— Она всё равно никуда не денется. Квартира оформлена правильно, через полгода всё будет готово. Мать уже нашла нужного человека.
Я замерла в прихожей, не успев снять сапоги. Голос Олега доносился из спальни — уверенный, спокойный, почти деловой. Такой я его не слышала никогда. Дверь была приоткрыта, и я невольно придержала дыхание.
— Да не волнуйся ты, — продолжал муж. — Виктор согласен. Оформим долг, через суд всё пройдёт чисто. Она даже не поймёт, пока не поздно будет.
Сердце ухнуло куда-то вниз. Я осторожно отступила назад, стараясь не шуметь. Аккуратно прикрыла входную дверь и снова открыла её, на этот раз громко, с обычным бряцанием ключами.
— Лег, я дома! — крикнула я, стараясь, чтобы голос звучал естественно.
Он вышел из спальни через несколько секунд. Обычный, знакомый, в домашних штанах и футболке. Улыбнулся, подошёл, поцеловал в щёку.
— Рано сегодня, — сказал он. — Что-то случилось?
— Клиентов нет, всё после праздников ещё вялое. Директор отпустил пораньше, — я стянула сапоги, повесила куртку. — А ты что делаешь?
— Да так, документы разбирал. По работе звонили, обсуждали новый объект.
Он говорил легко, без напряжения. Я кивнула, прошла на кухню. Руки дрожали, и я сжала их в кулаки, чтобы Олег не заметил. «Квартира оформлена правильно», — эхом отдавалось в голове. Моя квартира. Та самая, которую родители подарили мне шесть лет назад, ещё до свадьбы. Однушка на третьем этаже, с видом на парк. Мы с Олегом поженились четыре года назад, и он переехал сюда. Я никогда не думала, что это может стать проблемой.
Вечером мы ужинали как обычно. Олег рассказывал про работу, про то, что скоро начнётся новый проект. Я кивала, поддерживала разговор, но мысли были совсем о другом. «Мать уже нашла нужного человека». Валентина Петровна, моя свекровь. Женщина с железной хваткой и стальными принципами. Бывшая учительница русского языка, она умела добиваться своего. Всегда.
На следующий день я не пошла на работу. Сказала, что приболела. Олег уехал утром на объект, и я осталась одна. Прошлась по квартире, открыла шкаф, где мы хранили документы. Всё было на месте — свидетельство о собственности, паспорта, свидетельство о браке. Я сфотографировала все важные бумаги на телефон, сложила обратно.
В обед позвонила сестре.
— Лидка, мне нужно с тобой поговорить. Можно сегодня встретимся?
— Что-то случилось? — сразу насторожилась она.
— Расскажу при встрече. Лучше не по телефону.
Мы встретились в кафе недалеко от её работы. Лидия слушала внимательно, не перебивая. Когда я закончила, она откинулась на спинку стула.
— Ты уверена, что речь шла о твоей квартире?
— Уверена. Олег сказал «она», и контекст был очевидный.
— И что ты собираешься делать?
— Не знаю пока, — призналась я. — Но просто сидеть и ждать не буду.
Лидия задумалась.
— Помнишь, в ноябре мы были у тебя на дне рождения? Валентина Петровна тогда долго ходила по комнатам, рассматривала всё. Говорила, что квартира хорошая, удобная. А потом спросила, не думали ли вы расширяться, покупать что-то побольше.
— Она часто такое говорит. Считает, что мы должны были давно обзавестись трёшкой где-нибудь в центре.
— Катюш, а ещё я вспомнила. На Новый год, когда мы все сидели за столом, она рассказывала своей подруге Зинаиде Михайловне про какую-то квартиру. Сказала, что скоро у них будет вторая жилплощадь. Я тогда подумала, что они с Олегом собираются что-то покупать.
Меня словно обухом ударили.
— Она так и сказала? «У них будет вторая жилплощадь»?
— Да. Зинаида Михайловна даже поздравила её.
Я вцепилась в чашку с чаем.
— Значит, это не просто разговоры. Они уже планируют конкретно.
— Тебе нужен юрист, — решительно сказала Лидия. — Причём хороший. И срочно.
На следующий день я обратилась к соседке Ирине Семёновне. Она жила этажом выше, и мы иногда встречались в подъезде. Я знала, что раньше она работала юристом, потом ушла на пенсию. Женщина строгая, но справедливая.
— Заходи, Катенька, — она пропустила меня в квартиру. — Чай будешь?
Я покачала головой.
— Ирина Семёновна, мне нужна ваша помощь. Вернее, ваш совет.
Я рассказала ей всё. Она слушала молча, лишь иногда кивая. Когда я закончила, на её лице отразилась тревога.
— Схем, как отобрать квартиру у законного владельца, существует немало, — сказала она медленно. — Самая распространённая — через доверенность. Оформляют на управление имуществом, а потом продают квартиру. Ты подписывала что-нибудь в последнее время?
— Нет. Олег несколько раз просил подписать какие-то бумаги, говорил, что это для оформления совместной собственности. Но я отказалась. Сказала, что некогда, потом разберёмся.
— Умница, — одобрительно кивнула Ирина Семёновна. — Вторая схема — через фиктивные долги. Оформляют липовый заём, потом через суд требуют возврата, а в качестве обеспечения забирают недвижимость. Третья — признание сделки недействительной. Но тут нужны серьёзные основания.
— Что мне делать?
— Первое — проверь, не оформлено ли на тебя что-то без твоего ведома. Кредиты, доверенности, долговые расписки. Второе — собирай доказательства. Если можешь записать их разговоры — записывай. Третье — готовься к худшему. Если они решились на такое, просто так не отступят.
Я вышла от Ирины Семёновны с тяжёлым сердцем. Вечером Олег пришёл домой весёлый.
— У меня новость, — сказал он. — Мать хочет приехать завтра. Сказала, что соскучилась, хочет нам помочь по хозяйству.
Валентина Петровна приезжала редко. Обычно мы сами ездили к ней. Её внезапное желание «помочь» выглядело подозрительно.
— Хорошо, — сказала я. — Пусть приезжает.
На следующий день она появилась с утра. Высокая, статная, с укладкой в парикмахерской и строгим взглядом. Поздоровалась со мной кивком, прошла на кухню.
— Катя, ты же на работе весь день, — сказала она. — Я тут уберусь, может, обед приготовлю.
— Спасибо, но я сегодня дома. Отгулы беру.
Она поджала губы, но ничего не сказала. Олег уехал на объект, и мы остались вдвоём. Валентина Петровна ходила по квартире, заглядывала в шкафы, что-то поправляла. Потом спросила:
— Катя, а где вы храните документы? Олег говорил, что нужно кое-что проверить.
— Всё на месте, — коротко ответила я. — Не переживайте.
Она окинула меня оценивающим взглядом и больше не спрашивала. Ушла через час, сославшись на дела. Когда за ней закрылась дверь, я обыскала всю квартиру. Ничего подозрительного не нашла, но в кармане Олеговой куртки, висевшей в прихожей, обнаружила визитку. Нотариус Соколова Елена Владимировна. Адрес, телефон.
Я сфотографировала визитку и положила обратно. Сердце билось где-то в горле. Зачем Олегу нотариус? Мы ничего не собирались оформлять.
Вечером я позвонила по указанному номеру. Представилась клиенткой, попросила консультацию по оформлению доверенности.
— Приезжайте в офис, — сказала приятный женский голос. — Мы всё обсудим.
— А можно уточнить, — осторожно начала я. — Мой муж, Олег Морозов, уже обращался к вам? Я хочу понять, что он хотел оформить.
Пауза.
— Вы его супруга? — голос стал настороженным.
— Да, — я сглотнула. — Екатерина Морозова.
— Послушайте, — женщина понизила голос. — Я не могу разглашать информацию о клиентах. Но раз вы его жена, скажу. Приходил мужчина с вашим именем и паспортом. Хотел оформить доверенность на управление квартирой. Но сделка сорвалась.
— Почему?
— Подпись не совпала. Я сличила с паспортом, и было видно, что это подделка. Я отказала в услугах и порекомендовала больше не обращаться.
У меня похолодело внутри.
— То есть кто-то выдавал себя за меня?
— Похоже на то. Советую обратиться в полицию. Это серьёзное нарушение.
Я поблагодарила и положила трубку. Руки тряслись. Значит, они уже пытались. Нашли кого-то, кто выдал себя за меня, но не получилось. Наверняка сейчас ищут другой способ.
Олег вернулся поздно. Я встретила его как обычно, ничем не выдав волнения.
— Как день прошёл? — спросил он.
— Нормально. Твоя мама приходила, хотела помочь, но я справилась сама.
— Она беспокоится о нас, — Олег снял ботинки. — Хочет, чтобы у нас всё было хорошо.
— Конечно, — я натянуто улыбнулась.
На следующий день я поехала к адвокату, которого порекомендовала Ирина Семёновна. Пожилой мужчина с седыми волосами выслушал меня внимательно.
— У вас есть доказательства? — спросил он.
— Пока только подслушанный разговор и визитка нотариуса.
— Этого мало для суда. Нужны записи, документы, свидетели.
— Я постараюсь.
Следующие несколько дней я жила как на иголках. Олег ничем не выдавал своих планов. Вёл себя обычно, ходил на работу, возвращался, ужинал, смотрел телевизор. Валентина Петровна звонила каждый день, интересовалась, как дела. Один раз спросила, не нужна ли нам помощь с деньгами. Я вежливо отказалась.
В пятницу Олег сказал, что в субботу поедет к матери.
— Останешься дома? — спросил он.
— Да, устала за неделю. Отдохну.
Он уехал утром. А через полчаса я услышала звонок в дверь. Открыла — Валентина Петровна.
— Здравствуй, Катя. Олег забыл документы, просил привезти.
— Какие документы? — я не пустила её дальше порога.
— Да вот, из шкафа. Он сказал, что в синей папке.
— Я сама передам ему, когда увидимся.
Её лицо на мгновение исказилось, но она быстро взяла себя в руки.
— Хорошо. Передай, что я заходила.
Когда она ушла, я перепроверила все документы. Всё было на месте. Но стало понятно — они не оставят попыток.
Через неделю Олег объявил, что к нам приедет его брат Виктор из Воронежа. Я встревожилась. Виктора я видела всего пару раз, он работал в строительной компании и редко бывал в Москве.
— Зачем он едет? — спросила я.
— Дела у него тут. Заодно к нам заглянет.
Виктор приехал в среду вечером. Крупный мужчина с жёстким лицом, он поздоровался со мной сдержанно. Олег встретил его радостно, они сели на кухне, открыли бутылку вина. Я готовила ужин и слушала их разговор.
— Так что там с тем делом? — спросил Виктор.
— Всё идёт по плану. Мать уже всё подготовила. Остались последние штрихи.
— А она точно не узнает?
— Да откуда. Она даже не догадывается.
Я стояла у плиты, притворяясь, что не слышу. Внутри всё кипело. Значит, Виктор тоже в деле. Брат, которого я почти не знала, помогает обобрать меня.
Вечером, когда Виктор ушёл в комнату, я подошла к Олегу.
— Он надолго?
— Дня на три. Не переживай, не помешает.
На следующий день я снова позвонила Ирине Семёновне.
— Мне нужно записать их разговор. Но как это сделать незаметно?
— Есть специальные приложения на телефон. Включаешь диктофон и оставляешь где-нибудь в комнате. Главное, чтобы они не заметили.
В пятницу вечером я сказала, что иду к подруге. Олег кивнул, Виктор сидел на диване с телефоном. Я вышла, но вернулась через десять минут. Тихо открыла дверь ключом, прошла в прихожую, сняла сапоги. На кухне слышались голоса. Я включила диктофон на телефоне, положила его на полку в коридоре и замерла.
— Значит, ты оформишь долг на себя, — говорил Олег. — Пятьсот тысяч. Якобы я брал у тебя в прошлом году.
