Январь 1969 года. Крабовидная туманность начала мигать
В центре Крабовидной туманности астрономы из Обсерватории Стюарда (Аризонский университет) заметили странное:
тусклая звёздочка 16-й величины вела себя как неисправная гирлянда.
Она не светила — она тикала.
Так был впервые оптически обнаружен пульсар — космический маяк, оставшийся после взрыва сверхновой.
Пульсар в Крабовидной туманности выдавал импульсы с рекордной частотой: один всплеск каждые 33 миллисекунды.
Для сравнения: за это время человек ещё не успевает моргнуть, а нейтронная звезда уже успевает сказать «я здесь» тридцать раз 😉.
Наблюдения вели на скромном 36-дюймовом телескопе с фотоумножителями, способными ловить сверхбыстрые колебания света.
Разговоры астрономов в ночь открытия даже записали на плёнку —
на всякий случай, если Вселенная вдруг передумает.
Правда, учёные забыли учесть движение Земли вокруг Солнца:
если бы вспомнили, импульсов стало бы то чуть больше, то чуть меньше.
Космос простил, но галочка в тетрадке осталась.
Пульсирует не сама нейтронная звезда, а плазма, вырывающаяся с её поверхности и носящаяся вдоль магнитных линий. Ось вращения звезды и ось магнитного поля не совпадают,
поэтому сигнал работает как космический фонарик: крутится — и светит строго по расписанию.
Уже через год пульсар нашли в рентгене, позже — и в гамма-диапазоне.
А главное — стало ясно: э
то нейтронная звезда, и никакая «обычная» звезда так быстро вращаться не может.
Её бы просто разорвало на запчасти.
Пульсар в Крабовидной туманности оказался настолько стабильным, что стал космической линейкой.
Для калибровки рентгеновских приборов даже ввели единицу измерения — «милликраб».
Да, Вселенная официально разрешила измерять себя крабами.
С тех пор мы знаем:
после взрыва сверхновой жизнь не заканчивается, она просто начинает мигать с точностью атомных часов.
