• В начале серии мы видим Кэрол в состоянии крайнего шока после того, как в конце 5-й серии она сорвала брезент и обнаружила в промышленном холодильнике склад замороженных частей человеческих тел. Она выбегает из помещения, пытаясь физически стряхнуть с себя ужас от увиденного, и снимает на видео улики для других неуязвимых.
• Кэрол решает, что её следующим шагом должна стать конфронтация с Кумбой Диабате — тем выжившим, который смирился с новым миром и устроил себе роскошную жизнь в Лас-Вегасе.
• Прибыв в Вегас, Кэрол застаёт Кумбу в его фантазии «Казино „Рояль“», где он играет в покер против персонажей-агентов, которых для него разыгрывает Коллективный разум. Всё идеально, пока один из «агентов» не роняет стакан, нарушая иллюзию, что все они — лишь актёры в спектакле для одного зрителя.
• Утром Кэрол с триумфом готовится раскрыть Кумбе своё шокирующее открытие о каннибализме Коллективного разума. Однако её резко обрывает сам Кумба, который спокойно спрашивает: «Это про то, что они едят людей?». Оказывается, он и другие выжившие (кроме Маноусоса и самой Кэрол) давно всё знают и уже несколько недель проводят регулярные совещания.
• Кумба рассказывает, что Коллектив открыто объяснил им необходимость «белка человеческого происхождения» (HDP). Он демонстрирует Кэрол пропагандистское видео с Джоном Синой, ставшим частью Коллектива. В ролике тот в дружелюбной и рациональной манере объясняет, что Коллектив, будучи неспособен причинить вред ни одному живому существу (включая растения и животных), столкнулся с угрозой массового голода. Чтобы избежать вымирания миллиардов, они нашли утилитарное решение — перерабатывать тела тех, кто погиб во время «Посвящения», в питательный белок.
• Кэрол осознаёт, что её моральная ярость и героическое расследование оказались не только запоздалыми, но и проигнорированными остальными выжившими. Более того, они сознательно исключили её из своего круга общения за её деструктивное и непредсказуемое поведение. Это известие ранит Кэрол сильнее, чем вид замороженных тел.
• За завтраком Кумба наблюдает, как Кэрол готовит авокадо-тост с беконом — простое блюдо, которое он никогда не видел. Этот момент подчёркивает фундаментальную разницу между ними: Кэрол, с её болью и памятью о прошлом, является источником подлинной новизны и спонтанности в мире, где Коллектив может исполнить любой каприз, но только в рамках уже известного.
• Становится ясно, что Кумба и Кэрол представляют собой две дисфункциональные крайности в переживании катастрофы:
• Кумба погрузился в гедонизм и избегание (так называемая «восстановительная» ориентация), создав себе идеальную, но бессмысленную фантазию.
• Кэрол застряла в непрерывном горе и отрицании («ориентация на потерю»), отказываясь от любых удобств нового мира, которые, однако, косвенно обеспечивает для неё тот самый Коллектив, который она ненавидит.
• Параллельно в Парагвае Маноусос, просидевший в изоляции, наконец смотрит присланную Кэрол видеокассету. Узнав, что он не один, и столкнувшись с правдой, он решает действовать. Он покидает своё убежище и сталкивается на улице с матерью, ставшей частью Коллектива. Жёстко сказав ей «Ты не моя мать. Моя мать — стерва», он уезжает, чтобы, предположительно, найти Кэрол. Маноусос демонстрирует третий, более здоровый путь: признать ужас, но не утонуть в нём и не убежать, а начать действовать.
• Потрясённая своим социальным остракизмом, Кэрол напивается шампанского и засыпает в номере Кумбы. На следующее утро она предлагает остаться в отеле, но по выражению лица Кумбы понимает, что ей здесь не рады. Он вежливо, но твёрдо даёт понять, что у него своя жизнь с его «красотками», и прощается с ней фразой «Заходи как-нибудь».
• Кумба раскрывает ещё один ключевой факт: Коллективный разум не может насильно обратить оставшихся тринадцать неуязвимых. Для этого требуется инвазивная процедура по извлечению стволовых клеток, на которую человек должен добровольно дать согласие. Это меняет всю динамику конфликта: угроза теперь не в физическом насилии, а в моральном и психологическом давлении.
• Серия заканчивается, подчёркивая полное одиночество Кэрол. Она потеряла Хелен, её игнорируют другие выжившие, её отвергает даже гедонист Кумба. Она остаётся наедине с ужасающим знанием, что «утопия» Коллектива держится на систематизированном каннибализме, и теперь ей предстоит решить, что делать дальше, когда все пути, кроме борьбы в одиночку, для неё закрыты.