Ох, и денек! Только бы скорее добраться до дивана, налить бокал вина и забыть о всех проблемах… – пронеслось у меня в голове, когда я поворачивала к своему подъезду.
Зато забыть мне не дали. Прямо у домофона, как цербер, возникла она. Людмила Петровна, моя бывшая свекровь. Вернее, свекровь бывшего мужа, если быть точной. Драповое пальто с облезлым меховым воротником, от которого несло тяжелыми советскими духами и почему-то жареным луком.
– Катенька, милая! – запела она приторно-сладким голосом. – Я тут… просто… сердце кровью обливается!
Я вздохнула. Вот только этого мне сейчас и не хватало. Уставшая, как собака, после тяжелого рабочего дня, а тут еще и это представление. Попыталась обойти ее, но Людмила Петровна ловко преградила мне путь.
– Людмила Петровна, ну что вам опять нужно? – спросила я как можно более спокойно.
Лицо ее, густо намазанное пудрой, покраснело от мороза и, несомненно, от волнения. Взгляд оценивал меня с головы до ног.
– Катенька, ну как же так можно? Игорек мой пропадает! – запричитала она. – Не ест, не спит, почернел весь!
“Игорек” – это мой бывший, Игорь. Точнее, Игореша, как его любила называть Людмила Петровна. Представляю, как он “пропадает”. Скорее всего, пропивает остатки своих мозгов.
– Людмила Петровна, я тут причем? – уточнила я, стараясь сохранить видимость приличия.
– Да как же причем?! – всплеснула она руками, чуть не задев меня своей огромной сумкой. – Его эта… как ее там… девица эта, которая после тебя… обобрала и бросила! А он ведь ее любил!
Любил, как же. Точно так же, как и меня. То есть, совсем не любил.
– Людмила Петровна, ну это его проблемы, – холодно ответила я. – Я тут не причем.
– Как это не причем?! – возмутилась она. – Он же тебя любит до сих пор! Мужчины, они же такие… ошибаются иногда. Ты должна его простить и спасти!
Я с отвращением вырвала рукав своего пальто из ее цепких пальцев.
– Знаете что? Спасатели – это служба 112. А я… брезгую.
Людмила Петровна побагровела еще больше. Голос ее сорвался на визг.
– Ты брезгуешь своим счастьем?! – завопила она. – Да Игорь – видный мужчина! Ему просто нужно простить его маленькую ошибку! Ты же просто гордячка!
— Людмила Петровна, а не пойти бы вам в ***, вместе со своим сынулей?! С чего это вы решили, что я буду с ним жить, после его измены? – спокойно ответила я. – На каком основании я должна прощать ему то, что он…
Я запнулась, вспомнив все подробности его измены.
– … то, что мне пришлось выкинуть постельное белье и менять матрас?
В этот момент маска добродетельной матери окончательно слетела с ее лица.
– Ах ты, тварь неблагодарная! – заорала она. – Да ты его не удержала! Ты холодная, как рыба! Детей ему не родила! Только о своей карьере и думала!
Она начала наступать на меня, брызжа слюной и пытаясь взять напором.
– Людмила Петровна, уйдите с дороги, – предупредила я.
– Я тебе говорю, ты обязана его забрать! – продолжала она кричать. – Он там, в машине за углом, мерзнет! Ты из него все соки выпила, а теперь должна возвращать долги! Иначе я тебе такую веселую жизнь устрою, что ты взвоешь! Я тебя на работе опозорю!
И в этот момент она попыталась схватить меня за волосы.
Я, наученная горьким опытом жизни с ее сыночком, ожидала этого. Уклонилась от ее захвата и с силой толкнула ее в бок. Она пошатнулась, но устояла на ногах.
– Ты что творишь?! – вопила она. – Я же пожилой человек!
– А это не дает вам права на меня нападать, – отрезала я. – Уйдите с дороги.
Но Людмила Петровна и не думала сдаваться. Она снова преградила мне путь к подъезду.
– Я не закончила! – заявила она. – Я хочу, чтобы ты меня выслушала! Он без тебя пропадает! Прими его обратно, отмой, накорми!
"А потом он снова мне изменит, и все по кругу?" - подумала я с сарказмом.
