— Наташ, ты опять весь день дома? — голос Карины Алексеевны прозвучал с порога так, словно она застукала невестку за чем-то постыдным.
Наташа подняла глаза от ноутбука. Свекровь стояла на пороге кухни с двумя тяжелыми сумками, полными продуктов, и смотрела на нее с тем самым выражением лица — смесь жалости и осуждения.
— Я работаю, Карина Алексеевна, — спокойно ответила Наташа, стараясь не показывать раздражение. — У меня сейчас совещание через десять минут.
— Совещание, — свекровь хмыкнула и прошла к столу, грохнув сумками о столешницу. — Сидишь в халате, в собственной кухне, и это у тебя совещание называется. Устроилась бы на нормальную работу, а то тыкаешь в эти кнопки, непонятно чем занимаешься.
Наташа сжала зубы. Это был уже не первый такой разговор за последние две недели. Карина Алексеевна жила в соседнем подъезде и имела ключи от их квартиры. Приходила когда хотела, обычно утром или днем, когда Влад был на стройке.
— Я координатор проектов, — Наташа закрыла ноутбук, понимая, что работать в такой обстановке все равно не получится. — Согласовываю поставки материалов, веду документацию, общаюсь с подрядчиками.
— А зарплата-то хоть есть? — свекровь начала выкладывать из сумок пакеты с крупой, консервы, овощи. — Или тебе Владик все оплачивает?
— Есть зарплата, — Наташа встала из-за стола, взяла чайник, налила воды. Руки слегка дрожали от сдерживаемого гнева.
— Ну и сколько там платят за это... тыканье в кнопки? — Карина Алексеевна выпрямилась, уперла руки в боки. — Двадцать тысяч? Тридцать?
Наташа промолчала. Ее зарплата составляла восемьдесят пять тысяч, а в прошлом месяце с премией вышло больше ста. Но говорить об этом свекрови она не собиралась. Карина Алексеевна только найдет новый повод для критики.
— Владик вчера вечером приходил уставший как собака, — свекровь продолжала наступление, складывая продукты в холодильник. — Весь день на морозе простоял, бригаду проверял. Вот это я понимаю — работа. А ты...
В дверях появился Влад, в рабочей куртке, с мятым лицом после раннего подъема. Увидел мать, улыбнулся виноватой улыбкой.
— Мам, ты чего так рано?
— Продукты принесла, — Карина Алексеевна повернулась к сыну, и лицо ее сразу смягчилось. — Вижу, что в доме пусто, холодильник не набит. Раз невестка целый день дома сидит, а в магазин сходить некогда.
— Я работаю, — повторила Наташа, уже не сдерживая раздражение в голосе. — У меня график с девяти до шести. Я не могу среди дня бросить все и пойти за продуктами.
— График, — Карина Алексеевна снова хмыкнула. — Ну-ну. График у нее. Владик, тебе пора уже, опоздаешь.
Влад виновато глянул на Наташу, быстро допил остатки кофе, который она поставила ему в термокружке с утра, и поспешил к выходу.
— Давай, мам, я побежал. Спасибо за продукты.
Он ушел, а Наташа осталась наедине со свекровью. Карина Алексеевна методично расставляла банки в шкафу, бросая короткие реплики:
— Пыль на подоконнике. Пол надо бы помыть. Владик вчера говорил, что борща давно не ел.
— Карина Алексеевна, — Наташа набрала воздуха в грудь, — я очень благодарна вам за помощь, но у меня действительно через пять минут совещание. Мне нужно сосредоточиться.
— Совещание, — свекровь покачала головой. — Ладно, не буду мешать твоему... совещанию. Только вот что скажу, Наташенька. Подумай о будущем. Найди себе нормальную работу, в офисе, чтобы люди видели, чем ты занимаешься. А то муж на стройке горбатится, а жена дома в халате сидит. Нехорошо это выглядит.
Она ушла, хлопнув дверью. Наташа осталась стоять посреди кухни, чувствуя, как внутри все кипит. Открыла ноутбук — совещание уже началось, в чате три пропущенных сообщения от руководителя отдела.
