- Леся, - сказала мама, - на минутку…
- Мам, сейчас? Катя только-только проснулась, я еще не завтракала…
- Позавтракаешь потом. А теперь слушай, - мама пришла ни свет ни заря, и настрой у нее явно отвратительный, - Ты съезжаешь с квартиры.
Леся недавно думала, что плохих новостей с нее хватит. У мужа был роман на стороне. Она его выгнала и осталась с трехмесячной дочкой. Толик рвался назад, караулил под подъездом, но к ребенку не подходил, сказал, что “когда живет отдельно, не чувствует себя отцом”. Прямой намек на то, что его надо простить.
- Что? Мам, ты чего?
Анна Михайловна и бровью не повела.
- Я не шучу, Лесь. Мы с отцом подарили эту квартиру вам с Толей, когда вы поженились. Как молодой семье. А поскольку вы с мужем разводитесь, то тебе и квартира эта не нужна. Квартира для семьи, а ты от семьи отказываешься. Зачем тебе квартира?
Как связаны развод и квартира?
- Мам, какое “не нужна”? Мы с Катей тут живем! То, что Толик ушел…
- Он не уходил! Он мне позавчера звонил и говорил, что не знает, как помириться. На разводе настаиваешь ты!
- Ты сейчас прислушиваешься к его мнению больше, чем к моему?
- Я прислушиваюсь к здравому смыслу! - ответила мама, - Вы расходитесь! Зачем вам жить в квартире, которую мы вам купили, когда вы были вместе? Она наша. Мы ее заберем. А ты, Леся, пока поживешь у нас или… ну, или живи тут, но с Толей. Или…
- Или что? Или я должна убираться из собственного дома, потому что осмелилась быть несчастливой в браке? Ты чья мать - моя или Толина?
Анна Михайловна дочь выгонять не хотела, но с мужем помириться Леся обязана.
- Твоя, конечно, твоя! Вот я тебя, как мать, и воспитываю! Я тебя учу, что нужно быть ответственной. Вышла замуж - все, притирайтесь, терпите, но не разводитесь.
- Но я не хочу с ним жить!
- Захочешь! Пока тебе двадцать, ты еще не доросла до осознания, как важно беречь брак.
- Мам, ты меня шантажируешь.
- Воспитываю.
Леся уже натягивала свою спортивную кофту. Катя лежала в кроватке, ее смесь подогревалась на кухне. Леся обулась и взяла сумку с ключами.
- Ты куда? - мама бросилась за ней, Леся! Я тебя не отпускала!
- Присмотри за Катей!
Чтобы переспорить маму, нужен тот, кто имеет такие же права на эту квартиру.
Леся дошла до пятиэтажки в районе парке, где жил ее отец. Если кто и мог урезонить ее мать, то только он. Даже после развода. Квартиру для Леси они покупали еще в браке.
- Пап! - поскольку не до реверансов, Леся перешла к главному, - Меня мама из квартиры выселяет! Она сказала, что раз мы разводимся, то квартира, которую вы с мамой подарили, мне не нужна! Якобы, это жилье для семьи. Раз мне не нужна семья, то не нужна и квартира. Поговори с ней, пап!
Леся думала, что огорошит отца этой информацией, но по его взгляду “лучше бы ты не приходила”, она поняла - он знает.
- Хочешь чаю? - промямлил он.
- Пап, не надо чая! Надо поговорить с мамой!
- Лесь, не пойми меня превратно… но твоя мама права.
У Леси отнялся язык. Она сидела, разинув рот, как рыбка в аквариуме.
- Что? Ты с ней согласен?
- Согласен. Развод - это ужасно, Лесенька. И я, конечно, не хочу, чтобы ты осталась без крыши над головой. Но квартира была для семьи. Для вас с Толей. Поэтому подумай… может, Толя не так и плох?
- Вы настолько меня не любите? - сокрушенно спросила Леся, понимая, что отец за нее не заступится.
- Мы любим тебя, но мы также видим реальность, - он открыл балкон, впустив прохладный воздух, - И желаем тебе добра. Я не хочу, чтобы моя внучка росла без отца.
- Хочешь, чтобы она жила с отцом, у которого параллельно будет еще несколько семей? - спросила Леся, - А оно так и будет! Гульнул раз - будет гулять и дальше.
- Лесь, кто из нас в молодости не ошибался? Нет идеальных отношений. Но можно сохранить семью. Пусти ты своего Толю обратно домой, и живите спокойно в той квартире.
Сговорились. Мама с папой, которые сами же и развелись, теперь сговорились против нее.
- Ты издеваешься? - Леся толкнула балконную дверь - дует, - Ты предлагаешь мне либо терпеть его похождения, либо оказаться с дочкой на улице? Это шантаж, пап!