– Людмила Петровна, вы не защищаете, а просто спихиваете своего великовозрастного иждивенца обратно на мою шею! – заявила я вслух.
– Что ты такое говоришь?! – возмутилась она.
– То, что Игорь бухает, потому что ему просто лень искать работу. И любит он не меня, а мой холодильник и мою квартиру.
Людмила Петровна задохнулась от возмущения.
– Ах ты, меркантильная с***! – выплюнула она. – Да я тебе…
И она пошла на меня с кулаками. Я снова увернулась и толкнула ее, на этот раз прямо в сугроб.
– Да я тебя засужу! – завопила она из снега.
– Лечите голову, Людмила Петровна, – посоветовала я ей. – И забирайте своего сына-неудачника к себе в квартиру. Я благотворительностью больше не занимаюсь. А если еще раз ко мне подойдете – я вас не в сугроб толкну, а с лестницы спущу.
И, развернувшись, я наконец-то зашла в подъезд. Боже, какое облегчение! Надеюсь, этот кошмар закончился.
В лифте я прикрыла глаза, мечтая о тихом вечере. Вино, теплая ванна, любимая книга… Что еще нужно для счастья?
Но моим мечтам не суждено было сбыться. Когда я вышла на своем этаже, то обнаружила рядом с моей дверью… Игоря! С огромной спортивной сумкой в руках.
– Катя? – удивленно произнес он, увидев меня.
Выглядел он, мягко говоря, не очень. Небритый, помятый, пропахший перегаром и дешевым табаком.
– Что ты здесь делаешь? – спросила я, стараясь сохранить самообладание.
– Ну… это… Ленка меня выгнала, – промямлил он виновато. – А к матери… там отец опять пьянствует… Ну, пусти переночевать, а?
Ленка, его новая пассия. Боже, как же все это предсказуемо.
– Игорь, ты серьезно? – спросила я, глядя ему прямо в глаза. – Ты мне изменил в этой квартире. Ты хочешь, чтобы я тебя сюда пустила?
– Ну… Кать… Ну пожалей меня, а? Ну куда мне идти?
И тут… Из лифта, словно черт из табакерки, появилась Людмила Петровна! В еще более плачевном состоянии, чем прежде: грязная, с оторванной пуговицей на пальто, с растрепанными волосами…
– Ах ты, с*ч**! – завопила она, увидев меня. – Ты меня в сугроб толкнула! Я тебе этого не прощу!
Игорь, увидев свою мать, тут же встал на ее защиту.
– Мам, ну что ты здесь… – начал он, но Людмила Петровна перебила его.
– Молчи! – рявкнула она на него. – Это она во всем виновата!
– Что здесь происходит? – спросила я, чувствуя, как внутри меня закипает злость.
– А то ты не знаешь?! – завопила Людмила Петровна. – Ты выгнала моего сына на улицу! Ты бессердечная! Ты даже не помнишь, как он тебе ремонт делал!
– Да что ты мелешь, мать? – огрызнулся Игорь. – Она меня не выгоняла.
– Катя, дай ключи, – попросил он, обращаясь ко мне напрямую. – Я устал, голодный… Я поживу тут немного, пока работу не найду. Честно!
Я молчала, оценивая ситуацию. Похоже, они всерьез настроены на то, чтобы прорваться ко мне в квартиру. И, судя по их взглядам, они готовы даже к потасовке.
– Ладно, – сказала я, стараясь казаться спокойной. – Я вас впущу. Только… не надо скандалов.
Я достала ключи и открыла дверь. Главное – зайти самой в квартиру, а там уже…
Но не успела я ничего придумать, как Игорь ловко вставил ногу в дверной проем.
– Спасибо, Кать! – с облегчением произнес он и протиснулся в квартиру.
Людмила Петровна последовала за ним. Они ворвались в мою квартиру, как саранча, неся с собой грязь, неприятные запахи и какую-то бешеную энергетику хаоса.
– Ну вот и хорошо, – сказала Людмила Петровна, не стесняясь, и начала снимать свое грязное пальто, роняя комья грязи на мой ковер. – Сейчас чайку попьем, поедим чего-нибудь… А ты, Игорь, иди помойся. А то от тебя воняет, как от помойки.
Игорь, не обращая внимания на ее слова, направился в ванную комнату.