***
День тянулся мучительно долго. Наташа разбирала заявки от клиентов, согласовывала графики доставки, вносила правки в сметы. В два часа дня позвонила Света, ее подруга.
— Как дела? — голос у Светы был бодрый, энергичный. Она работала администратором в фитнес-клубе и привыкла говорить быстро и по делу.
— Свекровь с утра приходила, — Наташа откинулась на спинку стула, потерла виски. — Опять про то, что я не работаю, а ерундой занимаюсь.
— Серьезно? — Света присвистнула. — Опять?
— Уже третий раз за неделю. Приносит продукты, укладывает все в холодильник и при этом читает мне лекции о том, какая я плохая жена.
— А Влад что?
— Молчит. Боится ее.
— Наташ, ты покажи ей расчетный лист. Пусть увидит, сколько ты зарабатываешь.
— Зачем? — Наташа устало вздохнула. — Она все равно найдет, к чему придраться. Скажет, что это ненадежно, что могут уволить в любой момент. Или что деньги виртуальные.
— Тогда готовься к тому, что она тебе жизнь изведет, — жестко сказала Света. — Пока ты молчишь и терпишь, она будет наезжать все сильнее.
— Не хочу скандала, — Наташа посмотрела на экран ноутбука, где в рабочем чате появилось новое сообщение. — Мне работать надо.
— Ладно, давай, работай. Но подумай над моими словами.
Наташа положила трубку и вернулась к таблицам. В четыре позвонил клиент, недовольный задержкой доставки. Она полчаса уговаривала его не расторгать договор, обещала ускорить процесс, связалась с транспортной компанией. Когда наконец все уладилось, было уже половина шестого.
В шесть вечера вернулся Влад. Усталый, с красными от мороза щеками. Сбросил куртку в прихожей, прошел на кухню.
— Как день?
— Нормально, — коротко ответила Наташа. — У тебя?
— Замерз. Бригада опоздала на два часа, пришлось ждать на улице.
Он открыл холодильник, достал колбасу, хлеб. Наташа смотрела на него, ждала. Влад поймал ее взгляд, виновато улыбнулся.
— Мам звонила. Сказала, что ты ее выставила.
— Я ее не выставляла, — Наташа почувствовала, как внутри снова закипает злость. — Я сказала, что у меня работа. У меня было совещание, Влад. Настоящее, рабочее совещание.
— Ну она же не знает, — Влад пожал плечами. — Для нее работа — это когда ты на заводе или в офисе.
— А для тебя?
Влад замер с бутербродом в руках.
— Что — для меня?
— Для тебя моя работа настоящая?
Он не ответил сразу. Откусил кусок бутерброда, медленно прожевал.
— Конечно, настоящая.
— Тогда почему ты молчишь, когда твоя мать говорит, что я бездельница?
— Наташ, ну не начинай, — Влад поставил тарелку на стол. — Она просто волнуется. Хочет, чтобы у нас все было хорошо.
— Она хочет контролировать, — Наташа встала, подошла к окну. На улице уже стемнело, в окнах соседнего подъезда горел свет. — Она приходит когда хочет, лезет во все, критикует меня за то, что я работаю из дома. И ты ей позволяешь.
— Это моя мать, — Влад повысил голос. — Она меня вырастила.
— И поэтому она может унижать твою жену?
— Никто тебя не унижает! — Влад тоже встал. — Господи, Наташа, ну что ты раздуваешь из мухи слона? Мама принесла продукты, это плохо? Она заботится о нас!
Наташа развернулась к нему.
— Влад, ты правда не понимаешь или делаешь вид? Она приходит каждый день. Каждый божий день. И каждый раз говорит, что я бездельница, что не работаю, что только на шее у тебя сижу.
— Она так не говорила.
— Говорила. Сегодня утром. При тебе.
Влад отвел взгляд.
— Ладно, я поговорю с ней.
— Правда?
