Эта тема — самая сложная, о которой приходится говорить любому, кто всем сердцем прикипел к своему пушистому другу. Я пишу эти строки с комом в горле, потому что сама проходила через это. Мы пускаем их в свое сердце, зная, что их век короче нашего, но подготовиться к моменту расставания невозможно.
Тем не менее, когда наш любимый хвостик подходит к финишной черте, мы обязаны быть сильными. Не ради себя, а ради него. Чтобы понять, что происходит, не испугаться и дать ему столько тепла, сколько он сможет унести с собой. Давайте поговорим о том, как кошки прощаются с нами и как сделать их уход максимально бережным.
Знают ли они?
Вы наверняка слышали истории о кошачьей мистической интуиции. Я уверена: они знают. Кошки чувствуют изменения в собственном теле на уровне химии и вибраций, которые нам недоступны.
Часто бывает так: за пару дней (или даже часов) до конца поведение питомца резко меняется. Он словно переключает тумблер. Кто-то вдруг требует неистовой ласки, не слезает с рук, заглядывает в глаза, будто пытаясь запомнить ваше лицо. А кто-то, наоборот, уходит в себя, становится отстраненным, словно уже одной лапой там, в другом мире.
«Я хочу побыть один»: синдром исчезновения
Самый верный и душераздирающий признак — стремление спрятаться.
В дикой природе больное животное уязвимо. Инстинкт, которому миллионы лет, шепчет кошке: «Спрячься, стань невидимой, чтобы хищник тебя не нашел».
Поэтому, если ваша всегда общительная Мурка вдруг начинает забиваться в пыльный угол за диваном, в темный шкаф или под ванну — это тревожный звоночек.
Мой совет: Не вытаскивайте её насильно. Не тащите на свет, не тискайте, если она отстраняется. Уважайте её выбор. Если она выбрала темный уголок — постелите там мягкую пеленку. Пусть ей будет комфортно там, где она чувствует себя в безопасности.
Физические маркеры: когда тело устало
Кроме поведения, есть чистая физиология. На что нужно обратить внимание, чтобы не пропустить момент, когда нужна помощь врача:
Полный отказ от еды и воды. Это не каприз. Организм запускает процесс отключения, энергия для переваривания пищи ему больше не нужна. Обезвоживание наступает быстро, кожа теряет упругость.
Потеря контроля. Это деликатный момент. Кошка — чистюля от природы, и если она перестает вылизываться или ходит в туалет под себя, знайте: ей очень плохо, у неё просто нет сил встать. Ни в коем случае не ругайте! Сейчас ей нужно ваше принятие и чистые пеленки, а не воспитание.
Температурные качели и дыхание. Лапки и ушки могут стать ледяными (кровообращение замедляется), а дыхание — тяжелым, прерывистым или, наоборот, слишком поверхностным.
«Стеклянный» взгляд. Кошка может смотреть в одну точку часами, не реагируя на движения руки перед мордочкой. Она уже в состоянии глубокой апатии.
Страшный момент — судороги. Иногда перед самым концом нервная система дает сбой. Могут начаться конвульсии, лапы вытягиваются, зрачки расширены. Это выглядит жутко, но важно понимать: в этот момент животное, скорее всего, уже не в сознании и не чувствует боли так, как нам кажется. Это агония угасающего мозга.
Что мы можем сделать (и как пережить это самим)
Когда вы понимаете, что обратного пути нет, ваша главная задача — стать для кошки ангелом-хранителем.
- Создайте «Гнездо тишины». Теплое, мягкое место без сквозняков, яркого света и громких звуков телевизора.
- Обезболивание. Это самое важное. Кошки терпят боль молча. Если вы видите, что питомец страдает (сгорбленная поза, нахмуренная мордочка, скрежет зубами), немедленно звоните ветеринару. Иногда самый большой акт любви — это отпустить, позволив врачу сделать укол и прекратить мучения. Это невероятно трудное решение, но иногда единственно верное.
- Просто будьте рядом. Даже если кошка спряталась, сядьте недалеко. Говорите с ней тихим, спокойным голосом. Скажите, как сильно вы её любите. Они понимают интонацию, ваш голос — это их якорь.
Плакать — можно. И нужно. Потерять того, кто любил вас безусловно, — это огромная трагедия. Но пока ваш друг еще здесь, постарайтесь, чтобы ваши слезы не пугали его. Дарите покой. А поплачем мы потом.
Держитесь. Мы в ответе за тех, кого приручили, до самого последнего их вздоха.