Вода в котле уже давно вскипела, а ведь женщине нужно было просто подогреть её, чтобы отмыть лицо, руки и ноги от рыжей пыли, въевшейся за день в кожу. Мысли, как тягостные омуты, заслонили сердце и отвлекли её глаза от того, что творилось над костром в небольшом шатре на краю тюркского стойбища.
Ресницы дрогнули и веки устало прикрылись на мгновение, когда Сельджан всё же услышала настойчивое водяное бульканье. Половина уже выкипела, но она понадеялась, что ей хватит для вечернего омовения. Глаза устало прикрылись, когда молодая женщина медленно начала протирать лицо влажным мягким полотенцем. Тончайшие шелковые нитесплетения нежно скользили по коже оставляя ощущение чистоты и свежести. Это изысканное полотенце совсем недавно подарила ей Халиме.
История великого воина Эртугрула была эпично представлена в историческом сериале "Воскрешение: Эртугрул". А если бы существовала книга, повествующая о судьбе Эртугрула и его семьи, о его воинах, племени Кайи? Попробуем же представить, как бы это выглядело. Здесь публикуется цикл рассказов, основанный на сериале про Эртугрула. Это художественная интерпретация, отображающая основные события сюжета. Здесь нет цели в точности пересказать все детали. Скорее это повествование в стиле легенды или романа, которое позволяет погрузиться в своеобразную и неповторимую атмосферу средневековых анатолийских степей и их обитателей, заглянуть в глаза и в душу любимых персонажей.
.................................................
Жена Эртугрула умудрилась выкроить время, чтобы расшить ткань шёлковыми нитями, и по краям полотенца протянулся вышитый травяной узор. Сельджан была изумлена таким необычным рисунком, а Халиме объяснила:
"Взгляни на эту траву, что я вышила специально для тебя, Сельджан. Твои прекрасные смелые глаза такого же цвета, как и летняя зелень. А сердце такое же нежное, как эти шелковые нити, они как раз подойдут для твоей атласной кожи, чтобы умываться перед сном после долгих трудовых дней".
Сельджан вздохнула, спрашивая себя, когда же возвратится Халиме в стойбище. Теперь они называли друг друга сёстрами, их взгляды на жизнь и события вокруг наконец-то объединились после стольких вьюг и ураганов, пролетевших над семьёй.
Внезапно на лицо женщины набежала туча, глаза печально заскользили по темным войлочным углам шатра. Она недавно переехала в это жилище, подчиняясь приказу своего мужа. Гюндогду отвернулся от неё, не захотел видеть в своём шатре. Это было так очевидно и так нестерпимо для Сельджан. Но она покорилась, собрала свои вещи и на глазах у двух племен отправилась в дальний шатёр на краю стойбища. Мама Хайме пыталась уговорить её занять шатёр побольше и поближе к центру, но Сельджан предпочла этот уединенный участок стойбища.
Закончив омовение, Сельджан легла под шерстяное покрывало и закрыла глаза. Не смотря на усталость, сон не шел. Устав ворочаться, она накинула теплый платок и вышла из жилища. Ночь раскинула свои крылья над станом, сгустила воздух и окрасила мир в чарующие оттенки черного и синего. Множество шатров больших и маленьких протянулись куда-то вдаль.
Потомки великого Огуза могли за час установить самый простой юрточный домик. Сельджан вспомнила, как кипела работа ещё совсем недавно, когда Кайи вместе с Додурга строили юрты для нового племени. Сначала мама Хайме вместе со своим братом Коркут-беем осмотрели прилегающую территорию, чтобы найти хорошее место для установки шатров. Важно было выбрать относительно ровные участки без деревьев, так как от сильного ветра дерево могло повалиться в какой-то момент на шатёр. Такое уже случалось с теми, кто пренебрег советами старших, и понадеялся неизвестно на что. Когда же удачное место для шатров нашлось, старейшины убедились, что оно достаточно солнечное. Потом все принялись за работу, один за другим появлялись на равнине новые кочевые домики на деревянных каркасах с войлочными стенами.