— Правда, — он кивнул. — Завтра зайду к ней после работы. Скажу, что ты реально работаешь, что у тебя важная должность.
Наташа хотела сказать, что зарабатывает больше него, но сдержалась. Не время. Влад и так на взводе.
Вечер прошел тихо. Влад сидел в комнате, смотрел что-то в телефоне. Наташа разбирала рабочую почту, отвечала на сообщения в чате. В десять они легли спать молча, каждый отвернувшись на свою сторону.
***
Следующее утро началось с телефонного звонка. Наташа еще спала, когда зазвонил ее мобильный. Протянула руку, не глядя нащупала телефон на тумбочке.
— Алло?
— Наташенька, доброе утро, — голос Карины Алексеевны звучал бодро и даже приветливо. — Я тут подумала, может, тебе помочь? У нас в магазине требуется продавец. Смена с десяти до шести, два через два. Зарплата тридцать пять тысяч, но стабильная. Я бы тебя порекомендовала.
Наташа села на кровати, пытаясь проснуться окончательно.
— Карина Алексеевна, спасибо, но у меня есть работа.
— Да какая у тебя работа, Наташенька, — свекровь вздохнула. — Вот когда будешь каждый день на ногах стоять, с людьми общаться, тогда и поймешь, что такое настоящий труд. А то сидишь дома, в компьютер тыкаешь. Это ненадежно, милая. Сегодня есть, завтра нет.
— У меня трудовой договор, — Наташа постаралась говорить спокойно. — Официальное трудоустройство, белая зарплата.
— Договор, — Карина Алексеевна снова вздохнула. — Ладно, думай. Предложение открыто. Я Владику скажу, пусть тебя уговорит.
Она повесила трубку. Наташа посмотрела на часы — семь утра. Влад уже ушел на стройку. Она встала, умылась, приготовила завтрак. В девять села за ноутбук, открыла рабочую почту.
В половине двенадцатого в дверь позвонили. Наташа оторвалась от экрана, пошла открывать. На пороге стояла Карина Алексеевна, а рядом с ней — Ольга Семеновна, соседка этажом выше. Полная женщина в вязаном кардигане, с острыми любопытными глазами.
— Мы к тебе на чаек, — Карина Алексеевна прошла в квартиру, не дожидаясь приглашения. — Ольга Семеновна как раз спрашивала, как у вас дела.
— Здравствуйте, — Наташа постаралась улыбнуться. — Проходите. Только у меня сейчас обеденный перерыв, я через полчаса должна на связи быть.
— Да мы ненадолго, — Ольга Семеновна прошла на кухню, оглядела все острым взглядом. — Ой, а у вас тут уютно-то как. Правда, окна бы помыть не мешало.
Наташа сжала кулаки за спиной, но промолчала. Поставила перед гостьями чашки, достала печенье. Карина Алексеевна устроилась за столом, словно у себя дома.
— Вот я Ольге Семеновне рассказывала, что ты дома работаешь. Она не поверила сначала.
— Да нет, почему, верю, — Ольга Семеновна взяла печенье. — У меня племянница тоже в интернете чем-то занималась. Говорила, что фотографии обрабатывает для каких-то фирм. А потом оказалось, что она мужа обманывала, встречалась с кем-то. Вот так вот. Муж-то думал, она работает, а она...
Она замолчала, красноречиво подняла брови. Наташа почувствовала, как кровь прилила к щекам.
— Я действительно работаю, — сказала она ровным голосом. — Я координатор проектов в строительной компании. Веду документацию, согласовываю поставки, общаюсь с клиентами и подрядчиками.
— Ну-ну, — Ольга Семеновна кивнула. — А зарплату регулярно платят?
— Регулярно.
— И муж видел эту зарплату?
Наташа замерла. Она никогда не показывала Владу расчетные листы. Он не спрашивал, она не предлагала. Деньги переводила на общую карту, часть откладывала. Влад тоже скидывал свою зарплату на общий счет, и они не обсуждали, кто сколько вносит.
— Мы ведем общий бюджет, — сухо ответила Наташа.