- Это не шантаж, а возможность принять правильное решение, пусть сейчас ты и бесишься. Ты можешь попробовать помириться. Вы молодые. Кате нужна семья.
Просто браво. О какой семье речь, если родные родители от нее отвернулись?
- Спасибо за поддержку, пап, - сказала она, - Я поняла.
Следующие несколько часов были потрачены на бессмысленную прогулку по городу. Замечательно. Ее родители, которые так красиво и показательно развелись, преподавали ей урок о том, что брак, даже если он рушится, должен быть сохранен ради недвижимости. Что может быть лучше?
Она думала о Толе. Он был хорошим отцом. Слишком хорошим, чтобы быть таким плохим мужем. Он извинялся, плакал, клялся, что это была ошибка. Только Лесе-то с этого что? Предательство ничем не перекроешь.
К вечеру Леся поняла: она не простит ни отца, ни мать. И квартира их ей не нужна.
Она пришла обратно к маме.
- Леся! Господи, где ты была! Я чуть с ума не сошла! - воскликнула мама, - Твой отец звонил! Фух, напугала ты нас… Позвони Толе. Я ему сейчас наберу. Он согласен вернуться. Ты же не хочешь терять свое жилье из-за глупости?
Но Леся только фыркнула.
- Я съезжаю, мам.
- Что? - Анна Михайловна застыла.
- Дайте мне месяц, чтобы съехать. Я заберу вещи и Катю.
- Леся, ты же несерьезно? Куда ты поедешь? У тебя нет денег на аренду! Отец тоже не даст тебе денег, я говорила с ним!
- Справлюсь. Но с Толиком жить не буду. Отдай эту квартиру ему, если он тебе дороже дочери.
- Лесь, сядь. Сядь и давай поговорим. Я тебя не выгонять пришла. Я прошу, чтобы ты все взвесила…
- Нет, тебе надо, чтобы я согласилась с тобой.
К счастью, у Леси еще были пути для отступления. У нее, помимо родителей, есть подруги. Мила вот тоже мать-одиночка, и готова пустить Лесю, если они разделят обязанности. Так-то всем будет легче.
- Значит, так. Макса я с утра отвожу в сад, я на удаленке. Твоя Катя - ангел, она почти не плачет, когда я ее держу. Будем жить по графику. Ты стираешь, я готовлю. Потом поменяемся, - инструктировала Мила, когда Леся со своими пожитками уже расположилась в маленькой комнате.
- Мила, спасибо… без тебя я бы и не знала, куда пойти.
- Ничего. Прорвемся. В моей жизни и похуже моменты бывали, так что ты не раскисай.
Родители звонили. Сначала настойчиво, потом с упреками.
- Леся, ты правда собираешься оставаться там? У тебя же своя квартира! Помирись с мужем - и живите, как люди! Или я Соню приглашу туда. У нее семья, ребенок, ей нужнее. Думай быстрее.
Леся просто клала трубку. Толя звонил, предлагая вернуться и обещая “поставить крест” на той барышне, к которой и захаживал. Леся даже не дослушала.
Она освоилась. Нашла, не без помощи Милы, подработку удаленно. От мамы Леся сознательно скрывалась, но мама-таки ее где-то засекла.
- Мам? Не говори, что весь день тут сидела под подъездом.
- Я знала подъезд, но не знала квартиру, - сказала Анна.
Когда они поднялись в квартиру, Мила, почувствовав напряжение, быстро собрала Макса и ушла “по делам”.
- Я думала, мы уже обо всем поговорили… - произнесла Леся, - Что, уже пустила в квартиру Соню? Пришла мне побольнее сделать?
- Я никогда не хотела сделать тебе больнее… - сказала мама, - Я хочу, чтобы у тебя была семья. Не так, как у нас с твоим отцом. Ты, в силу возраста, еще не понимаешь, что разрушить-то легко, а вот построишь ли ты семью с кем-то другим - большой вопрос. Так и будешь мыкаться, как неприкаянная. Не упрямься, Леся! Я тебе не враг! Твой Толик мне звонил. Весь в слезах. Он готов помириться хоть сейчас! Мирись с ним, и живи в своей квартире!
Леся не предложила маме ничем перекусить.
- Конечно, Толик не против помириться. Это ведь Толик налево ходил, а не я.
- Ну, гульнул разок! Бывает. Мужчины так устроены. Ты потом поймешь, что лучше гулящий муж, чем никакого!
- Нет, мам. Я не пойму, - Леся покачала головой.
- Ты просто упрямая! Ты разрушишь свою жизнь из-за гордости.
Анна Михайловна долго смотрела на дочь, и в ее взгляде читалось молчаливое осуждение. Могла бы заставить - заставила бы. Но свои мозги другому не вложишь, а дочь упрямая.
- Ну и живи как хочешь, - процедила она, - Но когда тебе понадобится помощь, не звони мне. Я свою позицию озвучила.