Шатёр, в котором поселилась Сельджан, был совсем скромным, он находился почти у самой дороги. По ней пастухи прогоняли скот ранним утром и вечером. Ей было всё равно, где жить, после того, как Гюндогду отдалился от неё. Сельджан с тоской смотрела на счастливые семьи, ощущая одиночество и беспомощность. И тогда в ней просыпался протест, гнев иногда душил её, особенно, когда она видела, что творится вокруг. Она всем нутром чувствовала, что в главном шатре Додурга происходит недоброе.
С каждым днём Коркут-бей словно бы становился бледнее и слабее. Он был уже убелен сединами, но для его возраста было ещё рано так тяжело ходить, так часто недужить.
Зато его жена Айтолун цвела пышным цветом. Она была гораздо моложе его, эта женщина излучала энергию и силу. Её властный голос доносился то тут, то там по всему стойбищу, а глаза были словно кнуты... Сельджан знала, что Айтолун может подарить только зло, Халиме и мама Хайме были солидарны с ней, но не спешили обличить жену Коркута. Да и не в чём было, не подберешься. "И ты успокойся, - наставляла невестку Хайме, - Айтолун не проста, но хрупкий мир нам сейчас нужнее..."
Сельджан не могла успокоиться, она выжидала и следила, решив во все глаза смотреть, может что-то и появится. И вот действительно так случилось, предчувствия не обманули её...
Солнце уже разлило свой медовый свет по крышам юрт, нежные утренние блики играли в каплях росы на траве и кустарниках, золотые лучи искрились на поверхности медных котлов и на шёлковых узорах ковров в женской мастерской. Невыспавшаяся и слегка рассеянная Сельджан уже давно была на ногах. Она оторвала взгляд от поднимающегося пара над котлом. Расслабляться надолго было нельзя, иначе нарушится сложный процесс окрашивания. Важно было выдержать пучки нитей определённое время в отваре марены, чтобы добиться красного цвета. Это были большие связки хлопковых ниток, предназначенных для создания ковров.
Вчера Сельджан с женщинами мастерской до темноты перевязывала нити особенным способом. Их целью было закрыть определённые участки, чтобы окрашивание получилось неравномерным. Мастерицы Кайи специально добивались такого эффекта, они проводили несколько циклов такого неравномерного окрашивания, и в итоге нити получались словно живые - с красивыми волнистыми переходами и переливами. Ковры из этих ниток были совершенно волшебными, казалось будто цветные облака появляются в рисунке.
Однако приходилось чётко следовать сложному процессу окрашивания от начала и до конца. Впереди было ещё семь повторяющихся циклов, и Сельджан прикидывала, за сколько дней они успеют сделать всё это сделать. Краем глаза она заметила знакомый силуэт, сердце предательски подпрыгнуло, а глаза наполнились радостью и нежностью.
Гюндогду уверенно и быстро шёл между шатрами. "Значит приехал!"- мелькнуло в голове у Сельджан. Она знала, что муж уезжал для продажи очередной партии ковров. Сельджан хотела уже подойти, чтобы поздороваться и хоть ненадолго оказаться вблизи этого мужчины, но вдруг неожиданно заметила рядом с Гюндогду женскую фигуру. Нетрудно было догадаться, кто это. Сестра Айтолун выступала рядом с Гюндогду уверенно и горделиво. Гонджагюль сияла улыбкой, от которой Сельджан испытала приступ тошноты. Однако Гюндогду проявлял к ней внимание, он часто поглядывал на собеседницу, ласково улыбался ей. Их беседа, вероятно, была очень приятной, они обменивались понимающими взглядами, после которых Гонджагюль скромно опускала голову, а Гюндогду гордо смотрел вперёд.
Сельджан беспомощно смотрела им вслед, стараясь выровнять дыхание и не разрыдаться на виду у всех. Она вдруг почувствовала себя такой разбитой...
Усилием воли женщина заставила себя сосредоточиться на котле с кипящей мареной. По цвету воды и нитяных связок в растворе было понятно, что пора приступать к сушке. Ловкими движениями Сельджан подцепляла связки на длинную палку и тут же вытаскивала их из котла. Работа была не из лёгких, всё надо было делать быстро и очень аккуратно. Но Сельджан погрузилась в это занятие с головой, тщательно укладывая тяжёлые мокрые нити в приготовленные корзины. Затем к ней присоединились другие мастерицы Кайи, чтобы разложить связки под навесом.