— Общий бюджет, — Карина Алексеевна покачала головой. — А Владик знает, сколько ты зарабатываешь?
— Знает.
Это была ложь. Влад не знал. Он ни разу не спрашивал.
— Странно как-то, — Ольга Семеновна допила из чашки. — Женщина дома сидит, мужчина на работу ходит. Раньше так не было. Женщины и дом вели, и на заводах стояли. А сейчас молодежь...
Она не договорила, но смысл был ясен. Наташа посмотрела на часы — обеденный перерыв закончился три минуты назад. У нее в чате уже три непрочитанных сообщения.
— Простите, мне действительно нужно работать, — она встала из-за стола. — Карина Алексеевна, можете остаться, если хотите, но мне придется закрыться в комнате.
— Закрыться? — свекровь нахмурилась. — От свекрови закрываешься?
— У меня конфиденциальная информация, — Наташа взяла ноутбук со стола. — Рабочие документы. Нельзя, чтобы кто-то видел.
Это тоже было не совсем правдой, но другого выхода она не видела. Карина Алексеевна поджала губы, встала.
— Ну раз так, тогда мы пойдем. Ольга Семеновна, пойдем.
Они ушли, и Наташа наконец смогла вернуться к работе. В чате руководитель отдела спрашивал, почему она не отвечает. Наташа быстро напечатала извинения, открыла документ со сметой. Но сосредоточиться не получалось. В голове крутились слова Ольги Семеновны про племянницу, которая обманывала мужа.
Вечером Влад пришел позже обычного. Наташа уже приготовила ужин — гречку с котлетами, простое блюдо, которое Влад любил. Он прошел в ванную, умылся, вышел с хмурым лицом.
— Ты маме нагрубила?
Наташа замерла с половником в руках.
— Что?
— Мама звонила. Сказала, что ты ее и Ольгу Семеновну выгнала из дома.
— Я их не выгоняла, — Наташа поставила половник на стол. — У меня закончился обеденный перерыв, мне надо было работать. Я так и сказала.
— Мама расстроилась, — Влад сел за стол, налил себе гречки. — Говорит, что ты ее не уважаешь.
— А она меня уважает? — Наташа села напротив. — Влад, она привела соседку, и эта Ольга Семеновна начала рассказывать, как ее племянница обманывала мужа под видом работы. Намек понятен?
— Это просто разговор был, — Влад не поднял глаз от тарелки. — Не придумывай.
— Не придумывай? — Наташа почувствовала, как внутри что-то оборвалось. — Влад, твоя мать считает меня бездельницей! Она каждый день говорит, что я не работаю! Она предложила мне место продавца в ее магазине за тридцать пять тысяч!
— Ну и что? — Влад наконец поднял глаза. — Может, это был бы хороший вариант. Стабильная работа, рядом с домом.
Наташа откинулась на спинку стула. Смотрела на мужа и не узнавала его.
— Ты серьезно?
— Наташ, давай без драмы, — Влад вздохнул. — Мама просто волнуется. Она хочет, чтобы у тебя была надежная работа.
— У меня есть надежная работа!
— Но ты же дома сидишь! — Влад повысил голос. — Весь день дома! В халате! Мама права, это странно выглядит!
— Странно выглядит? — Наташа встала. — Влад, я зарабатываю восемьдесят пять тысяч рублей. В прошлом месяце с премией было сто тысяч. Это больше, чем ты получаешь на своей стройке!
Влад замер. Вилка зависла на полпути ко рту.
— Что?
— Восемьдесят пять тысяч, — повторила Наташа. — Официально, белая зарплата, с отчислениями в пенсионный фонд. Хочешь, покажу расчетные листы?
Влад медленно опустил вилку.
— Ты... серьезно?
— Абсолютно.
Он молчал. Наташа видела, как в его глазах сменяются эмоции — удивление, недоверие, что-то еще, чего она не могла разобрать.
— Почему ты раньше не говорила?
— Ты не спрашивал.
Влад отодвинул тарелку, встал из-за стола.
— Мне нужно подумать.
