— Я не голоден, зай, на работе перехватил, — Игорь чмокнул меня в щеку, даже не взглянув на плиту, и быстро, почти бегом, прошмыгнул в ванную.
Я стояла с поварешкой в руке, как дура. Третий день подряд.
Раньше он влетал в квартиру с криком: "Мать, корми кормильца!" и сметал всё, что не приколочено. Котлеты, гарнир, салат, чай с бутербродами. Я, собственно, и забастовку-то начала "понарошку". Устала просто.
В понедельник сказала: "Игорь, я эту неделю не готовлю. Завал на работе, будем на подножном корму". Думала, повозмущается, начнем пельмени варить вместе.
А он... обрадовался?
"Да без проблем, любимая, отдыхай!"
И вот среда. Муж приходит сытый. Не просто "перекусил печеньем", а плотно, добротно пообедавший. От него пахнет не офисной пылью, а чем-то пряным, домашним. Кинзой? Чесночком?
Пока он плескался в душе, напевая какую-то веселую мелодию, я решила проверить его сумку. Ну, мало ли. Может, в кафе ходит? Чеки же должны быть.
Открыла кожаный портфель. Папка с документами, зарядка, ключ от машины...
И он.
Пластиковый контейнер.
Не наш. У нас все контейнеры из ИКЕИ, прозрачные с синими крышками. А этот — салатовый, с цветочками на боку. Дешевый, но такой... "уютный".
Я достала его. Он был пуст, но внутри, на стенках, остались следы жира. Рыжий налет от плова или харчо.
А на крышке был приклеен желтый стикер. На нем округлым, аккуратным почерком с завитушками было написано:
"Приятного аппетита, мой Тигр! Мур :)"
Тигр. Моего Игоря, который боится стоматологов и спит в носках, кто-то называет Тигром.
Меня затрясло. Не от ревности даже, а от брезгливости. Я тут переживаю, что мужа не кормлю, совесть меня грызет, а его там какая-то "кисуля" откармливает харчо.
Игорь вышел из душа, распаренный, в полотенце.
— Ох, хорошо! — он потер руки. — Может, чайку попьем?
— А плов твой "Тигр" не хочет? — спросила я ледяным тоном.
Он замер. Улыбка сползла с лица, как протухшая сметана.
Я поставила грязный, жирный контейнер на стол прямо перед ним.
— Садись, Игорек. Доедай. А то вдруг там витаминов не хватило.
— Тань, ты не так поняла... Это... это у нас сотрудница новая, у нее день рождения... Угощала всех...
— И всем сотрудникам она пишет "Мур" и называет тиграми? И всем домой в контейнерах пайки выдает?
Он молчал. Краснел, бледнел, пытался что-то мычать про "шутку" и "корпоративную этику".
— Знаешь что, — я взяла этот контейнер и швырнула его в мусорку. Звон стоял знатный. — Забирай свои манатки и иди к той, кто тебя кормит. Я не нанималась быть запасным аэродромом. Тут кормят только мужей. А "тигры" живут в зоопарке. Или у любовниц.
— Таня, ну из-за еды, из-за ерунды... У нас и не было ничего, она просто готовит вкусно! — заныл он.
Это добило. "Она просто готовит вкусно".
Значит, я — это просто функция подачи калорий. А там — "вкусно".
— Вот и иди туда, где вкусно.
Я выгнала его в ту же ночь. Он ушел, прижимая к груди портфель. Надеюсь, он не забыл достать контейнер из мусорки. А то чем он его "фее" возвращать будет?
Вопрос к читателям: Можно ли простить такую "кулинарную измену"? Ведь физической близости, может, и не было, мужик просто пожрать любит? Или это начало конца?