Сельджан, ты совсем бледная, работаешь как сумасшедшая, разве можно так себя загонять, - обратилась к ней почтенная Зарифе, славившаяся в племени знанием трав и цветов, что росли в степях Анатолии.
Сельджан после недолгих уговоров решила всё же сделать перерыв. Она отправилась к своему шатру, чтобы выпить кумыса. Солнце уже вовсю припекало.
Кругом кипела жизнь двух племён с их повседневными заботами, взрослые были поглощены работой, ребятишки постарше помогали по мере возможности, но не упускали случая присоединиться к беззаботным малышам, чтобы немного поиграть. Дорога в этот час была пуста... хотя, нет, внимание Сельджан привлекла одинокая спутница, медленно бредущая с длинной палкой и небольшим узелком за плечами. Бывало, что в стан заходили разные путники. В одиночку мало кто передвигался, люди предпочитали отправляться в дорогу небольшими группами, чтобы обезопасить себя.
Сельджан сама не понимая зачем, начала внимательно рассматривать путницу. Это была пожилая женщина, но с виду достаточно крепкая. Она зашла в стойбище и, неторопливо продвигаясь вперёд, внимательно оглядывала всех вокруг. Её глаза настойчиво осматривали шатры, навесы и всех людей. Женщина словно кого-то искала. И вдруг она взглядом выхватила кого-то и лицо оживилось. А через минуту оживилась и Сельджан, проследив взглядом, на кого так пристально смотрит незнакомка.
Оказалось, что пришедшую заинтересовала Айтолун хатун. Жена Коркута в это время азартно раздавала указания около ткацкой мастерской Додурга. Когда её взгляд случайно упал на старую путницу, Айтолун споткнулась на полуслове и застыла. Все ценные указания для мастериц тут же вылетели у неё из головы.
Айтолун молниеносно окинула взглядом всю округу, проверяя, не заметил ли кто-нибудь её замешательство. Однако Сельджан успела спрятаться за шатром, предугадав, что её могут заметить. Выглядывая из-за юрты, она увидела, как Айтолун спешно пошла навстречу незнакомой старухе.
Айтолун хатун..., - произнесла путница.
Однако та не дала больше сказать ни слова:
Идём идём! Быстро.
Айтолун чуть ли не потащила женщину прочь, воровато оглядываясь. Всё это донельзя расапалило любопытство Сельджан. Никакая сила не заставила бы её сейчас уйти. Сельджан ловко преодолела расстояние до ближайшего шатра, угадав, что Айтолун увела женщину под навес, чтобы их было не видно. Оставаясь незамеченной, Сельджан прислушалась.
- Что ты здесь делаешь? - между тем гневно спросила Айтолун.
- Вспомнила, какая ты щедрая женщина. Впереди зима, мне нужно где-то пожить.
- Ты не сможешь жить в этом стойбище. Убирайся!
Такое заявление мало смутило старуху, она как-то странно спросила:
Значит, ты хочешь, чтобы волки съели меня до окончания зимы?
Как ни странно Айтолун, немного поколебавшись, вдруг произнесла:
Жди меня у подножия этого холма. Я приду ночью и принесу, что ты хочешь.
Сельджан задумчиво проводила взглядом удаляющуюся высокую фигуру Айтолун. Та шла, раскрасневшись от волнения, богато расшитое платье развевалось на ветру. А странная гостья вышла на дорогу и начала удаляться. Однако Сельджан была не намерена упустить такой шанс, ей позарез нужно было узнать, что всё это значит. Быстрой тенью она скользнула вслед за старухой. Обе они, двигаясь на расстоянии, вскоре скрылись в ближайших зарослях шиповника.
Выпуски по сериалу "Воскрешение: Эртугрул" читайте в тематической подборке.
Материалы, расположенные на этой странице, охраняются авторским правом. Любое воспроизведение возможно только с письменного согласия автора.