15 октября 1959 года в парадной мюнхенского дома на Крайтмайтерштрассе нашли человека без сознания. Его звали Штефан Попель, хотя настоящее имя было Степан Бандера — лидер украинских националистов в эмиграции. По дороге в больницу он умер. Смерть политика с таким количеством врагов сразу вызвала подозрения, но ЦРУ и западногерманская разведка БНД долгое время считали, что Бандера либо покончил с собой, либо его отравил кто-то из соратников в борьбе за власть над умами украинских эмигрантов. Тайна раскрылась только через два года — и раскрылась так, что её хватило бы на сценарий шпионского триллера.
13 августа 1961 года, всего за несколько дней до возведения Берлинской стены, на простой электричке из ГДР в ФРГ приехала семейная пара: гражданка Восточной Германии Инге Поль и её муж, личность которого ещё долго не могли подтвердить. Тридцатилетний человек назвал себя Богданом Сташинским и заявил, что он является агентом КГБ, ликвидировавшим на территории Германии лидеров украинских националистов. Конечно, сперва ему не поверили. У спецслужб и полиции ушло немало времени на проверку показаний перебежчика, но в конце концов они восстановили картину гибели Бандеры и подтвердили: перед ними спецагент КГБ. Помимо фабулы преступления, Сташинский раскрыл и причины, заставившие его бежать из страны Советов — а эти причины оказались ещё более драматичными, чем само убийство.
От листовок до ордена Красного Знамени
Богдан Сташинский родился в 1931 году в селе Борщовичи Львовской области. Семья воспитывала его в духе национализма, родственники работали в националистическом подполье. В девятнадцать лет юноша уже разносил антисоветские листовки — за этим его и поймали сотрудники МГБ. Угрожая всей семье репрессиями, молодого Сташинского завербовали. Через какое-то время он смирился и даже поверил в правоту дела своего нового начальства. Начал честно служить: сдал жениха своей сестры и ещё нескольких членов подполья. Заслужившего доверие агента отправили учиться в Киев, а затем забросили в ГДР — работать связным, учить немецкий и устанавливать различные контакты.
В 1957 году Сташинский получил наконец серьёзное задание — ликвидировать проживающего в ФРГ Льва Ребета. Ребет был публицистом и видным вдохновителем украинских эмигрантов-националистов. Из Москвы Сташинскому передали оружие — так называемый ядовитый пистолет. Звучит как сюжет шпионского фильма, но так оно и было. Пистолет представлял собой трубку, в которой была спрятана ампула с веществом на основе цианистого калия. При нажатии на спусковой крючок ампула разбивается и бьёт струя моментально испаряющегося яда. Стрелять надо точно в лицо жертвы — вдох паров отравы вызывает закупорку сосудов в мозгу и смерть. Так Сташинский и убил Ребета. Всё выглядело как внезапная смерть из-за сердечно-сосудистых заболеваний.
Следующее задание казалось сложнее — убить Степана Бандеру. Облегчало задачу то, что тот в последние годы пренебрегал безопасностью и нередко ходил без охраны. После долгого изучения жертвы Сташинский приступил к делу. Но две попытки провалились по разным причинам: то сложно было вскрыть дверь парадной его дома, то неподалёку маячили потенциальные свидетели. Наконец 15 октября 1959 года план сработал. Сташинский спрятался в вестибюле дома Бандеры и стал ждать. Спустя какое-то время тот вернулся домой с покупками в руках и начал неловко возиться с дверью парадной. Сташинский стал спускаться ему навстречу. В руке у него был зажат пистолет с ядом, завёрнутый в газету. Поравнявшись с Бандерой, убийца буркнул что-то по-немецки, и тот посмотрел на незнакомца. В этот же момент Бандера получил заряд цианистого калия в лицо, сделал вдох и упал. Сташинский прошёл мимо, проглотив таблетку-антидот. Через несколько дней Бандеру похоронили. В могилу положили горсть украинской земли.