– О, у тебя тут горячая вода! – обрадовался он. – А у Ленки, заразы, отключили. Сейчас хоть помоюсь по-человечески.
Я смотрела на них с растущим отвращением.
– Вы здесь жить не будете, – заявила я твердо. – Вы сейчас же уйдете.
Но они и не думали слушать меня. Игорь уже вовсю раздевался в ванной, а Людмила Петровна доставала из сумки какие-то свертки .
– Куда уйти? – хмыкнула она. – Игорь тут жил три года. Это и его дом тоже. И вообще, ты должна быть благодарна нам за наш визит! Это показывает, что мы не держим на тебя зла! И вообще, ты понимаешь, Игорю нужно полотенце!
Игорь, не закрывая дверь в ванную, пробасил: "Да, Кать, принеси полотенце, а то я тут как дурак стою".
Я посмотрела на все это безумие: грязная лужа на коврике, пропахшее пальто свекрови, жующая что-то Людмила Петровна, раздевающийся в ванной Игорь… Мое личное пространство было не просто нарушено, а осквернено.
Людмила Петровна ткнула меня пальцем в плечо.
– Ну что ты застыла? – спросила она. – Полотенце Игорю подай! И ужин приготовь! А то ходишь тут, губы надула… Простоты в тебе нет!
– Людмила Петровна, не трогайте меня, пожалуйста, – тихо сказала я.
– Ах ты, хамка! – завопила она. – Да я тебе сейчас уши оторву!
Я понимала, что если я сейчас не предприму что-то, то они просто сядут мне на голову и будут командовать парадом.
И тут мой взгляд упал на ведро с грязной водой, которое осталось после мытья полов. Меня словно током ударило. Холодная ярость захлестнула меня с головой.
– Что ты там застыла? – спросила Людмила Петровна, подозрительно глядя на меня. – я сказала, ужин готовь быстро!
Я схватила ведро. И с пугающей улыбкой выплеснула все грязное содержимое прямо в лицо Людмиле Петровне.
– Ах ты! Убью!
Людмила Петровна заорала, как резаная, ослепла и начала беспорядочно махать руками, разбрызгивая грязь во все стороны.
Игорь с воплем выскочил из ванной, увидев происходящее.
– Да что тут творится?!
Но я не дала ему опомниться. Схватив его спортивную сумку, я вышвырнула ее за дверь.
– Ты что делаешь, дура?! – заорал он и попытался наброситься на меня.
Но поскользнулся на грязном полу и упал. Я схватила швабру и, как дикая кошка, набросилась на него.
– Вон отсюда! – кричала я, охаживая его шваброй. – Вон из моего дома!
Людмила Петровна, немного придя в себя, бросилась на меня в атаку. Но я ловко сбила ее с ног, и она с грохотом рухнула в грязь.
– Помогите! – надрывалась она. – Убивают!
Я вытащила Игоря за шиворот из квартиры на лестничную площадку, несмотря на его отчаянное сопротивление. Соседи начали с опаской выглядывать из своих дверей. Я не смутилась. Просто выпихнула Игоря за порог, и он, кубарем покатился по лестнице вниз. Людмила Петровна поползла вслед за ним.
– Чтобы я вас больше здесь не видела! – крикнула я им вслед. – Ни тебя, ни твою мамашу! И не смейте даже думать о том, чтобы вернуться!
А потом, чтобы добить их окончательно, я заорала на весь подъезд:
– И знайте все! Игорь – импотент! Именно поэтому от него и сбежала Ленка! Он ни на что не способен в постели!
Соседи замерли в изумлении. Людмила Петровна, от стыда и унижения, не смогла произнести ни слова. Игорь, красный как рак, пытался собрать свои вещи под хихиканье подростка-соседа.
Я захлопнула дверь и закрыла ее на все замки. Все! Это конец! Это мое прощание с моим кошмарным прошлым!
Медленно сползла на пол, прислонившись спиной к двери. Ощутила вдруг невероятное облегчение. Да, мне предстоит большая уборка. Да, я натворила дел. Но это моя квартира. Мой дом. Мое личное, защищенное пространство. И я никому больше не позволю его осквернить.
Закрыла замок на два оборота. Навсегда.