1. Джон Корепанов поделился: "1983-88г. ГСВГ, Ravensbruck, 5ОГПС. Когда был солдатом, тренировку выхода батальона по тревоге принимал за игру…
Подъём, оружие, бег до парка, выезд техники и обратно в казарму, на повторение. Не было бы некоторых “медленных”, хватало бы 2-3 раза. Перекурить давали, да и ладно. День весёлый, игра продолжается.
Один день побегали, на полгода хватает. Со стороны наблюдал. Красиво, все движения отработаны. Как-то в ожидании московской проверки, с плаца, почти месяц, не выходили.
Строевая, оружие, ОЗК, вещмешки и чемоданы, форма одежды. И даже исполнение полковой песни. Чтобы целый полк пел в унисон? Это невозможно, но добились.
Приехал главный генерал, но не майор. Те, которые генерал-майоры, за ним отдельной группой стояли. Не хватило у него терпения до конца смотреть этот спектакль.
Мы в поля выезжали по команде “Сбор по тревоге!”, а он объявил: “Боевая тревога!” Первый раз я видел, как мгновенно полк растворился с плаца. Все батальоны, роты бежали по отработанному маршруту.
Слышны только команды. Одновременно шли замены караула, нарядов, служб. Красота в движении. Одновременный выход техники. Прибытие в заданный район.
Получили “Отлично” Так, что в ГСВГ хоть и пили, по чьим-то словам “сладко жили и жировали”, но службу свою знали..."
2. ГСВГ-шник вспомнил в тему: "В 1965 году руководство ФРГ решило провести заседание бундестага в Западном Берлине, в только что отремонтированном здании рейхстага. Уже без купола, известного нам по всем военным фото.
Что, конечно, вызвало резко отрицательную реакцию Кремля. Советское руководство по-прежнему не считало Западный Берлин частью ФРГ.
Поэтому из Москвы в Восточный Берлин срочно прибыли первый заместитель министра обороны маршал А.А. Гречко, главком ВВС главный маршал авиации К.А. Вершинин и другие выдающиеся полководцы Страны Советов.
Задача, поставленная перед ними Политбюро и лично товарищем Брежневым, была проста и понятна: любой ценой не допустить демонстрации германского единства. Наше командование ГСВГ не смогло стерпеть такого хамства и приняло ответные действия…
В общем, всю Группу войск подняли по тревоге и вывели на все основные магистрали. Наш дивизион подняли по тревоге среди бела дня (чего никогда не было), установки загрузили на трейлер без чехлов. С ГАЗиков и ЗИЛов сняли тенты.
Мы все в касках с противогазами сбоку, с автоматами на шее (почти как на параде), шуруем по бетонке в сторону Магдебурга. В небе авиация вытворяет безобразия. Наши летчики на малых высотах преодолевали звуковой барьер прямо над Рейхстагом.
Дороги блокировали капитально. Дивизион шел двумя колоннами, занимая всю проезжую часть. И вдруг перед КРАЗом, который тянул трейлер с установкой из "кармана" выскакивает "Вартбург".
Водитель резко повернул руль влево, чтобы избежать столкновения, но так как маршевая скорость была приличной, КРАЗ просто перевернулся вверх колесами, а трейлер с установкой устоял.
Начальник пусковой установки ст.лейтенант Кондратюк со страху заорал "Ратуйте, люди добрые!" По бетону катятся гранаты и патроны из разбитых ящиков (они были в кузове КРАЗа для балласта).
Все движение стало, а мы только проехали главкома… Тот со свитой и подъехал быстро. Командир дивизиона доложил о происшествии.
Кошевой спросил "Люди целы?" Так точно, только начальник расчета лоб рассек, а машина разбита, "Ну хрен с ней , оттащите в кювет и продолжайте движение»
Мы скоро собрали в кузов батарейного ЗИЛка все рассыпанные боеприпасы, краном сбросили КРАЗ в кювет и поехали дальше проводить "Демонстрацию силы"…"
3. Петер Петерович добавил коротко и ёмко: "В ГСВГ все войсковые части были повышенной боевой готовности , а не только какой-то отдельный танковый батальон!
И все боевые техники с полным боевым комплектом стояли в боксах отпечатанной пластилином, как и у отдельного танкового батальона..."
Подписаться и поставить лайк – дело добровольное и благородное…
