Предыдущая часть: Вакцина от глупости. Часть 1.
Мысль остаться одной в номере была ещё невыносимее. Вероника заставила себя встать, надела нейтральное платье и нанесла лёгкий макияж.
Ресторан был дорогим, пафосным, с приглушённым светом и тихой музыкой. За столом их уже ждали двое мужчин. Кирилл Митрофанович, седовласый и импозантный юрист, и Константин Фёдорович - крепкий, лысеющий мужчина, с цепким взглядом и дорогими часами на запястье. Андрея Вячеславовича, как выяснилось, задерживали дела в головном офисе, он должен был присоединиться завтра.
Ужин начался с обсуждения рабочих моментов, но, после второй бутылки вина, разговор становился всё более светским и развязным. Константин Фёдорович сыпал анекдотами, Кирилл Митрофанович поддакивал, Анжела звонко смеялась. Вероника лишь изредка улыбалась, чувствуя себя актрисой в плохой пьесе. Она то и дело поглядывала на телефон, лежавший на коленях. Экран оставался тёмным и безмолвным.
Константин Фёдорович, глядя через стол, ему, видимо, успели рассказать о муже-строителе, вдруг спросил:
- Вероника, вы всё на связи со своим стройбатом?
- С семьёй.
- Ну, да, с семьёй. Сложно, конечно. Но работа требует жертв. Особенно такая.
Его взгляд скользнул по её фигуре, оценивающе и бесцеремонно. Веронику бросило в жар от неприязни. Она вспомнила слова Алексея:
- …смотрит на тебя, как кот на сметану.
Но это был не Андрей Вячеславович, а совсем другой человек. Или здесь все так смотрят? После десерта Вера предложила подняться в их номер, где продолжить встречу в неформальной обстановке. Кирилл Митрофанович тут же поддержал идею, заказав в номер бутылку виски. Вероника хотела отказаться, но её, уже почти физически, потянули за собой.
В большом номере Анжелы и Веры стало тесно от смеха, дыма сигар (Кирилл Митрофанович достал сигары) и запаха алкоголя. Включили музыку. Анжела пустилась в пляс с Константином Фёдоровичем, Вера хихикала, сидя рядом с юристом на диване. Вероника стояла у окна, держа в руках бокал с тёплым вином, которое не хотела пить. Ей было отвратительно. Не от людей, они были просто такими, какие есть. Ей было отвратительно от себя. От того, что она здесь, в этой подозрительной обстановке, в то время как её мир рушится там, за сотни километров. Она была не на подхвате в деловой команде. Она была статистом в какой-то пошлой корпоративной игре, смысла которой уже не понимала. Анжела, раскрасневшаяся, подтащила её к центру комнаты, сказала:
- Вероника, не грусти! Расслабься! Полгода - не вечность!
Вера что-то шептала на ухо Кириллу Митрофановичу, и тот громко смеялся. Вероника аккуратно высвободила руку и сказала:
- Мне пора. Устала с дороги. Завтра же рабочий день.
- Ну что ты, как маленькая!
Фыркнул Константин Фёдорович, но отпускать её не стал, положил руку на талию. Это было последней каплей. Она резко отстранилась.
- Я сказала, мне пора. Спокойной ночи.
В её голосе прозвучала такая холодная сталь, что даже Константин Фёдорович на секунду опешил. Этого мгновения хватило, чтобы она вышла в коридор, захлопнув за собой дверь. Вернувшись в свой номер, она заперла дверь на все замки, прислонилась к ней и закрыла глаза. Сердце бешено колотилось. Она снова набрала Алексея. Снова гудки, переходящие в автоответчик. Она прошептала:
- Лёш, пожалуйста.
Подошла к окну. Москва сверкала ниже, безразличная и чужая. Приложила ладонь к холодному стеклу. Где-то там, в этой огромной чужой столице, ей предстояло создавать филиал. А что она создала сегодня? Первый день, а уже ощущение грязной плёнки на коже и ледяной пустоты внутри. В памяти прозвучал голос дочери:
- Цена слишком большая.
Вероника медленно сползла по стене на пол, обхватив колени руками, и впервые за много лет тихо, безнадёжно заплакала. Звонка от мужа она так и не дождалась. А ждать, как она начала понимать, предстояло очень и очень долго.
