Жил был на свете Кризис. И был он очень худым, одиноким и всегда печальным. Жизнь у него не задалась с самого начала — никто ему никогда не радовался. Он даже в зеркало не смотрел: боялся увидеть там чудище страшное.
Иначе как объяснить тот хаос, который начинался, стоило ему где-то появиться. Встретил он как-то бабу в деревне — она заорала и ведром в него кинула. Встретил мужика — тот сразу в лес убежал, прижимая к себе котомку.
Зашёл как-то Кризис в город. Просто мороженку в магазине купить хотел. А люди как давай гречку с полок сметать, да бумагу туалетную. В аптеках очереди выстроились. Стоит Кризис с мороженым и не понимает, что опять не так.
Погоревал он, погоревал, да и решил в гималайские горы уйти, раствориться там, исчезнуть, чтоб никому больше не мешать. Но у небольшого озера повстречал он горного духа в образе седого старика. И вот диво-дивное — старик улыбнулся ему и показал посохом на камень рядом, садись, мол.
Кризис от удивления присел и спросил настороженно:
— А что это ты? Почему не убегаешь?
— Так живу давно, — сказал старик. — Всякого повидал.
— Тогда скажи, — спросил Кризис, — почему меня так все боятся? Я страшный?
— Ты разный, просто люди не знают, чего ждать от тебя, вот и пугаются
— Ну, и для чего я тогда вообще?
— Да кто ж тебя знает. Разные возможности у тебя есть. Люди вот личностью когда становятся? Когда проживают свои кризисы. Теорию развития слыхал? Вот если б ты не приходил, неизвестно, что было бы с человечеством. Всё, что останавливается, умирает. А так люди меняются да живут.
Кризис слушал внимательно, даже ножкой покачивал и головой кивал.
Не такой уж я и страшный, — подумал он впервые. — Если я пришёл, значит, скоро будет интересно.
— Можешь погостить у меня, — сказал старик, будто услышав его мысли. — Посидим, чайку попьём. А там видно будет.
Кризис и остался. Вскоре на горе выросли белые цветы, прямо сквозь камни пробились. А старик сделал Кризису складной стульчик из старых веток. И подарил ему записную книжку с карандашом.
— Не ответы туда пиши, а то, что замечаешь. Как оно бывает.
А потом Кризис засобирался.
— Кажется, я понял, — сказал он, кланяясь старику. — У меня есть миссия. Пойду искать людей, которые меня не боятся. Будем делать прогресс.
И пошёл по свету со своим складным стульчиком из веток и записной книжкой.
Люди по-прежнему часто пугались и убегали. А он смотрел на это с понимающей грустной улыбкой и шёл дальше.
Иногда он ставил свой стульчик рядом с теми, кто долго думал и не находил ответа.
Сидел молча, смотрел, как человек ходит кругами, вздыхает, злится, сдаётся. Потом вставал, складывал стульчик и уходил — и человек вдруг понимал что-то важное.
Дел у Кризиса теперь было полным полно. То гусенице помогал в бабочку превратиться, то сосенке помогал пробить камень и вырасти на самом краю скалы. А где-то с любовью провожал отжившее.
Жизнь вообще дело такое: либо прогресс, либо регресс.
Прогресс — лучше.
А к горному духу Кризис теперь раз в год обязательно возвращался — попить чаю из шишек, новости обсудить. И читал ему вслух свои записи. Старик слушал, кивал, иногда смеялся, и каждый раз как будто чуть яснее становилось Кризису, кто он такой и в чём его смысл и призвание.
Автор: Шруб Елена Владимировна
Психолог, Гештальт-терапевт Супервизор
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru