— Ты никто без меня! Слышишь? Ничтожество!
Валентина стояла посреди гостиной, прижимая к груди подушку с дивана. Муж Игорь метался по комнате, запихивая в сумку бритву, носки, какие-то рубашки.
— Восемь лет я на тебя убил! Восемь лет кормил, одевал! А ты что? Растолстела, опустилась! В зеркало на себя посмотри!
Валентина молчала. Говорить было бессмысленно — он уже всё решил. Вчера она случайно увидела переписку с Кристиной. Двадцать три года, стройная, как тростинка, работает в его офисе помощницей. "Мой зайчик", "моя принцесса" — тошнило от этих сообщений.
— Знаешь, что самое смешное? — Игорь остановился у порога. — Ты даже не просишь меня остаться. Вот она, настоящая любовь!
— Уходи, — тихо сказала Валентина.
— Ещё скажи спасибо! Освобождаю тебя от себя!
Дверь хлопнула. Валентина медленно опустилась на диван. Слёз не было — наверное, они закончились ещё вчера вечером, когда она три часа рыдала в ванной. Сейчас было только пустое, выжженное изнутри ощущение.
Подруга Лариса примчалась через час после её звонка.
— Всё, хватит киснуть, — она решительно распахнула шторы. — Завтра идём в салон. Стрижка, маникюр, всё дела. А послезавтра — в спортзал.
— Лар, мне сорок два...
— И что? Жизнь только начинается! Он думает, ты без него пропадёшь? Покажем этому индюку!
Валентина слабо улыбнулась. Индюк — точное определение. Игорь всегда важничал, надувался от собственной значимости. Особенно после того, как получил повышение и начал руководить отделом.
— Знаешь, что меня больше всего бесит? — Валентина встала и прошлась по комнате. — Я действительно в него верила. Когда он только начинал карьеру, я работала на двух работах. Оплачивала его курсы, покупала костюмы на собеседования. Мы снимали однушку на окраине, я экономила на всём. А теперь...
— Теперь он при деньгах, при должности и при молоденькой девочке, — закончила Лариса. — Классика жанра. Но у меня для тебя новость: такие истории редко заканчиваются хорошо для изменщиков.
Первый месяц был адом. Валентина просыпалась в три часа ночи, лежала и смотрела в потолок. Вопросы крутились в голове: что она сделала не так? Могла ли предотвратить? Вернётся ли он?
Лариса была неумолима. Она записала Валентину в тренажёрный зал, нашла хорошего стилиста, даже уговорила пойти к психологу.
— Ну и как там? — спросила она после первого сеанса.
— Странно, — призналась Валентина. — Психолог сказала, что я слишком долго жила его интересами. Что я не знаю, чего хочу сама. И знаешь... она права. Я даже не помню, когда последний раз делала что-то для себя.
— Вот и делай! Ты же всегда мечтала научиться рисовать.
— Это было лет двадцать назад...
— И что? Руки отсохли?
Валентина записалась на курсы акварели. Купила мольберт, краски, кисти. Первые работы были корявыми, но преподаватель, приятный мужчина лет пятидесяти, говорил, что у неё талант.
В спортзале дела тоже шли неплохо. Валентина с удивлением обнаружила, что ей нравится. Нравится ощущение напряжения в мышцах, нравится видеть результаты. За три месяца она сбросила двенадцать килограммов.
— Ого, — присвистнула Лариса, когда они встретились в кафе. — На тебя мужики оборачиваются!
— Перестань, — смутилась Валентина, но про себя отметила: действительно, сегодня один парень в метро улыбнулся ей.
Игорь объявился через четыре месяца. Позвонил поздно вечером.
— Валь, как дела?
— Нормально.
— Слушай, мне тут вещи кое-какие нужны забрать. Можно завтра подъеду?
— Давай.
Она положила трубку и усмехнулась. Даже голос его больше не вызывал никаких чувств. Словно говорила с малознакомым человеком.
Утром Игорь позвонил в дверь. Валентина открыла и едва не рассмеялась, увидев его лицо. Он явно не ожидал увидеть её такой: в облегающих джинсах, стильной блузке, с новой стрижкой и лёгким макияжем.
— Ты... ты похудела, — выдавил он.
— Ага. Проходи, твои вещи в кладовке.
Пока он собирал инструменты и зимнюю одежду, Валентина заваривала кофе. Игорь то и дело поглядывал на неё.
— Живёшь как? — спросил он наконец.
— Отлично. Хожу на курсы рисования, в спортзал. Даже начала подрабатывать — оформляю открытки на заказ.
— Да ты что! — он явно растерялся. — А я думал... ну, в общем, думал, тебе тяжело одной.
— Почему тяжело? Мне хорошо.
Валентина видела, как это его задело. Он рассчитывал на слёзы, упрёки, просьбы вернуться. А получил равнодушие.
— С Кристиной как? — спросила она, помешивая кофе.
— Да нормально, — буркнул Игорь. — Правда, она постоянно требует то сумку новую, то туфли. Вечно ей что-то надо. И готовить не умеет совсем, заказываем постоянно.
— Понятно.
— А ещё она хочет собаку. Представляешь? Собаку! В однушке! Я говорю: куда нам собака? А она в слёзы.