А Сташинский пробрался в ГДР и вскоре был триумфально встречен в Москве. Его поздравили, подарили фотоаппарат, повысили зарплату до 2500 рублей, а председатель КГБ Александр Шелепин лично вручил орден Красного Знамени. Но, пожалуй, самым важным для Сташинского было то, что благожелательно настроенный Шелепин дал своё согласие на брак агента с гражданкой ГДР Инге Поль. В простую немецкую девушку, парикмахершу Инге, Сташинский влюбился за пару лет до этого. Но с Поль всё оказалось непросто — немка придерживалась антисоветских взглядов. Она подпитывала сомнения мужа, завербованного по молодости и, откровенно говоря, по глупости. Поль уговаривала его бежать на Запад.
Мёртвый младенец как пропуск на Запад
Сташинский и сам понимал, что бежать придётся — из-за жены благожелательность начальства быстро улетучилась и сменилась подозрительностью. За ним следили, дом прослушивали, а от любимой рекомендовали отказаться. Когда Инге забеременела, руководство советовало сделать аборт. Несмотря на то что у них родился сын, их разделили: Сташинского по службе оставили в Москве, а его семью — в Берлине. Лишь под предлогом смерти младенца и похорон Сташинского всё-таки отпустили в Берлин в августе 1961 года. До сих пор неизвестно, действительно ли умер их сын — на похороны родители не пришли. Вместо этого они отправились в Западный Берлин.
Как считает исследовавший дело Сташинского историк Сергей Плохий, бывший агент КГБ сожалел о своей роли киллера и искренне раскаивался. В то, что Богдан был тоже своего рода жертвой КГБ и орудием преступления, поверила даже вдова Ребета. В обмен на признание и информацию о сослуживцах Сташинский получил защиту западных спецслужб и чрезвычайную снисходительность немецкого суда. В 1962 году за два убийства его приговорили к восьми годам заключения, из которых он реально отсидел лишь четыре года. Что стало со Сташинским потом — неизвестно. По некоторым данным, он жил и работал в ЮАР как военный советник.
Зачем вообще нужна была эта операция?
За драматическими подробностями ликвидации Бандеры и судьбы его убийцы иногда теряется ключевой вопрос этой истории: зачем вообще КГБ понадобилось устранение людей, давно живущих за пределами СССР? Насколько был оправдан риск — ведь шансов провалить такую операцию за рубежом имелось множество, а провал привёл бы к международному скандалу и репутационным потерям Советского Союза. К тому же националистическое подполье в СССР к тому времени было давно подавлено, украинская эмиграция не была едина, а Бандера имел влияние лишь на одну фракцию, пусть и заметную. Реальной власти у когда-то действительно опасного повстанца не было, и серьёзной угрозы он не представлял. А убийство могло сделать Бандеру мучеником, погибшим от рук мстительных чекистов. По этой причине планы МГБ-КГБ по его устранению, появившиеся ещё в конце сороковых, ждали своего исполнения больше десяти лет.
Что изменилось к концу пятидесятых? Как считает тот же Сергей Плохий, дело в заинтересованности Никиты Хрущёва, а мотив советского вождя — стремление завершить наконец борьбу с украинскими националистами, которой он лично отдал столько сил в сороковые годы. Историк полагает, что план КГБ состоял в том, что группы украинских эмигрантов начнут подозревать друг друга в убийствах Ребета и Бандеры, и это сделает их объединение и эффективную диверсионную работу против СССР невозможной. Другое объяснение решения ликвидировать Ребета и Бандеру предложил историк Александр Степанов: он считает, что Хрущёва и КГБ спровоцировали венгерские события 1956 года — появились опасения, что из-за них усилятся националистические настроения и в Украинской ССР.
История с ядовитым пистолетом, влюблённым агентом и мёртвым младенцем показывает, насколько сложными и человечными могут быть даже самые засекреченные спецоперации. Сташинский выполнил задание, получил награды — и в итоге бежал на Запад, потому что любовь к немецкой парикмахерше оказалась сильнее страха и идеологии. Бандера превратился в мученика, хотя этого и пытались избежать. А сам смысл операции до сих пор вызывает вопросы: стоило ли устранение одного человека, уже не представлявшего реальной угрозы, тех рисков, которые КГБ на себя взял? Ответ на этот вопрос каждый даёт сам.
Было интересно? Если да, то не забудьте поставить "лайк" и подписаться на канал. Это поможет алгоритмам Дзена поднять эту публикацию повыше, чтобы еще больше людей могли ознакомиться с этой важной историей.
Спасибо за внимание, и до новых встреч!