных подсчётов. Брали количество детей, рождённых от советских солдат, автоматически записывали всех матерей в «жертвы насилия», а затем умножали число «на всякий случай». При этом полностью игнорировались добровольные отношения, которые в 1945–1946 годах были нередки и иногда приводили к совместной жизни и бракам.
История с дневником Гельфанда показывает, как личная ненависть, слухи и пересказы превращаются в устойчивый миф. Красная армия не была «ордой насильников», но и не была стерильной. Преступления были, и за них наказывали. Массового, санкционированного насилия не существовало.
Война — это страх, грязь и сломанные люди. Именно поэтому говорить о ней нужно через документы и факты, а не через эмоции и цифры, взятые с потолка.
СПАСИБО ЗА ПРОЧТЕНИЕ, ТОВАРИЩ!
Прошу оценить публикацию лайком и комментарием, поделиться прочитанным в соцсетях! Также Вы можете изучить другой материал канала.
Буду вам очень благодарен, если вы сможете поддержать канал и выход нового материала с помощью донатов 🔻