Валентина прикусила губу, чтобы не улыбнуться. Игорь всегда терпеть не мог животных. Говорил, что от них грязь и шерсть.
— Ладно, мне пора, — он неуверенно потоптался у двери. — Ты того... береги себя.
— Взаимно.
Через месяц Лариса прислала скриншот с Авито.
"Смотри, кто продаёт кофемашину!"
Валентина открыла ссылку и расхохоталась. Объявление было составлено: "Кофемашина хорошая, отличное состояние, почти новая. Торг уместен". На фотографии — их старая кофемашина, которую она купила лет шесть назад. Причём она узнала и кружку рядом — ту самую, с надписью "Лучший муж".
Цена была смехотворной — три тысячи рублей.
— Похоже, финансы поют романсы, — заметила Лариса, когда они созвонились. — Раз до кофемашины докатился.
— Ты знаешь, что самое забавное? — Валентина легла на диван, глядя в потолок. — Я его совершенно не виню. Более того, благодарна.
— Это точно ты? Не подменили тебя инопланетяне?
— Серьёзно! Если бы не его уход, я бы так и жила дальше — варила ему супы, гладила рубашки, слушала рассказы о его успехах. И считала бы это счастьем. А сейчас... я просыпаюсь и думаю: что сегодня хочу сделать для себя? Это же невероятное ощущение!
— Вот это правильный настрой!
Валентина действительно чувствовала себя свободной. На курсах рисования она познакомилась с интересными людьми. Преподаватель Анатолий предложил выставить несколько её работ на общей выставке. А ещё завёл разговор о совместной поездке на пленэр.
— Мы каждое лето выезжаем в Подмосковье, — рассказывал он после занятия. — Снимаем домик на неделю, рисуем природу. Компания подбирается замечательная. Вам понравится.
Валентина не раздумывала долго. Раньше Игорь закатывал скандал, если она хотела съездить куда-то с подругами. "А кто дома всё сделает? Кто обед приготовит?" Теперь она могла делать что хотела.
Через восемь месяцев после развода Валентина стояла у зеркала, одеваясь на открытие выставки. Две её работы отобрали для экспозиции — акварельные пейзажи, которые она писала на пленэре.
Телефон завибрировал. Игорь. Валентина задумалась, стоит ли брать трубку. Любопытство победило.
— Алло?
— Валь, это я, — голос был каким-то потерянным. — Можно к тебе подъехать? Поговорить надо.
— Сегодня не могу, у меня открытие выставки.
— Какой выставки?
— Художественной. Мои работы выставляются.
— Ты... рисуешь? — он явно опешил.
— Уже восемь месяцев. Слушай, если срочно, могу уделить пятнадцать минут после выставки, часов в девять.
— Хорошо, приеду.
Выставка прошла замечательно. Анатолий представил Валентину своим друзьям — художникам и галеристам. Один из них даже предложил купить её работу. Триста долларов — за то, что она нарисовала для удовольствия!
Игорь ждал у подъезда. Когда Валентина вышла из такси, он несколько секунд просто смотрел на неё.
— Ты... ты прекрасно выглядишь.
— Спасибо. Так что случилось?
— Мы с Кристиной расстались, — он сжал кулаки. — Она съехала. Оказалось, у неё был ещё один парень. Богатенький. Теперь она с ним.
— Мне очень жаль, — Валентина действительно сочувствовала ему. Не как бывшая супруга, а как человек человеку.
— Я был идиотом, — Игорь шагнул ближе. — Натворил глупостей. Но я изменился, правда! Может, мы попробуем начать сначала?
Валентина посмотрела на него. Вот он стоит — мужчина, с которым она прожила восемь лет. Который кричал, что она без него никто. Который сейчас просит вернуться, потому что его бросили.
— Нет, — просто сказала она.
— Но почему? Я же говорю, я изменился!
— Может, и изменился. Но я изменилась точно. И знаешь что? Мне нравится та, кем я стала. Нравится просыпаться и не бояться, что кто-то будет кричать. Нравится делать то, что хочется. Нравится быть собой.
— Валь...
— Ты когда-то сказал, что я никто без тебя. И знаешь, в каком-то смысле ты был прав. Я действительно была никем — потому что растворилась в тебе полностью. Забыла про себя. А теперь я кто-то. Я Валентина. Художница, спортсменка, просто женщина, которая научилась себя любить.
Она развернулась и пошла к подъезду. Игорь окликнул её:
— Ты пожалеешь!
Валентина обернулась и улыбнулась:
— Единственное, о чём я жалею — что не сделала этого раньше.
Дома она заварила кофе в новой турке — дорогой, красивой, которую купила себе на день рождения. Села у окна с альбомом. На следующей неделе начинались новые курсы — масляная живопись. Анатолий обещал показать интересную технику.
Телефон пискнул. Лариса прислала фото: объявление с Авито, где Игорь продавал уже микроволновку.
"Похоже, распродажа продолжается", — написала она со смеющимся смайликом.
Валентина усмехнулась и отложила телефон. Пусть продаёт. Это его проблемы. У неё сейчас другая жизнь. Жизнь, где она наконец-то стала главной героиней, а не статисткой в чужой истории.
И это было прекрасно.
Присоединяйтесь к нам!