Я всё ещё верю.
Не так, как раньше. Не слепо. Не наивно.
Но верю.
Иногда мне кажется, что это странно — после всего, что было, всё ещё во что-то верить. После разочарований, недосказанностей, уходов, тишины вместо ответов. После обещаний, которые так и остались словами.
И всё же вера во мне осталась. Просто она стала другой.
Раньше я верила широко, нараспашку.
Верила сразу и полностью.
Без условий. Без страховки. Без плана «Б».
Я верила людям быстрее, чем себе.
Верила словам, интонациям, взглядам.
Верила тому, что чувствую, не проверяя, выдержит ли это реальность.
Мне казалось, что если я открыта, честна и настоящая — этого достаточно. Что мир отвечает тем же. Что любовь обязательно бывает взаимной. Что если между двумя есть тепло, значит, всё получится.
Сейчас я улыбаюсь этим мыслям. Не с насмешкой. Скорее с тихой грустью.
Потому что та вера была красивой.
Но она была беззащитной.
Я слишком долго думала, что осторожность — это холод.
Что дистанция — это равнодушие.
Что сомнения — это слабость.
Мне казалось, что если я начинаю задавать вопросы, значит, я уже не доверяю. А если не доверяю — значит, чувства ненастоящие.
Теперь я знаю: это неправда.
Осторожность — это не отсутствие веры.
Это опыт.
Опыт не ломает веру полностью. Он её фильтрует.
Я всё ещё верю в людей.
Но теперь я не верю сразу.
Я больше не открываюсь целиком в первые минуты.
Не рассказываю самое уязвимое тем, кто ещё не доказал, что умеет быть рядом.
Не вкладываю всю себя туда, где ещё даже не ясно, есть ли почва.
Раньше мне казалось, что любовь — это рискнуть всем.
Сейчас я понимаю: любовь — это рискнуть, но не потерять себя.
Я всё ещё верю в близость.
Но я больше не путаю близость со спешкой.
Раньше мне хотелось быстрее. Быстрее сблизиться, быстрее почувствовать, быстрее назвать вещи своими именами. Мне казалось, что если не сразу, значит, не по-настоящему.
Теперь я не тороплюсь.
Я смотрю.
Я слушаю.
Я замечаю, как человек ведёт себя не на словах, а в паузах. В мелочах. В том, что он делает, когда ему ничего не нужно.
Это не холодность.
Это внимательность.
Я всё ещё верю в любовь.
Но больше не верю в спасение.
Я больше не думаю, что другой человек придёт и сделает меня цельной. Не верю, что кто-то заполнит пустоты, которые я сама в себе не выдерживаю. Не верю, что отношения решают внутренние конфликты.
Раньше мне хотелось, чтобы рядом был тот, кто «заберёт боль».
Теперь я понимаю: если я не умею быть с собой, никто не научит меня этому.
Я всё ещё верю, что можно встретить «своего» человека.
Но я больше не верю, что это происходит случайно и без усилий.
Теперь я знаю: важно не только встретить.
Важно быть готовой.
Готовой говорить, а не молчать.
Готовой слышать, а не додумывать.
Готовой уходить, если боль становится нормой.
Раньше я держалась за отношения даже тогда, когда они давно перестали быть живыми. Я верила, что если потерпеть, если подождать, если стать мягче — всё наладится.
Теперь я знаю: иногда вера — это вовремя остановиться.
Я всё ещё верю в чувства.
Но больше не романтизирую боль.
Мне больше не кажется, что если сложно, значит, глубоко.
Что если больно, значит, сильно.
Что если слёзы, значит, любовь.
Теперь я верю, что любовь может быть тихой.
Спокойной.
Надёжной.
И если её нет — это не провал.
Это просто честность.
Я стала осторожной не потому, что разучилась чувствовать.
А потому, что научилась себя беречь.
Осторожность пришла не сразу.
Сначала была злость. Потом усталость. Потом равнодушие. И только потом — спокойствие.
И именно в этом спокойствии я поняла: я не закрылась.
Я просто перестала раздавать себя без разбора.
Я всё ещё верю людям.
Но теперь я смотрю, как они относятся к моим границам.
Верят ли они моему «нет».
Слышат ли мои паузы.
Уважают ли моё молчание.
Если нет — моя вера туда не идёт.
Раньше я боялась показаться сложной.
Теперь я не боюсь показаться честной.
Раньше мне хотелось нравиться.
Теперь мне важнее быть собой.
Я всё ещё верю, что можно быть счастливой рядом с кем-то.
Но я больше не верю, что счастье начинается только с «мы».
Теперь оно начинается с «я».
С умения быть одной и не чувствовать себя потерянной.
С умения не цепляться за того, кто уходит.
С умения не соглашаться на меньшее только потому, что страшно остаться без.
Моя вера стала тише.
Но глубже.
Она больше не кричит: «Всё будет хорошо».
Она спокойно говорит: «Я справлюсь, даже если не будет».
И в этом — огромная разница.
Я всё ещё верю в будущее.
Но я больше не строю его на фантазиях.
Я верю в действия.
В последовательность.
В честные разговоры.
Я верю в людей, которые остаются.
И в себя — когда я выбираю уйти.
Иногда мне говорят, что я стала другой.
Более закрытой.
Более осторожной.
Возможно.
Но я называю это иначе.
Я стала устойчивой.
Я всё ещё верю.
Просто теперь моя вера не требует жертв.
Не просит исчезать.
Не заставляет терпеть.
Она идёт рядом со мной.
Медленно.
Спокойно.
Осторожно.
И этого достаточно.