Он ушел в комнату. Наташа осталась на кухне, глядя на недоеденный ужин. Руки дрожали. Она не хотела этого говорить, не хотела превращать это в соревнование — кто больше зарабатывает. Но другого выхода не было.
В телефоне зазвонил звонок. Света.
— Ну что, как дела?
— Ужасно, — Наташа прикрыла рукой лицо. — Я ему сказала про зарплату.
— И что он?
— Молчит. Ушел в комнату.
Света помолчала, потом сказала:
— Наташ, а может, это и к лучшему? Пусть знает, что ты не на его шее сидишь.
— Не знаю, — Наташа устало вздохнула. — Не знаю уже ничего.
***
На следующий день Карина Алексеевна не пришла. Наташа работала спокойно, без напряжения, без ожидания, что сейчас раздастся звонок в дверь. Влад ушел на стройку молча, даже не попрощался.
Вечером он вернулся поздно, почти в девять. Наташа сидела на кухне с ноутбуком, доделывала отчет.
— Ты поужинал? — спросила она, не поднимая глаз от экрана.
— Да, — Влад прошел в ванную, долго стоял под душем.
Когда вышел, сел напротив нее, смотрел молча. Наташа закрыла ноутбук.
— Что?
— Я маме сказал. Про твою зарплату.
Наташа замерла.
— И?
— Она не поверила, — Влад потер лицо руками. — Сказала, что ты мне наврала. Что это невозможно, чтобы за сидение дома платили столько.
— Я могу показать ей расчетные листы.
— Не надо, — Влад покачал головой. — Она все равно не признает. Скажет, что это подделка или что тебя скоро уволят.
Наташа медленно кивнула. Она так и думала.
— А ты веришь?
Влад поднял на нее глаза.
— Покажи мне. Расчетные листы.
Наташа достала телефон, открыла приложение банка, развернула к нему экраном. Влад смотрел долго, листал назад, на предыдущие месяцы. Потом отдал телефон.
— Значит, ты действительно... — он замолчал.
— Действительно работаю, — закончила Наташа. — И зарабатываю хорошо. И не собираюсь идти продавцом в магазин бытовой химии.
Влад кивнул.
— Я не знал, — сказал он тихо. — Честно не знал. Думал, ну там... тысяч тридцать-сорок.
— Ты никогда не спрашивал.
— Да, — он опустил глаз. — Не спрашивал.
Они помолчали. Наташа ждала, что он скажет что-то еще, но Влад молчал.
— Я завтра пойду к твоей маме, — сказала наконец Наташа. — И попрошу вернуть ключи от квартиры.
Влад резко поднял голову.
— Что? Зачем?
— Затем, что я больше не хочу, чтобы она приходила когда захочет и говорила мне, как жить, — Наташа говорила спокойно, но твердо. — Она может приходить в гости. Когда мы ее пригласим. Но не врываться сюда каждый день с критикой.
— Наташ, ты что, — Влад встал. — Она моя мать! Она имеет право!
— Право на что? — Наташа тоже встала. — Унижать меня? Говорить, что я бездельница? Приводить сюда соседок, которые намекают, что я тебя обманываю?
— Она не хотела тебя обидеть!
— Влад, — Наташа подошла к нему вплотную. — Послушай меня внимательно. Я не против твоей матери. Но я не позволю ей больше так ко мне относиться. У нее не будет ключей. Она не будет приходить без предупреждения. Это наш дом. Наш с тобой. Не ее.
— А если я не согласен?
Наташа посмотрела ему в глаза.
— Тогда подумай, с кем ты хочешь жить — со мной или с мамой.
Влад отступил на шаг.
— Ты ставишь ультиматум?
— Нет, — Наташа покачала головой. — Я просто говорю, как будет. Я забираю ключи. Если ты против — скажи сейчас.
Влад молчал. Смотрел на нее, потом отвел взгляд.
— Делай что хочешь, — бросил он и ушел в комнату.