На следующий день, Анжела и Вера, которые провели безумную ночь, за завтраком, упрекали Веронику за её поведение. Вероника ответила:
- Извините, девочки, но это было не для меня. Я бы никогда так не смогла. Я не могу быть такими как вы, делать то, что делали вчера вы. Я бы предала Алексея и всё, что у меня есть, и мне пришлось бы в этом признаться. А это было бы концом моего брака. Я поступила правильно для себя.
Наконец, в столице объявился Андрей Вячеславович. В этот вечер всё сложилось так, что Кирилл Митрофанович и Константин Фёдорович обосновались: один - у Анжелы в номере, второй - у Веры, договорившись в два часа ночи поменяться номерами. Вероника ужинала в ресторане одна, когда к ней подсел Андрей Вячеславович. Он сказал:
- Привет, ты не против, если я поужинаю с тобой?
- Да, это было бы неплохо. Мне скучно сидеть здесь одной.
- Я стоял там, у бара, и подумал, что тебе не помешает поговорить с другом. Хочешь выпить?
Вероника знала, что уже выпила два бокала вина и это её предел, но она с радостью согласилась на третий. За этим последовали разговор и четвёртый бокал вина. Вскоре она находилась на танцполе, тесно прижата к Андрею Вячеславовичу, как она смутно понимала, неподобающим образом. Но она хорошо проводила время.
После пары медленных танцев Андрей Вячеславович отвел её обратно к столику, где её ждал пятый бокал вина. Примерно в это же время, к столику подошла Анжела, держа за руку мужчину, и сказала:
- Убедись, что ты встанешь пораньше и будешь завтра в форме.
- А где Константин Фёдорович?
- Увы, он выдохся, а командировка только начинается.
Когда Анжела и её мужчина шли к лифту, Андрей Вячеславович легко поцеловал Веронику в губы и сказал:
- Кажется, бар закрывается, может, перенесём всё наверх?
Сказав это, он взял Веронику за руку, они оба встали и пошли к лифту. Вероника чувствовала себя свободной, но, когда дверь открылась, она увидела в зеркале своё отражение, держащуюся за руки мужчины, который не был её мужем, и она поняла, что произойдет, если она не будет действовать быстро. Вошли в лифт с Андреем Вячеславовичем, и он потянулся, чтобы нажать номер этажа. Он не спросил её номер, нажав кнопку только седьмого этажа. Она потянулась и нажала кнопку «пять», это был этаж, на котором находился её номер. Андрей Вячеславович странно на неё посмотрел, и она сказала:
- Андрей Вячеславович, у меня был прекрасный вечер, и ты спас меня от полной скуки, но я - замужняя женщина, и нам нужно покончить с нелепыми ухаживаниями здесь и сейчас.
Андрей Вячеславович был явно раздражен. Он отказался от беспроигрышного варианта, от Веры, потому что Вероника - просто красотка, но здесь, прямо сейчас, его бросили. Он собирался высказать ей всё, что у него на уме. Но, дверь открылась на пятом этаже, и Вероника практически выбежала из лифта, не останавливаясь, пока не зашла в свой номер.
На другой день, вечером, они ужинали всей компанией. Поскольку предполагалось, что Андрей Вячеславович озвучит план работы. Но он сидел раздраженный и ничего не говорил. Вероника слушала то, о чём говорили за столом, вполуха. Отвращение к вчерашней сцене в лифте, и вообще, к этой командировке прорывалось наружу. Она ковыряла вилкой салат, наблюдая, как разыгрывается знакомый сценарий. Анжела уже склонилась к Константину Фёдоровичу, ловя каждое его слово, а Вера заигрывающее смеялась над шуткой Кирилла Митрофановича. Юрист, ободрённый её смехом, пересел поближе. Кирилл Митрофанович спросил:
- Вероника, вы что-то приуныли. Такая прекрасная женщина должна сиять. Давайте развеем вашу грусть. Знаете, я сразу отметил вашу сдержанную элегантность. Выгодно отличаетесь от наших резвых девчонок. А среди нас есть Андрей Вячеславович, готовый развеять вашу скуку.