— А она подпишет бумаги? — это Виктор.
— Не нужно. Мать нашла способ. Через адвоката оформим всё так, будто я поручитель. А потом через суд взыщем с неё. Квартира пойдёт в счёт долга.
— И мать уверена, что сработает?
— Она всё просчитала. Нужно только время. Ещё месяца три.
Я слушала, и внутри всё сжималось. Значит, они планировали подставить меня через липовый долг. Виктор должен был стать кредитором, а я — должником.
Голоса стихли. Я услышала шаги, быстро схватила телефон и бесшумно вышла из квартиры. Спустилась на лифте, вышла на улицу. Села на лавочку во дворе, дрожащими руками открыла запись. Всё сохранилось.
Я вернулась через полчаса, сделав вид, что только что пришла. Олег и Виктор сидели перед телевизором, смотрели футбол.
— Как сходила? — спросил Олег.
— Нормально. Посидели, поговорили.
На следующий день я снова встретилась с адвокатом. Показала ему запись.
— Это уже серьёзно, — сказал он. — С таким можно идти в суд. Но лучше сначала попробовать решить всё мирно. Разоблачите их, предъявите доказательства. Может, испугаются и отступят.
— А если нет?
— Тогда разводитесь и подавайте в суд за попытку мошенничества.
Я вернулась домой с твёрдым решением. Хватит прятаться и бояться. Пора действовать.
Виктор уехал в воскресенье. Я проводила его до двери, вежливо попрощалась. Он смотрел на меня с лёгкой усмешкой, словно знал что-то, чего не знала я.
В понедельник я позвонила Виктору сама. Нашла его номер в телефоне Олега, когда тот был в душе.
— Виктор, это Катя. Мне нужно с вами поговорить.
— О чём? — он насторожился.
— О долге в пятьсот тысяч. Том самом, который вы с Олегом придумали.
Тишина.
— Не знаю, о чём вы.
— Знаете. У меня есть запись вашего разговора. Так что давайте встретимся и обсудим всё спокойно. Или я передам эту запись адвокату.
Он замялся.
— Где встретимся?
Мы договорились на вторник, в кафе рядом с метро. Виктор пришёл хмурый.
— Показывайте запись, — сказал он.
Я включила телефон. Он слушал, и лицо его становилось всё мрачнее.
— Вы понимаете, что вас подставляют? — сказала я, когда запись закончилась. — Валентина Петровна и Олег хотят оформить липовый долг на ваше имя. А потом, если что-то пойдёт не так, крайним останетесь вы.
— Мать сказала, что это законная сделка, — буркнул он.
— Законная? Поддельные документы, фиктивный долг? Вы хоть понимаете, что за такое можно сесть?
Виктор побледнел.
— Я не хотел никого подставлять. Мать сказала, что вы с Олегом решили развестись, и квартиру нужно переоформить.
— Мы не собираемся разводиться. Точнее, не собирались до недавнего времени. Олег хочет отобрать у меня квартиру и выставить меня на улицу.
Он молчал, сжав кулаки.
— Что вы хотите?
— Чтобы вы отказались от этой авантюры. Завтра приедете к нам домой, скажете всё как есть. При мне, при Олеге и при вашей матери.
— Она меня убьёт.
— Лучше пусть убьёт на словах, чем потом вы сядете в тюрьму за мошенничество.
Виктор согласился. Мы договорились на среду, вечером.
Я позвонила Валентине Петровне.
— Здравствуйте. Я хотела пригласить вас завтра к нам на ужин. Виктор тоже будет, он задержался в Москве.
— Хорошо, — она удивилась, но согласилась.
В среду вечером собралась вся семья. Олег был в прекрасном настроении, шутил, накрывал на стол. Валентина Петровна сидела с каменным лицом, поглядывая на меня. Виктор молчал, глядя в тарелку.
Когда все сели за стол, я встала.
— Хочу сказать тост, — начала я. — За семью. За честность. За то, чтобы близкие люди не предавали друг друга.
Олег хмыкнул.
— Ты что-то сегодня философствуешь.