***
Утром Наташа поднялась рано, оделась, причесалась. Влад еще спал. Она вышла из квартиры, спустилась на лифте, прошла к соседнему подъезду.
Карина Алексеевна открыла дверь в халате, с удивлением.
— Наташа? Что случилось?
— Карина Алексеевна, мне нужно с вами поговорить, — Наташа прошла в прихожую, не дожидаясь приглашения.
— Проходи, — свекровь нахмурилась, но пустила.
Они прошли на кухню. Карина Алексеевна села за стол, сложила руки перед собой.
— Слушаю.
— Я пришла попросить вернуть ключи от нашей квартиры, — Наташа говорила спокойно, твердо.
Карина Алексеевна вытаращила глаза.
— Это что еще такое?
— Вы можете приходить в гости, когда захотите, — продолжала Наташа. — Но предварительно позвонив и спросив, удобно ли нам. Но я не хочу, чтобы вы входили в квартиру в любое время.
— Владик об этом знает? — голос свекрови был ледяным.
— Знает.
— И он согласен?
Наташа выдержала паузу.
— Да.
Это была ложь, но другого выхода не было. Карина Алексеевна встала, подошла к полке, достала ключи. Бросила их на стол с таким стуком, что Наташа вздрогнула.
— Забирай. И запомни, девочка, — свекровь наклонилась к ней, и в глазах ее горела злость. — Без меня вы пропадете. Владик сам ко мне придет. Он мне сын, и он меня не бросит ради какой-то...
Она не договорила, но Наташа поняла, что хотела сказать свекровь. Взяла ключи со стола, развернулась и вышла.
В квартире Влад уже проснулся, сидел на кухне. Увидел ключи в ее руках, лицо его потемнело.
— Ты правда сходила?
— Правда.
— Наташа, — он встал. — Ты понимаешь, что натворила?
— Понимаю, — она положила ключи на стол. — Влад, я не хочу ссориться. Но я не могу больше так жить. Когда меня каждый день унижают в моем же доме.
— Тебя никто не унижает!
— Унижают, — Наташа села напротив. — Твоя мать считает меня бездельницей. Она приводит соседок, которые намекают, что я тебя обманываю. Она предлагает мне работу за тридцать пять тысяч, хотя я зарабатываю в два с половиной раза больше.
— Ей просто непонятна твоя работа!
— Тогда пусть попытается понять. Но не в моем доме, не каждый день, не без спроса.
Влад молчал. Наташа видела, как он борется сам с собой.
— Она мне мать, — сказал он наконец.
— А я тебе жена, — ответила Наташа. — Выбирай.
— Это нечестно!
— Нечестно то, что ты позволяешь ей так ко мне относиться, — Наташа встала. — Мне на работу. Подумай. Когда вернешься вечером, скажешь, как решил.
Она ушла в комнату, закрыла дверь, открыла ноутбук. Руки дрожали, но она заставила себя сосредоточиться на работе.
***
Две недели прошли в странной тишине. Карина Алексеевна не приходила, не звонила. Влад ездил к ней сам, но Наташу с собой не звал. Однажды вечером он сказал:
— Мама передала, что тебе нужно вернуть кастрюлю, которую она давала.
Наташа молча достала кастрюлю из шкафа, протянула ему. Влад взял, ушел к матери. Вернулся через час, мрачный.
— Она спрашивала, как ты.
— И что ты ответил?
— Что нормально.
— Только и всего?
Влад не ответил. Прошел в комнату, закрыл дверь.
Наташа работала спокойно, без постоянного напряжения, без страха, что сейчас ворвется свекровь. В середине февраля ей пришла премия — пятнадцать тысяч за успешно закрытый проект. Она показала уведомление Владу.
— Молодец, — коротко сказал он и отвернулся.
— Влад, — Наташа остановила его за руку. — Мы так и будем жить? Молча?
Он посмотрел на нее долгим взглядом.
— А как ты хотела? Ты забрала у моей матери ключи. Она обижена. Я между вами.
— Я не просила тебя выбирать между нами, — Наташа отпустила его руку. — Я просто попросила защитить меня. Но ты не смог.
Влад молчал. Потом тихо сказал:
— Я ее люблю. Она меня вырастила.
— Я понимаю, — Наташа кивнула. — Но я тоже не собираюсь всю жизнь оправдываться перед ней за то, что я существую.
Они стояли друг напротив друга, и Наташа понимала — что-то изменилось между ними навсегда. Что-то надломилось в тот момент, когда Влад не встал на ее защиту. Когда промолчал, когда ушел к матери жаловаться вместо того, чтобы поддержать жену.
— Ладно, — Влад первым отвел взгляд. — Живи как хочешь.
Он ушел в комнату. Наташа осталась на кухне. Села за ноутбук, открыла рабочую почту. Новое письмо от руководителя — предложение повышения. Старший координатор проектов, зарплата сто пять тысяч.
Она посмотрела на закрытую дверь комнаты, где сидел Влад. Потом на экран ноутбука. Написала ответ: "Согласна. Когда выйти на новую должность?"
Через месяц Карина Алексеевна встретила Наташу у подъезда. Они столкнулись случайно — Наташа возвращалась из магазина, свекровь выходила к мусорным бакам.
— Наталья, — сухо кивнула Карина Алексеевна.
— Здравствуйте, — так же сухо ответила Наташа.
Постояли молча. Потом свекровь сказала:
— Владик совсем ко мне не заходит. Говорит, что устает.
— Да, у него сейчас сложный объект, — Наташа переложила пакет из руки в руку.
— А у тебя как... работа?
Наташа посмотрела на свекровь. В глазах Карины Алексеевны не было обычной насмешки. Только усталость и что-то похожее на любопытство.
— Хорошо. Меня недавно повысили.
— Повысили? — свекровь подняла брови.
— Да. Теперь я старший координатор.
Карина Алексеевна кивнула, отвела взгляд.
— Ну... поздравляю.
Она развернулась, пошла к подъезду. Наташа смотрела ей вслед. Знала, что свекровь не изменилась. Что она по-прежнему считает удаленную работу ненастоящей, а невестку — не той, кто нужен ее сыну. Но теперь у Карины Алексеевны не было власти над ней. Не было ключей, не было возможности врываться в квартиру когда захочется.
Вечером Влад спросил:
— Мама говорит, тебя повысили?
— Да.
— Поздравляю.
— Спасибо.
Они сидели на кухне, пили чай. Влад смотрел в окно, Наташа — в телефон, где пришло сообщение от Светы: "Ну что, как дела с драконшей?"
Наташа усмехнулась, ответила: "Живем. По отдельности".
Влад перехватил ее взгляд.
— О чем переписываешься?
— Света спрашивает, как у нас дела.
— И что ты ей ответила?
Наташа подняла глаза на мужа.
— Что нормально. А что мне отвечать?
Влад пожал плечами, отвернулся. Наташа допила чай, встала, пошла в комнату. Села за ноутбук, открыла рабочий чат. Завтра утром совещание, нужно подготовить презентацию.
Она набрала первый слайд, и в этот момент поняла — жизнь продолжается. Без драм, без примирений, без счастливого финала. Они с Кариной Алексеевной не станут подругами. Влад не перестанет разрываться между матерью и женой. Но Наташа больше не будет оправдываться за то, что работает из дома и зарабатывает хорошие деньги.
Она поставила границу. И это был ее выбор.
Влад заглянул в комнату.
— Ты долго?
— Еще часа два, — Наташа не оторвалась от экрана.
— Понятно, — он постоял на пороге, потом тихо добавил: — Ты правда много работаешь.
Наташа остановилась, посмотрела на него.
— Только сейчас заметил?
Влад виновато улыбнулся.
— Наверное, да.
Он ушел, прикрыв за собой дверь. Наташа вернулась к презентации. На экране мигал курсор. Она начала печатать, быстро, уверенно. Завтра новый день, новые задачи, новые проекты.
А ключи от квартиры лежали в ящике ее тумбочки, и больше их не было ни у кого.