Его рука, тяжёлая и влажная, легла ей на запястье. Запах дорогого одеколона, смешанный с сигарным перегаром, ударил в нос. Вероника медленно подняла глаза и встретилась с его взглядом. В нём не было ни профессионального интереса, ни даже простого человеческого любопытства. Там было лишь уверенное, наглое ожидание. Ожидание того, что она, провинциалка, польщённая вниманием столичного юриста, уступит, смягчится, вольётся в общую игру.
И в этот миг всё сложилось в идеально ясную, невыносимо отчётливую картину. Блестящий ресторан, дорогой интерьер, эти люди в дорогих костюмах - всё это было лишь ширмой. Ширмой для банальной, пошлой и циничной сделки. Её привезли не как экономиста. Её привезли как приманку, как разменную монету в этих неформальных переговорах, непонятно с кем. Слова Алексея, которые она так отчаянно отвергала, оказались не ревностью, а трезвым диагнозом. А диагноз её собственной слепоте и глухоте поставили и дети, посмотрев на неё чужими глазами.
Холодная ясность, острая как лезвие, сменила смятение. Гнев, который вспыхнул в ней, был не горячим, а ледяным. Она не дрогнула. Ответила:
- Кирилл Митрофанович! Уберите руку.
Он лишь ухмыльнулся, не убирая ладони, говоря:
- Ну, полно, Вероника! Мы же взрослые люди, в командировке. Расслабьтесь.
Это было последней каплей. Вероника резко дернула руку, высвобождая запястье с такой силой, что его пальцы соскользнули. Звонко стукнув ножкой стула о паркет, она встала. Все четверо уставились на неё. Сказала:
- Я приехала сюда работать над созданием филиала, а не участвовать в вашем корпоративном борделе. Всё, что было - мерзко и оскорбительно. Извините, но мое профессиональное участие в этом «проекте» на этом заканчивается.
Андрей Вячеславович, фыркнул, его лицо покраснело от злости и выпитого, сказал:
- Да брось, ты, пафос! Все так делают! Или вы думаете, вас за профессионализм сюда привезли? Цену своей скромности знаете?
- Знаю! Она во много раз выше, чем моя зарплата. А вы, Константин Фёдорович, с вашими намёками и анекдотами про стройбат, просто пошлый и недалёкий человек. Прощайте.
Она развернулась и пошла к выходу. За спиной на секунду повисла ошеломлённая тишина, затем её нарушил возмущённый голос Кирилла Митрофановича:
- Да с ней всё ясно! Мелкая провинциальная дурочка! Не понимает своих перспектив!
Но эти слова уже не достигали её. Она шла по мягким коврам ресторана, и с каждым шагом тяжесть с души спадала, уступая место лёгкой, почти невесомой пустоте. Пустоте, в которой ещё не было нового смысла, но уже не было и той грязной лжи, в которую она едва не погрузилась.
Вернувшись в номер, она не стала звонить Алексею. Вместо этого она села у окна, глядя на огни, и набрала номер директора головной компании. Того самого, кто когда-то взял её, молодого экономиста, и чьему доверию она всегда старалась соответствовать. Трубку взял секретарь. Было поздно, но Вероника попросила соединить её, сказав, что это срочно по вопросу московского филиала.
Через пять минут в трубке прозвучал его спокойный, усталый голос:
- Вероника? Что случилось? Уже проблемы?
- Да, Иван Петрович. Но не с филиалом. Со мной. Я вынуждена отказаться от участия в проекте и прошу отозвать меня из командировки. Завтра же.
На другом конце провода повисло молчание.
- Объясните.
Предыдущая часть: Вакцина от глупости. Часть 1.
Продолжение следует.
Если заметили опечатку/ошибку, пишите автору. Внесу необходимые правки. Буду благодарен за ваши оценки и комментарии! Спасибо.
Фотографии взяты из банка бесплатных изображений: https://pixabay.com и из других интернет-источников, находящихся в свободном доступе, а также используются личные фото автора.
Другие работы автора:
- за 2023 год: Навигатор 2023
- за 2024-2025-2026 год: Навигатор 2024
- подборка работ за 2020-2025 год: Мои детективы