— Просто я узнала кое-что интересное, — я достала телефон. — Например, что вы с матерью планировали отобрать у меня квартиру. Через фиктивный долг и суд.
Валентина Петровна застыла с бокалом в руке. Олег побледнел.
— Что ты несёшь?
— Я несу правду. Вот запись вашего разговора с Виктором. Хотите послушать?
Я включила запись. Голос Олега звучал чётко: «Мать нашла способ. Через адвоката оформим всё так, будто я поручитель. А потом через суд взыщем с неё. Квартира пойдёт в счёт долга».
Когда запись закончилась, воцарилась тишина. Валентина Петровна первой пришла в себя.
— Это подделка!
— Нет. Это оригинальная запись с моего телефона. И у меня есть свидетели, и документы.
Виктор медленно поднял голову.
— Я не знал, что это незаконно. Мать сказала, что всё по закону.
— Ты что делаешь?! — взвилась Валентина Петровна.
— Я не буду соучастником мошенничества, — твёрдо сказал Виктор. — Извини, мать, но это перебор.
Олег наконец заговорил.
— Катя, давай спокойно всё обсудим.
— Обсуждать нечего. Завтра я подаю на развод. Все доказательства у моего адвоката. Если попытаетесь снова что-то предпринять, я обращусь в полицию.
— Ты с ума сошла! — Валентина Петровна вскочила. — Мы хотели как лучше! Эта квартира должна принадлежать семье!
— Эта квартира принадлежит мне. И только мне. А вы хотели как лучше для себя, а не для меня.
Олег попытался было что-то сказать, но я остановила его жестом.
— Всё. Разговор окончен. Прошу вас покинуть мою квартиру.
Валентина Петровна хотела возразить, но Виктор взял её за руку.
— Пойдём, мать. Тут больше делать нечего.
Они ушли. Олег остался.
— Катя, мы можем всё уладить, — начал он.
— Нет. Завтра ты собираешь вещи и уезжаешь. К матери или к друзьям, мне всё равно. Но в эту квартиру я тебя больше не пущу.
Он пытался давить на жалость, обещал, что всё изменит, что больше так не будет. Но я стояла на своём. Через два дня он съехал.
Развод прошёл быстро. Олег не стал тянуть, понимая, что доказательства против него железные. Адвокат предупредил его, что попытка дальнейших манипуляций закончится уголовным делом.
Прошёл месяц. Февраль выдался снежным, метели не прекращались. Я сидела на кухне с сестрой Лидией, мы пили чай.
— Ты молодец, что не растерялась, — сказала она. — Другая бы испугалась, поверила и осталась ни с чем.
— Просто вовремя услышала нужные слова, — ответила я. — А ведь могла пройти мимо.
За окном кружила метель. Я смотрела на падающий снег и думала о том, как иногда одна случайно услышанная фраза может изменить всю жизнь. Если бы я не вернулась домой в тот день пораньше, если бы не услышала разговор Олега по телефону, всё могло закончиться совсем иначе.
Лидия обняла меня за плечи.
— Главное, что теперь ты свободна. И квартира твоя.
— Да, — я кивнула. — Теперь я точно знаю, что никуда не денусь. Потому что это мой дом. И никто не имеет права его у меня отнимать.
Мы досидели до вечера, говорили о планах, о будущем. Когда Лидия ушла, я осталась одна. Квартира была тихой и спокойной. Я прошлась по комнатам, погладила стены. Это было моё. Только моё. И я отстояла это право.
Прошло полгода. Я привыкла к тишине своей отвоёванной квартиры, когда услышала крики этажом выше. Знакомые интонации, знакомые слова... "Документы где?" - орал мужской голос. "Ты их спрятала!" Я замерла. Неужели опять? Поднялась по лестнице и остановилась у двери 47. Там жила Марина Петровна, тихая вдова. И вдруг я услышала другой голос. Женский. Властный.
"Не притворяйся дурочкой! Квартира будет нашей!"
Валентина Петровна?! Моя бывшая свекровь?!
Конец 1 части, продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей. Читать 2 часть...